8

Поверить не могла, что мой Бычок пошёл на поводу у отца! Надо же! На пять минут его с ним наедине оставила и уже мне такие условия выставляет. Конверты я ему клеить должна! Платье, видишь ли, не покупаю!

Пока спускалась на парковку, вся буквально кипела, у меня даже температура поднялась и уши горели.

В своём любимом Пежо, я немного успокоилась. Лишь настолько, чтоб позвонить Ленке, ну или на край Светке. Ни с кем другим, я делиться была не готова своими переживаниями.

Ленка отбрехалась, занята мол очень, так что не вырваться. Пришлось звонить Светке, та радостная готова была ехать навстречу хоть сейчас. Договорились уже с ней посидеть в Малинке, и тут мне начала названивать Ленка.

— Я резко освободилась, говори, куда подъехать. — защебетала сестрица.

Про себя взвыла, так как Светка и Ленка против меня одной, это как переть на бронепоезд в трусах и кепке. Будет, куда кирпичей от страха навалить и солнечный удар не случится.

— В Малинку. — словно подписала себе приговор быть обсмеянной и освистанной сразу двумя сёстрами.

Ленка отключилась, я разревелась, полезла в сумку за петушком, только его распечатала, но обслюнявить не успела, в стекло постучал Влад.

А я вся в слезах и соплях, леденец пососать хочу, слюну глотаю, а тут Влад. Беседу беседовать соизволит. Так не вовремя.

Кивнула ему на пассажирское, пока он моего малыша обходил четыре секунды, я утёрлась, но вид всё равно — жалеть и плакать.

— Ну что Викуля, что мне делать с тобой? Скажи. — устало спросил он, усаживаясь в машину.

— В смысле? — на автомате уже облизнула леденец, глядя на Влада исподлобья.

Он так посмотрел с похотью на мой рот и заёрзал на месте. Сразу поняла, чего он хочет, и опять чуть не разревелась, вспомнив, что Бычок не хочет. Точнее, хочет, но чего-то стесняется и не даётся гад.

— В прямом. Серьёзно замуж собралась? — он отвернулся, отводя от меня взгляд.

— А ты думал я тебя вечно ждать буду? Воспитатель хренов! Ох, ну надо же, поспорили на него. Тоже мне трагедия. Я же тебе тогда уже всё сказала, что ещё нужно было Влад? Или ты специально сюда притащился, прознав, о том, что я съехала от родителей?! Кто тебе сказал?! Светка?! Или может быть, ты следил за мной всё это время?! — сорвалась на истерику, и главное, я понимала, что веду себя по дебильному, но остановиться не могла.

Разве что в сумочку свободной от леденца рукой вцепилась, чтоб ему по лицу не надавать.

— Вик, что с тобой? — с ехидной усмешкой спросил Влад.

— Что со мной?! Что со мной?! — визжала на него и лупила теперь уже не рукой, а сумочкой.

Выдохлась и разревелась, когда леденец упал в запале на грязный коврик в ноги. Это был мой последний леденец.

— Выметайся из моей машины сволочь. — процедила сквозь зубы так, чтоб Влад действительно убрался.

— Дурочка моя любимая, ну что ты? Всё решим. — притянул меня перехватив руки, сдавил и прижал к себе так, что даже за своей истерикой услышала, как его сердце быстро бьётся.

— А что это у нас тут происходит? — за моей спиной раздался вопрос, и судя по голосу это был мой Бычок.

— А тебе какое дело? — возмутился Влад.

— Че?! Это моя жена! Руки убрал от неё! — Андрей не просил, он ещё и выдрал меня из рук Влада, ставя на бетон позади себя.

— Я, вообще-то, тебе ещё не жена! — господи!

Ну зачем я это сказала?! Бычок так на меня посмотрел, что я сама попятилась к его машине, ещё до его приказа.

— В машину пошла! Сумку возьми. — подал мне мою растрёпанную сумочку, спасибо хоть не швырнул её в меня.

Влад так и сидел в моей машине. Рожи я его не видела через лобовое, но то, что он развалился в салоне по-хамски, различила сквозь бликующее от лампы стекло.

— Выходи из машины. — вполне мирно попросил мой Бычок, на что Влад медленно выплыл из салона Пежо.

Я уже дошла до машины Бычка, но сесть в неё не смогла, авто было закрыто. Пришлось стоять и наблюдать, как эти два павлина друг друга взглядом колупают.

— Она меня любит. — произнёс Влад и я, зажмурившись, скрылась за машиной Бычка.

Спиной прислонилась к двери, и молилась, чтоб только рожи друг другу бить не начали.

— А детей будет от меня рожать. — произнёс чётко и ясно, без нервов и всякой дальнейшей делёжки.

Андрей захлопнул дверь моей машины, попросил того же от Влада.

Тот молча, хотя нет, кажется, он фыркнул, а потом закрыл дверь. Я вся мурашками покрылась.

Андрей поставил мою машину на сигналку и открыл тут же свою. Быстро юркнула в салон, посмотрела на свою мордашку. Обнять и плакать. Сейчас в Малинке, девочки мои меня обнимут и поплачут со мной. — так я наметила.

Наивная.

— Мне в Малинку надо. Я есть хочу. — заговорила впервые, когда Андрей, шумно сопя, ехал, судя по всему, по своим делам.

— Где это? — тих так спросил, спокойно даже.

Вот это спокойствие и тишина пугали на самом деле. Лучше бы орал и ругался, душил немножко. Я же тут сижу, трясусь и жду, он Отелло, я Дездемона. Зря жду выходит.

— Малая Сухаревская. — сдавленно пискнула, даже собственный голос не узнала.

Глянула время на телефоне, девочки должны уже подъехать, хотя бы Ленка, Светка-то вряд ли. Та пока марафет не наведёт, не сдвинется никуда, а в такую рань возле её марафета и конь не валялся.

— Ещё раз, вас вместе увижу, я его убью. — предупредил Бычок, сворачивая на проспект Мира.

Ну хоть что-то. А то я уже было начала думать, что ему всё равно.

Опять я ничего не сказала. Просто не было слов, и вообще, надо было подумать. Посоветоваться с девочками. Или не стоит им рассказывать об этом? — я всю дорогу до кафе так и терзалась этими мыслями.

— Со мной пойдёшь? — спросила максимально спокойно, чтоб выглядело так, словно я не возмущаюсь, а просто интересуюсь.

А он да, поставил машину на сигнализацию и зашёл в кафе вместе со мной.

— Ты против? — спросил с подозрением, и посмотрел на меня прищурившись.

— Просто ты вроде по делам ехал. Разве нет? — оглядела кафе, в дальнем углу за столиком вовсю мне махала Ленка.

— Какие дела малыш, ты важней. Вон сестра твоя, кажется. — Андрей приобнял меня и повёл к столику.

Естественно, при нём я не могла говорить с Ленкой о том, о чём хотела. Бычок явно делал это специально, сидел улыбаясь за столом, сделал заказ, но при этом нервно поглядывал на часы.

Когда пришла Светка, я не выдержала.

— Дорогой, давай карту, мы с девочками сейчас перекусим и поедем за платьем. — Светка похлопала в ладошки, радуясь предстоящему шопингу.

— Хорошо. — Бычок сдался, выдал мне свою карту и отчалил наконец-то по своим делам.

Засосав меня на прощание так, что, кажется, на губах моих теперь засосы.

— Что это было?! — выпучив глаза, первой поинтересовалась Ленка, делавшая до этого вид, что всё нормально.

Ничего необычного.

Я воровато обернулась, чтоб убедиться, как машина Бычка выезжает с парковки. Только сейчас схватилась за свою дурную голову, чтоб через минутку начать посыпать её пеплом.

Ленка не получила от меня никакого ответа и пока я собиралась с мыслями, снова задала вопрос, уже поконкретней.

— Так, я не поняла, это что было? Насколько я помню, вы с Андреем рядом, это как горящую горелку швырнуть в коробку с фейерверками. Некрасиво, ещё и окружающих искрами зацепит. — и это она совсем не шутила, серьёзно возмутилась, хотя я ей ещё в пятницу всё кратко изложила по телефону.

Хотя, какое все?! Так, сказала кто отец и не более.

— Девочки я такого натворила… — только хотела начать каяться, Ленка даже стакан с соком отставила, готовясь слушать, но Светка перебила.

— Я не поняла, а мы что, за платьем не едем? Ты же сама Андрею сказ…

— Света! — оборвали её хором с Леной.

— Вик, рассказывай. — поторопила меня двоюродная сестрица.

— Ну то, как я забеременела ты уже знаешь, и да это был Бычок. — обращалась я к Ленке, но родная сестра на меня вопросительно глянула, — Света не перебивай! — набрала полную грудь воздуха, и призналась, — Он вёл себя так по-свински, оскорблял меня всё время и вообще хотел увезти по папиной указке с корпоратива. Сам повёз в какой-то подпольный бар, там опять я выслушала порцию оскорблений в свой адрес. В общем, я психанула и…и. Я хотела его влюбить в себя и бросить потом. — на последней фразе я таки разревелась, хотя плакать причин не было.

— Ну… — Ленка слов подобрать не смогла.

Зато Светка разрядила сырую обстановку.

— А за платьем-то мы поедем или как? — истерично спросила и тут же надулась, когда я отрицательно помотала головой.

Потом немного подумала, утирая слёзы, и передумала, радуя младшую сестру.

— Хотя нет, поедем. — я же Андрею не говорила, какое платье собираюсь покупать…

****

Под влиянием непонятных, доселе неизвестных Андрею чувств, он разнёс в пух и прах Красношейного с его перерасходом средств на объекте и бардаком в документах. Затем отпылесосил нескольких его сотрудников до кучи, и вернулся в офис злющий как стая бешеных псов. Выдохнул только когда закрылся в собственном кабинете.

Пять минут пытался собраться с мыслями, но его что-то отвлекало. Понял не сразу, что это без конца приходящие на телефон оповещения из банка.

Суммы мелкие и много. Явно непохоже на покупку свадебного платья, разве что Виктория его решила купить по частям. Отключил звук и откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза. Сразу в воображении возникла не радужная картинка.

Этот рыжий задохлик тискал его Вику! Внутри возмущение вспыхнуло с новой силой, руки сжались в кулаки. Он не хотел даже думать, чего там у Виктории на уме, но эта её поправка на статус ещё незамужней женщины, сама наводила на мысли, что она реально любит этого таракана.

Остаток дня прошёл как во мраке. Спустившись на парковку, Андрей даже не выдержал и стукнул по крыше Викину машину. Хорошо так стукнул, от удара осталась вмятина и машинка возмутилась, взвыв сигнализацией. Андрей быстро её заткнул, благо ключи от Пежо были у него.

Сел в свою машину, с мыслью, что стоит Вике поменять авто. Его и так раздражало всегда это красное недоразумение, а теперь и вовсе смотреть невозможно. Напоминает.

Отпустило Андрея внезапно. Все тревоги, злость и раздражение моментально улетучились, когда он, вернувшись домой, зашёл в прихожую. Вика опять истошно вопила на кухне, подпевая, кажется, певице Ёлке, что-то о воздушном шаре, и на весь дом вкусно пахло ужином.

— Опять вытяжку не включила. — пробурчал себе под нос Андрей, снимая куртку.

Затем скинул обувь и нагнулся, чтоб достать тапочки с полки, позади послышался странный звук, отдалённо напоминающий покрякивание с повизгиванием. Андрей медленно повернулся и встретился с любопытным гусем взглядами.

— Что за чёрт? — подумал мерещится, ткнул гусёнка, тот поджал голову и отступил.

Не мерещится, гусь самый настоящий, он его помнит, ловил уже. Только теперь у некогда белого гусёнка голова была зелёной, а оранжевые лапки скрывали розовые махровые носки.

— Ну-ка, иди сюда, гусь лапчатый, сейчас разберёмся. — Андрей сцапал пернатого и понёс на кухню, уточнить у Виктории, какого хрена?!

Викуля, как и вчера, истошно вопя, крутилась у плиты в его футболке, и запал сразу пропал. Это было чертовски приятно, видеть её в своей одежде. Не просто так же она напяливает его футболки и рубашки? Значит, что-то есть, значит, нравится ей это. Пока Андрей наблюдал за Викой и размышлял о смысле мужской одежды на женщине, гусёнок неожиданно вытянул тонкую шейку и прильнул к нему.

— Ты это чего? — Андрей вытянул руки с гусёнком и тут же спустил того на пол, от греха подальше.

Ему эти телячьи нежности от будущего новогоднего блюда были ни к чему, иначе как его жрать то потом?

— А? — Вика в паузу между песнями услышала, что на кухне не одна и повернулась.

— Чего он тут делает? Почему не в курятнике? — Андрей шагнул к плите и включил вытяжку.

— Ты представляешь! Эти куры, такие злыдни оказались, они его заклевали. Я приехала домой, зашла в курятник проведать, водички свежей налить, зёрнышек подсыпать, а там вот! — Викуля указала пальцем на зелёную макушку гуся и только сейчас Андрей заметил ранку у пернатого на этом месте.

— И что? Ты хочешь сказать, что он тут у нас жить будет теперь? — Андрей был готов привести тысячу доводов, почему он против, но Виктория не дала ему этого сделать.

— Ой у меня сейчас всё сгорит! — всплеснула руками и бросилась к бурлящей сковороде. — Помой, пожалуйста, зелень. — своей просьбой, совсем не оставила Андрею шансов, и он решил, что вернётся к этому разговору позже.

После ужина разберётся с гусем.

Андрей подошёл к раковине, взял пучки с зеленью, только настроил воду и хотел сполоснуть сначала укроп, потом зелёный лук, но Виктория его оттеснила. Влезла сначала с ножом, потом с доской. У Андрея все мысли были уже не о гусе и совсем не об ужине. Какой гусь? Какой ужин? Когда тут в паре сантиметров от взгляда, из-под его любимой футболкой с Королём и Шутом, то и дело показываются, Викины бедра. Хоть прям сейчас хватай, сажай на стол и…

— Чего ты мне мешаешься тут? — возмутился Андрей, отгоняя от себя эротические видения.

— Ну мне надо доску сполоснуть. Я же готовлю! — резонно заметила Викуля.

— Ты готовишь мне место в психбольнице. — устало заметил Андрей, получив таки доступ к воде.

А Вика так звонко захохотала, что гусёнок бросился с испуга к ногам Андрея.

— Чего ты? Не обращай на неё внимания, она у нас немного того. — съехидничал Андрей, обращаясь к пернатому.

— О! Кажется, он думает, что ты его мама. — с улыбкой до ушей заявила Виктория.

— Чего?! — Андрей недоверчиво глянул на Вику, потом аккуратно отодвинул ногой гусёнка подальше от себя, но тот притопал обратно и уткнулся головой в его ногу.

— Даже если ты брутальный мужик, для нашего гуся ты теперь всегда будешь нежной мамуленькой. — похрюкивая от смеха, заявила Виктория.

У Андрея снова задёргался глаз.