Глава 19

Алиана Этри

Время будто замедлилось. Словно сквозь вязкий кисель я смотрела на то, как крыло неясыти вывернулось под неестественным углом, когда она камнем рухнула на утоптанную землю у моих ног. Как следом за первым болтом последовал второй, но щит Эридана надежно защищал нас от атак. Не чувствуя собственного тела, я наклонилась и подхватила на руки практически невесомое, обмякшее тело птицы. Кажется, эльфы что-то кричали, но смысл их слов не достигал моего разума, я будто оказалась в плотном коконе, укрывшем меня от всего мира.

Чистильщиков я так и не увидела. Возможно, они не успели показаться до того, как Люциан сгреб меня в охапку и затащил обратно в пещеру. И не просто затащил. Мы поспешно отступали, двигаясь все дальше от выхода. Я не смотрела по сторонам, думая лишь о том, что если Алиана погибнет, мне больше незачем будет спешить в Вианор. Да и кто знает, как отреагирует тело на гибель хозяйки. Что, если я последую за ней и навсегда останусь в этом лабиринте?

— Ана, — достиг моего сознания голос светлого. — Что с тобой?

Что со мной?

Моя жизнь, кажется, окончательно рухнула, потому что мои пальцы были липкими от крови, а голова неясыти свесилась набок, как будто птица была безнадежно мертва.

И все же я заставила себя посмотреть на эльфа. И в его темных, слабо мерцавших в полумраке глазах был ответ, в котором я нуждалась.

— Это Алиана Этри, — сказала я, протянув вперед руки с лежавшей на них совой.

— Это птица, — хмыкнул Люциан.

— Да, и она не просто мой питомец, — я вздохнула, прежде чем окончательно признаться. — В этом теле заключен дух Алианы Этри. И если она умрет, я не знаю, что случится.

— Дай ее мне, — Эридан, к моему удивлению, не стал расспрашивать дальше, будто сразу поверил мне на слово. Возможно, он догадывался?

Я без вопросов передала раненую птицу эльфу, и он, присев на корточки, осторожно положил ее перед собой на каменный пол пещеры. А я уставилась на свои окровавленные пальцы, которые заметно дрожали после всего пережитого.

— Вэйд знал о твоем питомце, — задумчиво произнес Люциан. — Логично было проследить за птицей. Почему она вообще улетела от тебя?

Если бы у меня был ответ на этот вопрос. Возможно, разум окончательно покинул тело птицы, и она улетела охотиться за мышами.

— Ты можешь ей помочь? — спросила я Эридана, который распростер ладонь над телом неясыти, будто пытался влить в нее магию.

— В этом теле нет искры человеческого разума, — покачал головой светлый. — Это просто птица.

И он уставился на меня так, будто пытался поймать на лжи.

И при этом так и не ответил на мой вопрос.

— Она выживет? — упрямо спросила я. С Алианой внутри или нет, эта неясыть была мне дорога до такой степени, что при мысли о ее смерти в глазах темнело.

— Я сейчас извлеку стрелу, — вновь занявшись совой, сказал Эридан. — И попробую ее вылечить. На первый взгляд, ей можно помочь.

— Если ты ей поможешь, то я, — начала я и осеклась. Заклинание, переданное мне Пра, было утеряно, и я при всем желании не могла бы снять печати подчинения с эльфов. Уловив мою заминку, светлый поднял голову и невесело усмехнулся.

— Что, даже после этого не освободишь нас? — спросил он.

Да если бы я могла.

Похоже, пришло время прояснить ситуацию, мои слова про Алиану наверняка уже породили множество вопросов, которые пока что остались незаданными.

— Мое настоящее имя Олия Мей, — сказала я, глядя в стену между эльфами. Смотреть им в глаза было слишком страшно. — Алиана хотела сбежать из дома, но что-то напутала с заклинанием переноса, и в итоге я оказалась в ее теле, а она сама попала в эту неясыть, которая была поблизости. В этом причина, почему я никак не могу полностью овладеть магией этого тела, оно мне не принадлежит.

Несколько мгновений в пещере стояла тишина, прерываемая лишь оглушительным стуком моего испуганного сердца.

— А где твое тело? — тихо спросил Люциан, и я, наконец, отважилась поднять на него взгляд.

Поверил. Не возненавидел.

— В Вианоре, — ответила я. — И я не знаю, что с ним произошло, когда случилось переселение.

— Не хочу тебя пугать, мышка, — в фиалковых глазах промелькнуло сочувствие, — но если твой дух в новом теле, то старое, скорее всего, погибло. Что ты помнишь последнее? Что способствовало переносу?

Я отрицательно качнула головой.

Никаких особых воспоминаний у меня не было. Я просто легла спать в своем теле, а проснулась в чужом.

— Мда, — протянул темный. — И что нам теперь делать?

— Я надеялась вернуться в Вианор вместе с Алианой и произвести обратный обмен. В нашем поселении есть грамотные маги, уверена, они нашли бы способ.

— Она дышит, — прервал наш диалог голос Эридана. — Но духа Алианы в этой птице нет.

— У нее временами случались затмения, — сказала я. — Возможно, сейчас как раз одно из них. Главное, что она жива.

— Ей требуется отдых и хорошее питание, — бросив на меня нечитаемый взгляд, произнес эльф. — Как и всем нам.

— Значит, мы еще какое-то время проведем в лабиринтах? — спросила я, беря на руки неясыть, которая все еще была покрыта кровью, но уже открыла глазки и тяжело дышала.

— Это значит, — Люциан недобро оскалился, — что мы как можно быстрее покинем эти пещеры и разберемся с теми, кто ранил твоего маленького питомца. Разве ты не хочешь отомстить, мышка?

Какая-то темная, воинственная часть меня действительно хотела мести. Но была и другая, холодная и рациональная, которая подсказывала, что мне сложно будет оставаться полезной в бою с раненой совой на руках.

— Ты предлагаешь выйти обратно и принять бой? — спросил Эридан, и в его голосе явно слышался скепсис. Как будто он ни капли не верил в наш успех.

— Из того, что я успел заметить, чистильщиков было слишком много, — ответил Люциан. — Видимо, они сосредоточили все свои силы именно на том выходе, к которому стремилась птица. Просто следили за ней, что вполне логично.

Темный, конечно, был прав, но несмотря на то, что Алиана, сама того не подозревая, привела к нам убийц, я лишь крепче прижала ее к себе. Куда бы ни делся дух девушки, во мне все еще ярко горел огонь надежды на то, что я смогу вернуться в собственное тело.

— И как мы будем с ними сражаться? — спросил светлый. Он снова выглядел уставшим, хотя держал над нами щит всего несколько мгновений. Не придется ли мне снова заниматься его подпиткой? Мне бы и самой не повредило нечто подобное, потому что я чувствовала себя уставшей, будто провела в дороге несколько дней.

— Дождемся ночи, — мрачно усмехнулся Люциан, — и будем действовать по моему излюбленному методу.

А почему мы до этого не могли действовать по этому методу? Зачем сразу полезли на рожон? Да и вообще.

— Мне бы поесть, — тихо произнесла я. — Иначе сил не будет не то, что на бой, а вообще ни на что. Одной магией сыт не будешь.

— Сразу видно, что тебе не доводилось путешествовать, — высокомерно бросил темный. — Не переживай, госпожа, с голоду не пропадешь.

Пока что я не была в этом так уж уверена, помня неудачную попытку Эридана сходить на охоту. Зато при воспоминании о том, чем мы с Люцианом занимались в это время, мои щеки снова вспыхнули, что, конечно, не укрылось от внимательного эльфийского взгляда.

— Они точно сюда не прорвутся? — спросила я. — Откуда такая сильная защитная магия эльфов так близко к человеческому поселению?

— Потому что раньше это были наши земли, — ответил мне Эридан. — Место, где выстроен Тол-Таун, когда-то было нашей деревней. Люди пришли и вынудили нас уйти в лес, покинув плодородные поля с созревшим урожаем. Тех, кто оказывал сопротивление, просто убили.

— Мне жаль, — сказала я, хотя понятия не имела о столь мрачной истории крепости. — Теперь понятно, почему ты в этом лабиринте, как у себя дома.

Светлый бросил на меня странный взгляд.

— Несмотря на защиту, нам лучше уйти вглубь системы пещер. В идеале — вернуться к озеру, там хотя бы можно согреться.

— О нет, — простонала я, — я не смогу снова пройти через то проклятое место с летучими мышами.

— Тебе и не придется, — чуть помедлив, ответил Люциан. — То был не единственный путь.

Мне захотелось его ударить.

Он что, просто хотел напугать меня? Поиздеваться? Отомстить за все?

На красивом лице не было ни капли раскаяния.

— Идем, — вздохнула я, сделав в памяти зарубку на будущее. Месть, как известно, холодное блюдо.

Продолжая бережно удерживать на руках неясыть, которая, кажется, на сей раз просто спала, я направилась вслед за темным в один из туннелей. Эльф немного пригасил своего светляка, но даже в тусклом свете я продолжала прекрасно видеть, потому что от стен исходило слабое сияние.

— Мы не пойдем к озеру, — обернувшись, сообщил Люциан. — Я знаю место получше, но нам придется спуститься немного глубже. Надеюсь, у тебя нет с этим проблем, маленькая мышка?

Каменные стены, определенно, давили на меня, но не до такой степени, чтобы я начала поддаваться паническим настроениям.

— У меня с этим нет проблем, — процедила я, и в животе громко заурчало, напоминая, что меня действительно сильно беспокоило в данный момент.

— Однажды, — темный снова отвернулся. Мы были вынуждены идти друг за другом, потому что проход, по которому мы двигались, оказался довольно узким. Настолько, что будь эльф менее поворотливым и гибким, он задевал бы стены своими широкими плечами. — Когда я был совсем юным, друзья придумали для меня обряд посвящения. Они предложили мне спуститься в старую заброшенную пещеру, где некогда селились тролли, и провести в ней ночь.

— И как? — спросила я больше из вежливости, чем из интереса. На самом деле все события так меня вымотали, что я хотела только поесть и лечь спать.

— Оказалось, что тролль и не думал переселяться, — невесело хмыкнул Люциан. — И когда я явился, он как раз вернулся с охоты.

Я никогда не видела троллей, особенно горных, но легко могла представить эту махину размером с дом.

— Ты сбежал от него? — спросила я. Хотя, что за глупый вопрос? Конечно же он сбежал, иначе мы бы сейчас не разговаривали.

— Не совсем, — глухо отозвался темный. — Сначала мне пришлось его убить.

Я невольно прониклась уважением к этому мужчине. Наверное, мое сердце просто разорвалось бы от страха, если бы мне довелось встретиться один на один с диким горным троллем.

— И именно тогда я познакомился с Даном, — продолжил Люциан, — после чего мы стали братьями.

А я все голову ломала, при каких обстоятельствах эти двое сблизились. Хотя, что мне было известно об эльфах? Да практически ничего.

— Теперь твоя очередь, мышка, — темный неожиданно остановился и развернулся ко мне.

— Что? — не поняла я.

— Пришло время рассказать о себе, Олия Мей. И чем подробнее, тем лучше.

Надо же, он даже запомнил мое имя.

— Нечего рассказывать, — отведя взгляд, сказала я. — Все, что стоило знать, я уже поведала. Остальное не имеет никакого значения.

— Ошибаешься, — тон Люциана заставил меня посмотреть на него, и увиденное мне не понравилось. — Я пришел в Тол-Таун для того, чтобы убить Алиану Этри. Но если ты не она, значит все, что ты нам говорила, было ложью. Как мы с братом можем верить тебе, если не знаем о тебе абсолютно ничего? Кроме имени, которое тоже может быть ненастоящим.

— Оно настоящее, — нахмурилась я. От пристального, хищного взгляда фиалковых глаз мне было не по себе. И уже не верилось, что совсем недавно этот мужчина заставил меня плавиться от наслаждения от его ласковых, бережных прикосновений к моему телу.

— Я не чувствую в этой птице искры человеческой жизни, — продолжал буравить меня подозрительным взглядом темный эльф. — С чего ты вообще взяла, что Алиана переселилась в эту птицу? Сидит там, наверное, в Вианоре, занимая твое тело.

— Мы могли мысленно общаться. До того, как ее сознание начало путаться.

Это звучало глупо, и я вынуждена была это признать.

По красивым губам Люциана скользнула снисходительная усмешка.

— И о чем же вы с ней общались? — спросил он. — Что говорила тебе неясыть?

— Запретила мне лишать девственности ее тело, — неожиданно для себя призналась я и тут же густо покраснела. Даже Эридан, что просто молча слушал наш диалог, не сдержался и фыркнул.

— Позволь уточнить, — вкрадчиво начал темный, — я правильно понял, птица запретила тебе трахаться?

— Да.

Эльфы переглянулись.

— И если бы не это, — оскалился на меня Люциан, — то ты уже была бы моей?

Как будто он сам не знал ответа на этот вопрос.

— Скорее всего, — неохотно признала я.

Мужчина победно усмехнулся.

— Тогда я больше не вижу проблемы. Алианы здесь нет. Возможно, ее разум угас окончательно, и теперь это тело полностью принадлежит тебе, Олия Мей.

Мне захотелось приказать ошейнику, чтобы он сделал темному больно. Очень больно. Если этот высокомерный придурок решил, что меня останавливал только запрет хозяйки тела, то… То в целом он был прав, и это бесило.

Очень вовремя в моем животе снова заурчало, что напомнило нам о делах насущных.

— Понял, сначала я должен тебя накормить, — усмехнулся Люциан. — Идем, я знаю, где можно раздобыть съедобные грибы.

О грибах я как-то и не подумала. Однако эльф шел так уверенно, будто действительно знал, о чем говорил.

Нам не пришлось возвращаться через пещеру с летучими мышами, и за это я была благодарна.

— Почему мы в первый раз не пошли другой дорогой? — спросила я, особо не надеясь на ответ.

— Считай это проверкой, — усмехнулся Люциан, чем лишь подтвердил мое о нем мнение. Он, определенно, был тем еще негодяем.

— Давай я понесу, — Эридан неожиданно мягко взял меня за руку и забрал неясыть. — Она, наверное, тяжелая.

Не тяжелая, но передвигаться в полумраке, не имея свободных рук, было действительно неудобно. Эльф поступил проще, он просто сунул птицу себе за пазуху.

— Ты ее не раздавишь? — забеспокоилась я.

Светлый в ответ одарил меня снисходительным взглядом.

Ну ладно, ему, видимо, не впервой.

Освободив руки, я почувствовала себя немного увереннее. Люциан, кажется, четко знал, куда идти, и ничто не предвещало неприятных сюрпризов. Под ногами тихо шуршала каменная крошка. Я то и дело поглядывала наверх, ища движение во тьме под сводами пещеры, но летучих мышей, похоже, действительно больше нигде не было.

— А что, если чистильщики найдут способ преодолеть защиту? — спросила я, чтобы немного разбавить напряженное молчание. Но от моего вопроса градус всеобщей мрачности лишь повысился.

— На этот случай есть ловушки, — осторожно отозвался темный. — Скажи мне, мышка, а ты хочешь, чтобы они нас догнали, или нет?

Почему он вдруг во мне усомнился?

— Я с вами добровольно, если ты об этом, — хмуро ответила я и прямо посмотрела в мерцающие фиалковые глаза, когда эльф развернулся ко мне. — Ты знаешь, что со мной сделают за то, что случилось в моей комнате? А если узнают, что я не Алиана, а лишь гость в ее теле? Поверь, мне лучше не попадаться чистильщикам живой, особенно Вэйду.

— Значит ли это, что мы можем тебе верить? — спросил Эридан, и я повернулась к нему.

— Конечно, — кивнула я, в то время как мои внутренности сжались. Пусть сейчас правда раскрылась, но я лгала им о своей сущности и о том, что смогу снять метку подчинения. Вряд ли у меня это когда-нибудь получится, особенно теперь, когда вообще неизвестно, где искать дух Алианы.

Наверное, что-то отразилось у меня на лице, потому что светлый медленно покачал головой.

— Наше доверие тебе еще придется заслужить, — сказал он.

То есть у него хватило доверия позволить мне сыграть на его флейте, а все остальное придется заслужить?

— В таком случае, — злясь, произнесла я, — почему бы нам не вернуться к той модели поведения, которую вы изначально от меня ждали? Я ваша хозяйка, а вы мои верные рабы. Если мне что-то не понравится, вам будет больно. Такой вариант вас устроит?

— Ты нам угрожаешь, мышка? — голос Люциана заставил меня вздрогнуть. Эльф внезапно оказался гораздо ближе, чем я думала, и его массивное тело нависло надо мной.

Угрожать ему? Наверное, будь я более смелой, я бы ответила утвердительно. Но все, что мне оставалось, это очередная ложь.

— Проводите меня до Вианора, — сказала я. — И там, клянусь, наши пути навсегда разойдутся.