14

Утро началось рано. Бледно-розовый свет уже пробивался сквозь плотные шторы, рисуя на полу причудливые узоры. Едва я открыла глаза, сперва не поняла - где это мы. Почему спим в одной кровати с дочкой? Моя кроха, разметавшись, как морская звезда, мирно посапывала рядом, обнимая плюшевого мишку. С полугода она спит отдельно в своей кровати, в окружении мягких игрушек. У неё там есть кого обнимать, тянуть за плюшевые уши во сне, вместо моих волос. И так мы обе высыпаемся лучше, чем когда вместе. Но этой ночью просто так было нужно. Поспать в постели Ромы…

Я в квартире Руслана. Удивительно. Никогда не думала, что я окажусь у него дома. В этой холостяцкой берлоге, где всё пропитано ароматом горького кофе и дорогого мужского парфюма. Я старалась, изо всех сил, не думать, что между нами что-то возможно. Но даже после всего, что он говорил. Всего, что сделали они, и я… Почему мне тут так хорошо?

Встав с кровати, я на цыпочках, чтобы не разбудить дочку, подошла к окну. Город только начинал просыпаться. Внизу, на улице, лениво ползли машины, спешащие по своим делам. На мне только его футболка – огромная, черная, пахнущая им. Я провела по ткани рукой, словно пытаясь удержать на кончиках пальцев фантом его тепла.

Дверь в соседнюю спальню была приоткрыта, и я, поддавшись внезапному импульсу, заглянула туда.

Они спят на одной кровати. С отдельными одеялами, с дистанцией. Ровно минуту я борюсь с желанием подойти, нырнуть между ними и ещё час поспать. Выходной же. И я точно знаю, что меня не выгонят. Разве что станет слишком жарко и придётся быстро решать проблему с возбуждением обоих мужчин…

И моим собственным.

Но не могу себе этого позволить. Мы не можем быть настолько близкими. Не сможем потом разгрести мои порывы чувств и эмоций. Потому мне нужно сдерживаться, как бы не хотелось…

Мне даже спать с ними нельзя. Они не смогут дать то, чего я бы хотела. Это и невозможно. Но… Помечтать можно.

На кухне разбираюсь с такой же, как и у меня дома, кофемашиной довольно быстро и делаю черный кофе. Меня буквально колбасило из стороны в сторону от переживаний и собственных мыслей.

"Возможно, у братьев все же есть какие-то деньги, раз они могут позволить приехать и купить такую квартиру в короткие сроки", - пронеслось в моей голове. - "Даже не у братьев, а у одного Руслана. Рома тогда…"

Неужели те славные и безбашенные мажоры, с которыми мы провели немного времени вместе, сейчас зарабатывают… столько? А что если они и вовсе не были мажорами никогда? Просто умело создавали этот образ, скрывая истинное положение вещей?

Аня никогда и не была такой уж богатенькой миллионершей… Её семья жила обеспеченно, но не более того. Значит, Рома и Руслан уже давно зарабатывают достаточно, чтобы сейчас чувствовать себя настолько свободно и уверенно. Это подкупает.

От этой мысли, от осознания того, как мало я знала о них на самом деле, стало как-то не по себе. Я сделала большой глоток обжигающего кофе, пытаясь прогнать странное чувство.

Тогда я о них знала не много. Любовники, что попались на моём пути тогда, когда мне это было нужно. Развлечься, отдохнуть и не помнить почти ничего из тех трёх или четырех дней. Меня тогда жутко смущало, что их двое и я должна одинаково с ними спать и взаимодействовать, что ли… А сейчас…

Я просто знаю, что они оба играются. Как и тогда. Собственно, как и я. Может быть, Роме для репутации не хватает семьи? Чтобы снова везде быть успешным бизнесменом и шикарным мужем.

Нет. Только не они.

Снова проверяю спят ли все и забираю телефон со спальни. Звоню Шахову, надеясь, что он уже не спит.

И он отвечает через пару гудков. Создаётся впечатление, что он всегда ждёт моего звонка.

- Доброе утро, красавица, - Сергей, судя по всему, уже куда-то едет. Я слышу шум на заднем фоне.

- Доброе.

- Как Барселона? - замираю. О том, что я туда летала знало несколько человек и Шахов не в их числе.

- Солнечно… - тихо отзываюсь.

- Слушай, малышка. Не нужно передо мной оправдываться. Я помню себя в их годы. Тогда если бы такая женщина прилетела ко мне, я бы не стал и думать. Я понимаю. Сейчас я даю тебе отсрочку, чтобы ты сама выбрала.

- Я не стану оправдываться, - киваю, - это не касается тебя.

- Давай так. Если ты мне сама набрала, значит, приняла решение. Понравится ли оно мне, это другой вопрос. На выходные я уехал к сыну, но в понедельник мы можем встретиться.

- Я озвучивала своё условие.

- Лиза тебе ещё не звонила? Хм, странно. Я её выгнал из дома ещё пару дней назад. Так что я выполнил твоё желание.

- Почему? Почему я тебе так нравлюсь?

- А разве на такие вопросы есть нормальный ответ? Я знаю, что тебе могли наговорить обо мне все твои близкие люди. Но я стану открываться тебе только когда ты станешь со мной искренна. Мои условия просты?

- Более чем, - я опускаю взгляд на дорогую плитку. Наверное, пока не стоит говорить, что я ему уже верю? Он выгнал мою мать чтобы стать ко мне ближе.

- В понедельник поедем ужинать в моё заведение за городом. Оставь свою красавицу с кем-то.

- На ночь? Сергей…

- На ночь. Но это не значит, что если ты не захочешь, я силой стану брать то, что хочу. Яна, пора тебе понять, что ради тебя можно рискнуть всем, чтобы в итоге ты была просто рядом. Да и… Не только тебе понять.

- Что ты ещё знаешь? - по спине пробежала капелька холодного пота.

- В понедельник и поговорим. Хороших выходных, красавица.

Он отключается, а я в шоке смотрю перед собой. Согласна ли я идти за спинами Ромы и Руса? Да. Готова ли быть на самом деле любовницей хоть одного из них? Нет. Хочу ли я, чтобы меня делили, как кусок недоеденного мяса? Нет.

Но ради дочери и просто закрыть рот Матвею… я готова на всё. Он следит за мной. За малой. И если его старые дружки решат помочь ему, я не выберусь одна.

А папа…

Нет, к нему нельзя. Я девочка взрослая. И я согласна даже остаться одна после всего этого дерьма. Только бы вся моя жизнь вернулась на круги своя…

Все проснулись ещё через минут двадцать. Я успела принять снова душ, наслаждаясь тёплыми струями воды, которые помогали смыть остатки сна, и даже нашла овсянку для дочери. Не обеднеют от ложки овсянки и стакана молока, подумала я, доставая из шкафа пачку крупы.

Первая спустилась Кира. Прижимая пушистого котёнка к груди, она зашла на кухню и сонно мне улыбнулась. Её глаза всё ещё были полузакрыты, а волосы слегка растрёпаны после сна. Что за прелесть? Мы пошли умываться, и уже когда вышли, освежённые и бодрые, спустился Рома.

- Я тут немного хозяйничаю, - улыбнулась я, указывая на кастрюлю с овсянкой на плите.

- Тогда с тебя завтрак не только для Киры, - Рома хмыкнул, потирая заспанные глаза. - Мы на дорожку.

- Хорошо, - киваю. Мне не сложно приготовить всем завтрак. Всё равно готовить для дочери в самом деле.

Спускается и Рус, и они с Ромой скрываются в одной из комнат, я готовлю дочери ароматное какао, ставлю кашу на стол. Кухня наполняется запахами еды и уютом домашнего очага. Всё это время пытаюсь отогнать мысли о том, что это всё выглядит так, словно мы настоящая семья и это наше обычное утро. Но как бы мне этого не хотелось… Им это не нужно, напоминаю себе я в тысячный раз, вздыхая и продолжая хлопотать на кухне.

Оставляю дочь на кухне, где она увлечённо поглощает свой завтрак, и иду к мужчинам. Открываю дверь и удивлённо замираю на пороге, окидывая взглядом просторную комнату с тренажёрами. Несколько беговых дорожек, блестящих хромированными поручнями, расположились вдоль одной стены. По одному тренажёру на все группы мышц, от массивных силовых до компактных кардио, занимают остальное пространство. А в конце комнаты - массажный стол, покрытый темно-синей кожей, манит своей многообещающей поверхностью.

В воздухе витает характерный запах резины и мужского пота, свидетельствующий о интенсивных тренировках. Одна стена полностью закрыта зеркалом, отражающим всю комнату и позволяющим контролировать правильность выполнения упражнений. Другая сторона - панорамными окнами, за которыми открывается впечатляющий вид на город, залитый утренним солнцем.

Рус, заметив меня, быстро становится по бокам дорожки. Его мышцы всё ещё напряжены, а на лбу блестят капельки пота. Он хмыкает, окидывая меня оценивающим взглядом.

- Тоже хочешь? - спрашивает он, кивая в сторону свободной беговой дорожки.

Вообще-то, я не была в зале целую неделю. Моё тело уже начинает скучать по привычным нагрузкам и выбросу эндорфинов после тренировки. Но не сегодня. Всё ещё не могу отойти от изнурительного марафона в Барселоне, который выжал из меня все силы. Мышцы до сих пор ноют при воспоминании об этом испытании.

А ещё я залипаю на смуглое тело мужчины, покрытое бисеринками пота, которые медленно стекают по рельефным мышцам. Каждый сантиметр его кожи будто бы высечен искусным скульптором, подчеркивая силу и мощь его тела. По широкой груди и плоскому животу градом текут прозрачные капли, огибая каждую крепкую мышцу, и исчезают за поясом спортивных шорт. Он тяжело дышит, восстанавливая дыхание после интенсивной тренировки, и ждёт моего ответа, пока всё моё тело сводит от желания прикоснуться к этому совершенству.

Я сглатываю внезапно образовавшийся в горле ком и усилием воли отвожу взгляд от этого искушения.

- Не сегодня, - улыбнулась я, стараясь не выдать своего смятения. - Кофе делать?

- Да, два. Без молока и сахара, - отвечает Рус, вытирая пот с лица краем полотенца.

- Конечно, - ухмыляюсь я, радуясь возможности сбежать из этой комнаты и от этих мужчин, будоражащих мою фантазию.

Рома тоже быстро становится на края дорожки и ухмыляется, глядя на меня и тяжело дыша. Его взгляд будто бы прожигает насквозь, заставляя кровь быстрее бежать по венам.

- Если бы не малышка в квартире, за такой взгляд я бы тебя трахнул.

- Нормальный взгляд.

- Да-да, - кивнул Рус. - Нравится, что сейчас видишь?

- Не нравилось бы, не рассматривала, - наклонила голову. - Оденьтесь после душа.

- А то что?

- А то я подумаю, что вы педофилы и прибью на месте.

Они оба смеются, да и я не сдерживаюсь. Закрываю дверь и возвращаюсь к Кире. Поспешно ретируюсь из комнаты, пока мое самообладание окончательно не дало трещину, и направляюсь на кухню, чтобы приготовить обещанный кофе.

Потом мы завтракаем. Точнее, они. Я пью во второй раз кофе и думаю о своём, пока Рома занят чем-то в телефоне, а Рус общается с Кирой. Она показывает ему что-то в телефоне и после, чтобы было удобно он даже садит её на свои колени. Я нервно вздыхаю на это. Если она привыкнет к ним, будет сложно потом оторвать от них и заставить забыть… Она уже не забудет. Словно чувствует, что они не простые дяди.

- Ром, у тебя сегодня много времени? - Рус смотрит на брата.

- А что? - отвлёкся он от смартфона и быстро глянул на него.

- А ты не слышал, о чём мы говорили? - Рус хмыкнул. - А ты, Ян, слышала?

- Нет, - мотнула головой.

- Мы хотим в зоопарк, - Кира улыбнулась. Хитро так. Словно специально меня предупреждая, что не даст так просто расстаться сегодня с папами. Ох…

Оговорочка…

- В зоопарк? - повторяю с удивлением в голосе. - Мы там давно не были… Но может быть вдвоём? - добавляю с надеждой, бросая нежный взгляд на дочь.

- Эй, это мы вас зовём, а не наоборот, - вмешался Рус. - Быстрее решайте. А то мы можем и передумать, - хмыкнул он, подмигивая. - Да, Кир? И вообще, вдвоём пойдём.

- Да! - Кира рассмеялась, ее глаза весело заблестели.

- Ага, хорошо, - сдаюсь я, не в силах сопротивляться их энтузиазму. - Только сперва кашу доешь, - киваю на тарелку перед нашей пятилетней дочкой. Кира надула губы, но неожиданно Рус становится на мою сторону:

- Да, малышка. Надо доесть. А то мама не разрешит весь день кушать мороженое, - сказал он с добродушной улыбкой, обращаясь к моей дочери.

- Весь день не разрешу, - кивнула я, стараясь скрыть улыбку от ее надутых губок.

Мы собираемся после быстро. Затем заезжаем домой переодеться в легкие летние платья, а то в строгих рабочих костюмах как-то не хотелось ходить по зоопарку и наслаждаться солнечным деньком. Вещи Киры из детского садика мы тоже оставляем в квартире, что-то я отправляю в стиральную машинку, мою ее любимую бутылочку для воды и наливаю туда свежий вишневый компотик.

Кира, моя пятилетняя энергичная дочурка, сама собирается, надевая свое новое ярко-розовое платьице в цветочек и любимую маленькую сумочку через плечо, куда складывает свою детскую помаду и какую-то крошечную мягкую игрушку. Я туда же кладу еще одну пачку влажных салфеток на всякий случай и после уже сама тщательно собираюсь.

Я стараюсь себя занять по максимуму. Не отказываю Кире пойти в зоопарк только потому, что это и правда всем нам нужно - возможность расслабиться и отдохнуть.

Так что я думаю обо всем на свете, впервые за долгое время врубив на полную мамочкин режим и вырубив привычный режим сильной и независимой деловой женщины. Позволяю себе надеть свободное, летнее хлопковое платье в цветочек и уже обуваясь, с улыбкой понимаю, что мы с дочкой впервые выглядим почти одинаково нарядными. С маленькими сумочками через плечо, в шляпках от солнца и легких платьицах. На ноги удобные босоножки. Я хватаю бутылку с холодным вишневым компотом и мы весело выходим из дома.

Мужчины курили, стоя у подъезда и ожидая нас. И едва мы подходим, Кира тут же начинает кружиться перед ними, расправив полы своего нарядного сарафана, и улыбается во весь рот:

- Мы с мамой решили одинаково одеться. Как вам?

Я ухмыльнулась, глядя на их реакцию, а Рус и Рома расплылись в широких улыбках.

- Прекрасно, - выдохнул Рома, его глаза сияли гордостью. - Вы с мамой просто прекрасны, две красавицы.

- Я знаю, - махнула Кира свободной ручкой, максимально скромно улыбнувшись, копируя мою типичную позу.

Даже когда мы все вместе заходим в городской парк, покупаем билеты в зоопарк у входа и даже когда подходим к первым вольерам с животными, я никак не могу поверить происходящему. Ни своим глазам, ни ушам. Они оба, Рус и Рома, словно решили подарить нам с Кирой этот замечательный день, заочно показывая, что они и так прекрасно знают всю правду. Я чувствую необъяснимую благодарность к ним.

Но это всё мои переживания. Они не могут знать наверняка, чья Кира и то, что я не говорю правду, точно не факт, что она их дочь. Хотелось бы, конечно, просто переложить ответственность на нас обоих на них. Но нельзя. Нельзя.

Я сама справлюсь.

- Хочешь что-то попить? Жара невероятная, - мы с Ромой оказываемся вдвоём, пока Кира и Рус отвлечены на животных.

- Да. Желательно ром с колой, но нельзя пока что, - хмыкнула.

- Так сложно видеть нас рядом? - улыбнулся мужчина.

- Сложно. Не понимаю, зачем вам обоим этот цирк. Вы оба просто тратите время за меня и мою дочь. Бессмысленно, - я щурюсь. - Хотите секса? Так поехали, отвезём Киру к родителям или я вызову няню, а после на пару часом можем уединиться… - я сглотнула. Этот яд вырывается у меня чисто автоматически.

- Дура, - качает головой Рома. - А если мы не хотим от тебя только лишь секса?

- А чего вы хотите? Вам обоим не нужно ничего больше. Что будет, если она окажется вашей? Ты или он будете мне каждый месяц платить алименты? - хмыкаю. - Отсудите все выходные? Будете меняться, чтобы быть до конца дней воскресными папами?

- Почему меняться?

- О, ты не знал? - хмыкаю. - Невозможно узнать, кто из вас её отец. Вы же близнецы.

- А ты узнавала это? - Рома вновь ловит меня на моих же словах. Я нервно облизываю губы.

- Какая разница? - шикаю я.

- Разница в том, - Рома наклоняется, - что если Кира моя или Руса - мы вас обеих никуда не отпустим.

- Закроете дома? - хохотнула в защите я.

- Тебя - ещё и прикую к кровати и буду очень долго вытрахивать из тебя все эти глупости, - улыбнулся Рома, говоря это тише.

- Ты сейчас похож на своего брата… - шепчу непослушными губами. Я этого хочу больше всего на свете. Быть с ними всегда. Но так нельзя. Нас осудят, пойдут слухи, пострадает репутация…

- Я…

Рома только хочет что-то ответить, как его нагло перебивают:

- Я и не думал, что мы встретимся в таком месте… - мы с Ромой разворачиваемся. Мужчина тут же хватает меня за талию, ибо я в шоке сперва отшатываюсь и панично ищу дочь. Он смотрит на меня взглядом победителя, да и его дамочка, бывшая Ромы, тоже улыбается, хищно и уверенно держа подбородок.

- Это самая противная встреча за последние несколько недель, - отозвался Рома.

- Понимаю, - улыбнулась Ира. - Противно видеть инцест среди белого дня.

- Ты совсем? - Рома поднимает брови вверх, к нам подходят Рус с Кирой на руках.

- Что происходит?

Я замечаю, как Кира сильнее сжимает шею Руслана только от вида Матвея. Тот тянет к ней ладонь, но она только сильнее вжимается к своего… папу. Буду честна сама с собой. Я и правда уверена, что её отец - именно Рус. Не знаю почему.

А ещё именно сейчас я понимаю, что готова на ДНК тест. Чтобы уберечь её от Матвея.

Рус отходит на шаг, видя реакцию дочери. Немного отводит руки, чтобы увеличить расстояние между ними.

- Нас обвиняют в инцесте, - хмыкнул Рома. Я же ощущаю жадный взгляд Матвея на себе. И от него становится страшно. Он словно и бабки срубить хочет, и вернуть меня. Не понимая до конца, что больше у него в приоритете.

- А есть доказательства? - хмыкнул Рус.

- Она у тебя на руках, - Матвей бесстрашно кивает. После смотрит на меня и наигранно удивляется. - Ой, ты им ещё не сказала?

Кажется, я слишком яростно вдыхаю воздух, потому что Рома приобнимает меня за плечи и пытается отвести.

- У тебя неделя, малышка, - Матвей улыбнулся. - Лучше тебе не играть в игры, - хмыкнул он.

Они с Ирой уходят на выход из парка, словно только за этим и пришли сюда. Я смотрю на мужчин.

- Поехали отсюда, - шепчу.

- Нет, - ответил Рома. - Не поддавайся на его бесполезные шантажи, Ян. Он ничего не может сделать.

- Ты же ничего не знаешь! - я сжимаю кулаки.

- А ты мне расскажи.

- Нет.

- Тогда остаёмся, - кивнул Рома.

Они оба идут вглубь парка. Я же смотрю на выход, где уже пропали эти двое и смахиваю слёзы. Сволочь! Какая же он сволочь!

Кира полностью отвлекает меня своим детским восторгом. Ее заразительный смех, безграничный восторг от любимых животных семейства кошачьих - расслабляет. От пятнистых пум до могучих львов. Мы проводим около вольеров взрослых хищников несколько часов, а после направляемся к секции с детенышами.

Кира сама, под чутким присмотром опытного смотрителя, кормит парочку крошечных полосатых тигрят из бутылочки. И с блестящими от радости глазами смотрит на меня все это время. А я, отвлекшись наконец, от встречи с бывшим мужем, сижу прямо напротив малышки на лавочке и широко улыбаюсь, тоже с умилением рассматривая малышей. Они смешно урчат, рычат и с вкуснейшим причмокиванием сосут теплое молоко из бутылочки.

Не знаю, сколько это стоило Русу и Роме организовать. Но едва дочь озвучила свое желание вблизи посмотреть на то, как кушают маленькие тигрята, те быстро решили этот вопрос.

Так что я на весь день решила отбросить свою гордость и отдаться воле случая. Пусть сделают сами этот день незабываемым, пусть он будет наполнен радостью и счастьем…

И они сделали. Я чувствовала себя настоящей девушкой, женщиной, избавленной от забот и тревог. Не нужно было решать проблемы, бежать по делам, думать о завтрашнем дне… Я просто думала о комфорте и отдыхе дочери, порой сама наслаждалась выходным и не отказалась ехать на ужин в ресторан, когда мы все были немного уставшие и кто-то - даже сонным. Ведь что может быть лучше, чем провести день с любимыми людьми и насладиться абсолютно каждым моментом?

Всю дорогу Кира сонно смотрела мультики, обнимая новую игрушку - мягкого тигра, которую она так радостно получила в подарок. Ее глаза блестели от счастья, когда она смотрела на своего нового друга, и ее улыбка освещала весь автомобиль. Но едва поев, сразу поскакала играть в игровой зоне ресторана и носиться с другими детьми, смеясь и радуясь жизни.

Я же осталась снова с ними наедине.

- Потом ко мне? - нарушает молчание Руслан. Мы с ним на двоих взяли бутылочку вина. Так что он с неприкрытым наслаждением пьёт и снова смотрит на меня.

- Опять? - хмыкнула.

- Снова, - хохотнул Рус. - Поехали. Тебе же там понравилось.

Утверждение. Что ж, он прав. Я чувствовала там себя в безопасности и потому мне там было хорошо. А где хорошо мне, там хорошо и дочке. Несмотря ни на что, у нас с ней очень крепкая связь и малышка меня очень чувствует.

- Мы домой, - качаю головой. - Нужно там хоть сутки побыть, подготовиться к рабочей неделе…

- Что там готовиться? - улыбнулся Рома. - Хорошо. Мы можем все к тебе.

- Ну, уж нет, - качаю головой. - У меня дома я пока не смогу видеть никаких мужчин, - я повела плечами. - Хватило Матвея и того, что он успел наследить.

- А успел? - хмыкнул Рома. - Или никак отмыться не можешь?

- Скорее второе, - киваю.

- Что значили его слова в парке? На что тебе нужна неделя?

- Снова? - я даже всхлипнула. - Хорошо, едем к вам. Уговорили.

- Яна… - начинает наступление Рома, но резко замолкает и улыбается дочери. Та пьёт сосредоточенно сок и смотрит на меня.

- Поедем снова к Роме и Руслану в гости? - улыбнулась я.

- А можно? - загорается дочь. - А мультики у вас есть?

- Конечно, - улыбнулся Рус, его глаза засияли. - Едем мультики смотреть? - Выберешь тортики под мультик?

- Да! - Кира радостно кивает, ее голубые глаза сияют от возбуждения.

Он встаёт и берёт за руку дочку, его пальцы нежно обхватывают ее маленькую руку.

- Немного. Мы следим за фигурой, - я говорю, пытаясь скрыть свою улыбку.

- За твоей вообще надо глаз да глаз, - кивает несколько раз Рус, его голос звучит шутливо, и его глаза смеются. - Идём, принцесса, - он добавляет, его голос становится более нежным, и он помогает Кире надеть ее любимую розовую курточку.

Они уходят, а я смотрю на Рому, который сидит передо мной, его глаза смотрят на меня с какой-то особенной лаской.

- Ты сегодня так нежно выглядишь, - неожиданно говорит он, его голос звучит с оттенком восхищения. Улыбается провокационно и наклоняет голову. - Такой быть тебе больше идёт.

- Какой? - улыбнулась в ответ, моя улыбка несколько раз подергивается, и я чувствую, как мое сердце начинает биться быстрее.

- Девушкой. Мамой. Обычной девочкой, которую хочется забрать и никуда не выпускать, - добавляет он, его голос звучит с оттенком романтики. Я почти верю.

- Ты не дракон, а я не принцесса, - хмыкаю. - Девочки верят в принца на белом коне, но я не верю в сказки. Даже вам не верю.

- Я и не сомневался, - хохотнул Рома. - А ты попробуй.

- Не надоело?

- Посмотри на все мои попытки достучаться до тебя под другим углом и ответишь на собственный вопрос, Ян.