Глава 12

Алиана Этри

И зачем, интересно, эльфам следовать за мной? Разве никто не дожидался их дома? Но на допрос времени не было. Тело стражника остывало, и каждое мгновение было на счету. К в сомнении закусила губу. Передвигаться, постоянно окружая себя огненным щитом, было невозможно. Он уже отнимал так много сил, что пришлось его погасить.

— Ошейники, — напомнила я, ткнув пальцев в сторону светлого. — Одно мое желание, и вам будет очень больно.

— Мы поняли с первого раза, — сказал вернувшийся Люциан. — Считай, что у нас временное перемирие.

Но было в его взгляде нечто такое, что заставило меня усомниться в искренности этих слов. Инстинкт самосохранения во все горло вопил, что мне следовало отказаться от опасной авантюры и бросить эльфов здесь, но какой-то тоненький, противный голосок возражал ему, что меня воспитали иначе, и я не могла позволить себе бросить кого-то в беде.

Больше не тратя время на раздумья, я нажала комбинацию камней в стене, что открывали тайный ход. Совершенно бесшумно камин отъехал в сторону, открывая глубокую черную нишу. И у меня, признаться, не было никакого желания идти туда с двумя эльфами за спиной.

— Идите вперед, — приказала я, старательно игнорируя муки совести. Мы сбегали, а в подземелье остался еще один пленник, которого, скорее всего, ждали неописуемые страдания в руках чистильщиков.

Дважды повторять не пришлось. Эридан отважно шагнул во тьму и практически сразу скрылся за поворотом. Я ожидала грохота и ругани, но он как будто растворился в сумраке, а вслед за ним этот трюк повторил и Люциан. Механизм тайного хода возвращал камин на место всего через несколько мгновений после открытия и, дав себе мысленного пинка, я нырнула в неизвестность, предварительно схватив в охапку неясыть. Птица сердито взмахнула перьями и попыталась клюнуть меня, из-за чего я едва не влетела головой в неровный выступ прямо за камином.

Проклятие!

Она, похоже, окончательно утратила разум.

Практически сразу тьма стала непроглядной, потому что вход закрылся. И это был мой первый промах. Я даже не подумала взять с собой ничего, чем можно было бы осветить дорогу. Попытка зажечь простой огненный шар тоже не увенчалась успехом, магия Алианы снова дала сбой в самый неподходящий момент. Из хороших новостей было то, что неясыть перестала пытаться откусить от меня кусок и спокойно устроилась на плече.

— И зачем тебе это чучело? — шепот Люциана прозвучал так близко, что я едва не вскрикнула.

Знал бы он, что это за чучело.

— Это мой любимый питомец, — отозвалась я.

— Любимый? — хмыкнул Эридан. — Мне показалось, твои любимые питомцы — пленные эльфы.

— Тебе показалось, — я застыла в кромешной тьме, к которой мои глаза, казалось, не собирались привыкать. Где-то рядом были мои злейшие враги, которые только и ждали момент, чтобы на меня напасть. Я почему-то не сомневалась, что при желании они могли преодолеть печать подчинения, перетерпеть обжигающую боль, пойти на любую жертву ради мести. И не представляла, как убедить их в том, что я не совершала всех тех ужасов, что обо мне говорили, ведь единственный, кто мог подтвердить мою невиновность, находился в подземелье крепости за толстой решеткой.

— Я слышу, как колотится твое сердце, мышка, — то, что я изначально приняла за сквозняк, оказалось дыханием эльфа. — И знаешь, я с удовольствием поиграю с тобой.

Вот этого я и боялась. Сосредоточившись, все же призвала немного огненной магии и вздрогнула, обнаружив темного совсем рядом. Он навис надо мной и смотрел так пристально и насмешливо, будто все, что происходило, действительно было всего лишь какой-то глупой игрой.

— Ты сказал, что не станешь меня убивать, — напомнила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Нельзя показывать хищнику свой страх.

— Обещал, — усмехнулся мужчина. — Тем интереснее будет проверить, смогу ли я сдержать свое слово.

Я сглотнула и осознала еще одну свою ошибку. У меня не было оружия, кроме магии. Оставались, конечно, ошейники и печати подчинения, но кое-что стало понятно так же ясно, как солнечный безоблачный день — остановившись на ночлег, я вряд ли позволю себе сомкнуть глаза, пока рядом эти двое. А это значило, что путь в Вианор мог закончится для меня очень быстро. И вовсе не там, где я планировала.

— Идем, — светлый оказался далеко впереди. — Не будем терять время.

Он был прав. Если выход из туннеля окажется заблокирован, нам понадобится время, чтобы отыскать другой путь. Сова на моем плече согласно ухнула, и я, преисполнившись надежды, обратилась к ней. Но сознание Алианы, кажется, окончательно растворилось в инстинктах птицы. Я не получила от нее ничего, кроме недоуменного взгляда круглых золотистых глаз.

— Иди вперед, — сказала я Люциану. — Поверь, от меня можно не ждать удар в спину.

— Поверить тебе? — хмыкнул темный. — Готов спорить, ты всю дорогу будешь смотреть на мою великолепную задницу.

Самомнение у него, конечно.

Я возмущенно фыркнула, но когда эльф, не дождавшись ответа, пошел вперед, мой взгляд невольно устремился к его ягодицам. Ткань штанов Вэйда не так плотно облегала тело Люциана, но воображение дорисовало то, чего я не могла увидеть. Щеки опалило румянцем, и я немного пригасила пламя, чтобы оно не светило так ярко, выдавая все мои девичьи секреты.

К счастью, Лесные Духи оказались милостивы к нам. Уже на середине пути я почувствовала явный приток свежего воздуха. Выход, скрытый от посторонних глаз густым кустарником, оказался свободен. Почувствовав сквозняк, неясыть слетела с моего плеча и, улетев вперед, скрылась в темноте.

И все же прежде, чем мы выбрались наружу, я остановилась и застыла в нерешительности.

— Я должна сказать еще кое-что, — сказала я, когда Люциан, не услышав за спиной звук моих шагов, остановился.

— Надеюсь, это что-то важное, — нахмурился он.

Наверное, это было важно. По крайней мере, для меня.

— В подземелье крепости еще один эльф, — сказала я. — И, скорее всего, утром его забьют насмерть, когда моя пропажа обнаружится.

— Что за эльф? — темный шагнул ко мне, и я инстинктивно вжалась в стену.

Если он надеялся узнать имя, то его ждало разочарование. Я понятия не имела, как звали того бестолкового парня.

— Мой бывший раб, — сказала я. — Я помогла ему сбежать, но чистильщики снова поймали его.

— Хочешь сказать, — аметистовые глаза хищно сощурились, — что ты действительно относилась гуманно к своим пленникам? Не пытала их, не насиловала, а вместо этого отпускала на свободу?

— Да, — кивнула я.

— Не верю, — усмехнулся он. — Почему, в таком случае, никто из них так и не вернулся домой? Только из моего клана двое навеки сгинули в застенках Тол-Тауна.

— Потому что я брала с них нерушимую клятву о том, что они не вернутся домой и не расскажут ничего о том, что было с ними в крепости. Я вовсе не хотела, чтобы слухи дошли до чистильщиков.

— И тот, что сейчас в подземелье, тоже, стало быть, ничего не расскажет?

— Не расскажет, — невесело усмехнулась я. — По злой иронии, именно печать, что поддерживала соблюдение клятвы, его и выдала. А теперь его казнят из-за того, что он будет молчать даже под пытками.

Вернувшийся Эридан мрачно переглянулся с братом.

— Мы должны его вытащить, — сказал он.

— Вы не можете, — кажется, мы напрасно теряли время. Поначалу у меня была надежда, что мы совершим какой-то безумный подвиг и спасем пленника, но сейчас пришло осознание, что в крепости слишком много охраны, и все они максимально подозрительны после всего, что произошло в последнее время.

— А ты? — Эридан подошел ближе, настолько, что я могла чувствовать его тонкий древесный аромат.

— А я что? — я развела руками. — Я всего лишь слабая девушка.

— Верни нам нашу магию, — сказал Люциан. — С ней у нас будет гораздо больше шансов.

Если бы я только знала, как это сделать.

— Давайте для начала выберемся отсюда, — чуть помедлив, предложил светлый. — И когда окажемся в безопасности, придумаем план спасения.

Я кивнула, соглашаясь. В любом случае, у нас впереди был слишком долгий путь, и небольшая задержка уже не играла большой роли.

Мы снова направились к выходу из тайного хода. Мне пришлось погасить магическое пламя, чтобы не привлекать внимания дозорных. Эльфы рядом со мной двигались совершенно бесшумно, и я могла лишь позавидовать их мастерству.

Когда мы отошли достаточно далеко от крепости, я, наконец, смогла свободно выдохнуть. Немного странно, что мы не встретили патруль. Чистильщики довольно ревностно исполняли свои обязанности, а люди Вэйда и вовсе славились тем, что никогда не упускали свою добычу. Однако же Люциан смог как-то миновать все дозоры и пробраться не куда-нибудь, а в комнату дочери вождя клана Като. Только сейчас я подумала, в какой, должно быть, ярости был Айвор Этри из-за этого происшествия. И если бы не мое настойчивое заступничество, темного разорвали бы на куски. Все же повезло, что отец так сильно любил Алиану, что был не в силах ей отказать.

Одним боком крепость Тол-Таун практически упиралась в отвесную скалу, зато с других сторон был лес. Вокруг крепостных стен была вырубка, чтобы никто не пробрался незамеченным, и до густого подлеска нам пришлось бы преодолеть немалое расстояние. Но Люциан, что взял на себя роль временного лидера, направился к плотной каменной стене.

— Там тупик, — прошипела я, боясь говорить в полный голос. — В этой горе нет проходов.

— Видимо, ты не так хорошо знаешь эту гору, — не оборачиваясь, бросил эльф. — Я пришел не со стороны леса, уж поверь.

Пожав плечами, я последовала за ним. Позади меня бесшумной тенью двигался Эридан, и когда я, едва находя дорогу в темноте, неловко споткнулась, его сильные, теплые руки обхватили мою талию, а в следующий миг я оказалась прижата к большому, крепкому телу, а ладонь эльфа закрыла мой рот.

Я не успела ни пикнуть, ни послать мысленный сигнал ошейнику. Лишь изумленно моргнула, когда горячее дыхание светлого опалило мое ухо.

— Ни звука, — прошептал он, и по моему позвоночнику прошла волна дрожи. — На стену вышел патруль. Я отпущу тебя сразу, как только они уйдут.

Эридан только что наглядно показал мне, насколько я беспомощна. Он мог запросто свернуть мне шею, всего одно движение, и я упала бы мертвой к его ногам. И единственное объяснением тому, что он меня пощадил — эльфы просто решили помучить меня подольше. Поиграть, как два хищника с лакомой добычей. А потом растерзать и съесть. От этой мысли меня едва не парализовало. Дыхание замерло, а во рту появился горький привкус полного поражения. Мое сердце так громко колотилось, что Эридан наверняка слышал каждый оглушительный стук. Я боялась пошевелиться, осознав себя в полной власти моего бывшего раба. И не важно, на ком был надет ошейник, мне все равно было не совладать с двумя сильными, решительно настроенными мужчинами.

Все закончилось так же внезапно, как и началось. Эльф отпустил меня и легонько подтолкнул в спину, вынуждая сделать несколько шагов вперед. Но я снова не успела обрадоваться, потому что, практически ослепшая в кромешной темноте, тут же угодила в руки Люциана. Он не был так осторожен и деликатен, как его брат. Сильные пальцы обхватили мое горло, а еще спустя мгновение моя спина впечаталась в каменную стену. Я видела блеск аметистовых глаз так близко от моего лица, что могла почувствовать тепло дыхания эльфа. С губ сорвался едва слышный стон разочарования. Все закончилось слишком быстро. Утром мое тело найдут патрульные, но мои убийцы будут уже далеко, в безопасности. Я не думала, что в таком случае станет с Алианой. Вероятно, она навсегда останется в теле птицы и будет счастлива, охотясь на мышей.

— Нет, — выдохнула я, не представляя, что делать. Если призову магию, из крепости точно будет виден мой огонь. А после того, как в моей комнате обнаружат тело капитана, мне будет сложно доказать собственную невиновность. Даже отец наверняка не поверит, и тогда меня будет ждать наказание, которое я, возможно, не переживу. Но умирать в руках эльфа, пусть даже такого красивого, мне тоже вовсе не хотелось. И, почувствовав, как его пальцы сильнее сдавили мое горло, я все же отдала мысленный приказ ошейнику.

Я понятия не имела, как это действует. Думала, артефакт просто придушит пленника, делая его благоразумным. Но Люциана отбросило от меня с такой силой, что он приземлился в густом кустарнике в нескольких метрах от меня. Почувствовав новую опасность, я не глядя отдала приказ ошейнику Эридана, и второй эльф со стоном рухнул на колени рядом со мной. Значит, эффект мог быть разным и не вполне предсказуемым, но для меня было важно лишь одно — артефакты надежно меня защищали.

Наверное, благоразумие вконец мне отказало. Или, наоборот, проснулось. Потому что, не придумав ничего лучше, я бросилась бежать прочь от отвесной скалы, через вырубку. И мне было все равно, что часовые могли увидеть меня со стены. Факелы горели только наверху и, по идее, немного слепили дозорных. Будь они эльфами, это не стало бы помехой, но Айвор Этри нанимал на службу только людей.

Я бежала, чувствуя, что сердце колотится где-то в горле, и отчаянно молилась Лесным Духам, чтобы укрыли меня, защитили от опасности. Или хотя бы не дали мне упасть. И, кажется, меня услышали, потому что я двигалась вперед, не встречая на своем пути препятствий. Коварные камушки не попадали под ноги, а со стен крепости не доносились тревожные сигналы. Один раз я обернулась, но не увидела ничего в кромешной тьме, и мне оставалось надеяться, что у эльфов не такое уж хорошее ночное зрение.

Когда в боку закололо, я влетела в густой кустарник. Колючки тут же впились в одежду, разрывая ее, но я, рванувшись сильнее, едва ли не кубарем влетела в овраг, что был прямо за подлеском. Что-то противно хрустнуло, и я зашипела сквозь плотно стиснутые зубы. Боли не было, но это вполне могла быть и моя кость, просто из-за шока я пока не ощутила весь масштаб катастрофы. Но когда падение закончилось, и я распласталась на влажной листве, из-за низких туч наконец-то выглянула луна. И в серебристом свете я увидела две стремительные тени, что нависли надо мной с края оврага. Эльфы настигли меня, не приложив к этому никаких усилий, ведь лес был их родной стихией. А я, наивная, действительно думала, что могла бы от них убежать и спрятаться.

— Я думал пойти через лес Шадриан, — донесся до меня тихий голос Люциана. — Но ты, маленькая мышка, подала мне великолепную идею. Никому и в голову не придет, что мы могли бы направиться в горы, ведь прямо за ними находится Долина Мертвых.

Эридан спрыгнул в овраг, приземлившись прямо рядом со мной. Я попыталась сесть, но он рукой придавил меня к земле, сильнее вжав в ковер из листьев. Меня снова окутал его свежий, древесный запах, когда эльф склонился к самому моему лицу.

— Больше не пытайся от нас убежать, — предупредил он хрипло. — Иначе будет хуже.

— Куда уж хуже? — пробормотала я, чувствуя, что сердце снова ускорилось.

— Погоня за тобой может пробудить инстинкт охотников. И тогда, мышка, ты станешь нашей законной добычей.