16

- У тебя всё хорошо? - с этими словами папа остановил меня в понедельник уже в конце рабочего дня. Я возвращалась в свой почти готовый салон уже при полном параде, и никак не ожидала увидеть его.

- Папа? Вы прилетели? Когда? Почему не позвонил? Как Красное море? - сходу закидываю его вопросами, чтобы он забыл и не думал спрашивать что-то у меня ещё. Нежно обнимаю его, целую в щёку.

- Не успел, сразу по встречам… Яночка…

- У меня всё отлично, - да, зашибись всё, - вот сейчас поеду забирать Киру, после где-то поужинаем, а на выходные к вам заедем…

Вру так безбожно, что становится тошно. Он прекрасно видит, что я в слишком короткой юбке в обтяг, в таком же топе. Что я куда-то собираюсь. Если бы не пиджак, записываться мне в эскорт. Ещё и вишенкой на торте - красные губы. Это чтобы у Шахова не осталось не единой лишней мысли.

- Ну, хорошо… - папа делает вид, что поверил мне. Кивает. - Тогда поехал Анюте помогать с чемоданами. Ты аккуратно, малышка…

Он подбирает слова, сам целует меня в щёку и улыбается тепло.

Мне звонит кто-то, потому я быстро и совсем не вежливо прощаюсь с папой и иду к себе, где отвечаю на звонок.

- Ты что себе позволяешь?! - визжит в трубку незнакомый голос. Я кривлюсь и попутно собираю вещи. Сумку, ноут.

- Что? Кто это?

- Ещё и делаешь вид, что не узнала?! - снова визжит истеричка.

- Что вам нужно? Представьтесь.

- Ты, шлюха! Что ты наговорила Серёженьке, что он выставил меня? Представляешь моё удивление, когда я прилетела домой, а мои вещи отправлены почтой не пойми куда?! - визжит едва понятно дамочка, и судя по тому, что именно она визжит, я усмехаюсь, узнавая свою мамочку.

- О, мама. Это ты.

- Не называй меня так, шлюха! Быстро вернула мне моего Серёженьку!

- А то - что? - я закрываю свой салон, спускаюсь, пытаясь держаться, чтобы не орать точно так же в трубку. Нервы натянуты уже так, что скоро просто лопнут. - Я тоже маленькая просила тебя не уходить на блядки. Вот я и иду по твоим стопам, смотри! - выхожу из офисного центра не одна. Оба сводных брата слышат мой разговор, но никак не реагируют. Руслан открывает мне дверь. И я выхожу первая. Проверяю уехал ли отец и замечаю машину Шахова и, собственно, его самого, с букетом роз.

Бля.

Вовремя.

Я слышу, как скрипит челюстями Рома, как напрягается Рус. Вижу, что Сергей отталкивается от авто и шагает навстречу.

- У тебя всё? - прерываю гневные вопли матери. - Твоя шлюха-дочь пошла высасывать бабки на свой бизнес у твоего же мужика. Пока.

- Что, нахер? - выдаёт Рус, пока я отбиваю вызов. Я только плечами пожимаю и спускаюсь к Шахову. Но он не успевает вручить мне букет. Рус заставляет от него отступить на шаг, дёрнув за руку, а мне снова кто-то звонит.

Да я сегодня нарасхват. Блять.

Бывший.

- Ох, и ты тоже, - я шиплю, вешаю на руку сумку и отвечаю, пока Рус хмыкает в лицо Сергею:

- Она никуда с тобой не поедет.

- Позволь это решать самой Яне, Бронин, - невозмутимо отвечает Сергей.

- Что тебе? - шиплю в трубку. Могла бы и отбить, но что-то подсказывает мне в этот момент, что нужно взять трубку.

- Эй, тише, сладкая. Слушай… А я решил немного скинуть бабки. Мы тут пока ужинаем с дочкой, я понял, что вы обе мне дороги и я…

- Ч-что? - замираю. По ногам дует холодный ветер, но я ничего не чувствую. Внутри словно что-то лопается.

- Посмотри последние сообщения, - неспешно хмыкает Матвей.

Скидываю с руки портфель и сумку прямо на пол и отхожу на шаг от мужчин. Пусть сами разбираются. Но они, заметив моё состояние, просто замерли на месте.

Я захожу в мессенджер, открываю наш с ним чат, где до этого вечера были только копии электронных документов. Остальное я просто снесла когда он меня ударил.

Там три фотографии. Моя малышка. Заплаканная, связанная и с растрёпанной причёской. На скуле что-то красное, что заводит меня просто за одну секунду. И намёка на ужин нет на фото.

Дрожащими пальцами прикладываю телефон к уху и шепчу так, что кажется от давления взорвётся голова.

- Где она? - аккуратно спрашиваю. В глазах стоят слёзы.

- У меня.

- Я знаю, блять, что у тебя. Где ты находишься? Где, сука, моя дочь? - я последнее кричу в динамик.

У меня выхватывают телефон. Ставят на динамик. А другие руки прижимают к стальной груди. Я не чувствую ничего. Не понимаю. Смотрю на свой телефон, где светится окошко звонка.

- Я решил скинуть до миллиона твой долг.

- Какой, нахер долг, - шиплю, перебивая его.

- Супружеский, моя любимая жена, - хохотнул Матвей. - Знаешь, как ты можешь отработать пятьсот косарей?

Меня передёргивает, но тихий шёпот прямо в ухо быстро приводит в чувство:

- Возьми себя в руки. Отвечай. Пусть выдаст адрес.

- Как? - выдыхаю.

- Все шесть лет я жил и думал: как это - тройничок. Знаешь, как обидно?! У тебя он был, а у меня вот нет. И вот! У меня есть Ира и есть ты. Приезжай. Уложишь дочь спать, а утром сможешь её забрать.

- Господи… Тебе мало того, что ты уже предложил? На что я согласилась? Ты хочешь и рыбку съесть, и…

- Ты осторожнее, Яночка. Выбирай слова, а то… Я же совсем рядом с нашей малышкой… Ах, да, прости! Не с нашей. С твоей нагулянной малой, которую ты мне навязала… Хм! - он коротко хохочет. - Это ведь значит, что я ей никто… Мне и правда всё равно на неё, а значит, малышку можно и закрыть где-то в тёмной кладовке, чтобы заикалась до конца жизни. За всё в этой жизни приходится платить. Не тебе, так твоим деткам…

- Не смей!

- Приезжай! Я у себя в квартире, малышка. Ира вам подготовила такие наряды, еба-а… А если… Не приедешь… Ну, что ж…

- Не смей! Не трогай её, - ору, выхватывая телефон у Руслана и громко всхлипываю. Но Рус быстро забирает у меня телефон и скидывает вызов.

- Поехали, - кивает Руслан. - Я ему сейчас покажу настоящий тройничок.

- Я помогу, - Сергей всё это время стоял и слушал разговор. Я поднимаю на него взгляд и нервно сглатываю.

- Прости.

- Как я и сказал тебе по телефону, малышка. Я не дурак. Я понял, что тебе от меня что-то нужно, чего ты не можешь попросить у них.

- Не строй из себя благодетеля, - хмыкнул Рома.

- Мне всё равно, что вы оба обо мне думаете, - Шахов щурится. - Будем дальше стоять? Или поедем?

Я тут же выравниваюсь и киваю. С моей реакцией что-то не так. Я не понимаю, что происходит ровно до того момента, пока мы не выезжаем с парковки офисного центра и не мчим по проспекту. Рус за рулём своего авто, Шахов даже отпустил водителя. Они решили что так будет лучше и быстрее. А я просто молчу. Впервые даю право мужчинам решить мои проблемы.

- В итоге что? Что он от тебя хочет?

Интересуется рядом сидящий Рома. Я смотрю на него и нервно сглатываю. Приятное сиденье авто обволакивает, я немного съезжаю по нему и теперь смотрю на него снизу вверх.

- Ты слышал. Бизнес. Или деньги. Тройничок.

- Шантажировал? Есть доказательства?

- Все разговоры, и этот тоже, записаны, - я сглотнула. - Незаконная оценка моего бизнеса, шантаж ребёнком, угрозы. Слежка.

- Почему?! - шипит впереди Рус. - Почему ты молчала? Почему ты ничего не сказала?! Мы не чужие тебе!

Я отвернулась, вытерла слёзы. Больно так, что хочется стонать. Я не хочу всего этого. Не хочу объясняться и доказывать что-то.

Хорошо, что мы приезжаем. Во дворе темень, так что даже если они просматривают его, все равно не увидели.

Едва я тянусь, чтобы позвонить в дверь, Рус просто сносит простенький дверной замок. Быстро вошла, в два шага преодолела коридор и вхожу гостиную. Там красивенько. Неоновая подсветка, музыка, свечи, шампанское, минет для Матвея в исполнении Иры.

- Что ж вы без меня начали-то? - усмехаюсь. Но коротко. Едва Матвей реагирует, а Ира замечает лишних, я врываюсь в ещё одну комнату. Но там только два охранника. Господи, и за какие бабки они терпят этот пиздец?

Дочери нет. Оставляю этих отморозков на Руслана. Уверена, они через секунду будут нокаутированы.

Врываюсь на кухню, но там снова никого. Слышу пьяный и сумасшедший смех Матвея.

- Слишком переживаешь за нелюбимую девку! - выкрикивает он. Но я просто жмурюсь и врываюсь в ванную. Которая, как оказывается, была заперта. Я просто снесла щеколду.

Дочка ревет, бросается мне на шею. Обхватывает меня, словно маленькая обезьянка, сжимает так крепко и орёт в ухо только одно:

- Мама!

- Я, я, солнце! Я, мама!

Проверяю её на повреждения, щупаю всё тельце, но кроме небольшого покраснения на скуле, ничего не нахожу. Слышу, что там, в гостиной, что-то происходит. На пороге показывается полуголая Ира и, зажав рот рукой, шепчет:

- Он убьёт его. Он просто убивает. Он…

Я не слушаю её. Мне всё равно. Толкаю её в коридор и бегу из квартиры.

Я сажусь на лавку, прижимая самое ценное к груди. Сама плачу беззвучно, успокаиваю дочь в истерике. Вспоминаю все разы, когда я говорила ему, что я не знаю, люблю ли Киру или нет. Именно потому он и выкрикнул сейчас то, что выкрикнул. Я проходила долго стадии принятия. Я принимала себя беременной, потом мамой. Но порой смотрела на малышку и думала…

Что она не моя.

А сейчас я прижимаю её к себе и понимаю, что ради неё я живу. И так уже довольно долго. Почти всю её жизнь. Я люблю её так сильно, как люблю её пап.

Так что, из-за неё я готова идти на уступки.

Из подъезда вываливается Рус и каким-то чудом зажигается фонарь под крышей. Это следом выходит Шахов, найдя где-то внутри выключатель.

Руслан с разбитыми костяшками и бешенным взглядом находит нас. Нервно осматривает, садится на лавочку напротив и облокачивается локтями о колени.

- Вода в машине есть? - спрашивает Шахов.

- В багажнике.

Отвечает, но потом встаёт сам и идёт к машине. Открывает багажник, отдаёт одну бутылку Сергею, вторую берет сам. И промывает себе руки.

А мы с дочкой пьём. Принимаю бутылку от мужчины и осторожно пою Киру. Она осторожно рассматривает Сергея, но меня не выпускает из рук. И я её.

Потом пью я. Жадно. Громко. Киваю Шахову.

- Спасибо, - слабо улыбнулась.

- Будьте тут, - Сергей замечает подъезжающую машину полиции, из подъезда выходит Рома и кивает тем, кто вышел.

- Спасибо, что так быстро приехал! - кивнул он. - Пойдём. Я в квартире всё расскажу.

- Я с ними поднимусь, - кивнул Сергей. - Эй, чемпион! - обратился к Руслану. - Смотри за своими принцессами, пока их снова не украли.

На улице остаёмся лишь мы. Полицейские заходят в подъезд, а Руслан пересаживается к нам. Кира повернулась к нему, сперва боязно выглянула, чтобы проверить кто это, а после быстро перелезла к нему и обняла за шею точно так же, как и меня секунду назад.

- Руслан! - шепчет малышка.

Он нервно сглатывает и осторожно кладёт руки на её спинку. Укрывает своими большими ладонями её полностью.

- Я тут. Всё хорошо, - шепчет он, поражённый таким доверием Киры. А у меня почти волосы дыбом встают от такого момента. Я улыбаюсь, снова пью воду, немного отходя от стресса.

- Можно к тебе? У тебя так хорошо… - всхлипывает моя принцесса, а я отворачиваюсь, чтобы он не видел и моих слёз.

- Сейчас дождёмся Рому и поедем.

- Да-да, только с Ромой! - кивнула дочка. - Мам, можно?

- Можно, - я облокачиваюсь на колени локтями и вытираю слёзы. Рус прижимает дочь одной ладонью и второй касается моей спины. Проводит медленно, осторожно по позвоночнику. Гладит.

Успокаивает.

- Успокаивайся, - тихо говорит он. - Всё хорошо.

- Не очень… Втянула вас, Сергея, в свои проблемы… - тихо шепчу я.

- Видимо, этого ты себе никогда не простишь, - иронично произнёс Руслан.

Полиция задерживает Матвея, Иру и двоих амбалов. Я подписываю показания даже не глянув, доверяя Роме. А Рус молча идёт в машину, отдав ключи Роме.

Так и едем домой.

Точнее, к Русу.

Кира не отпускает его. Обняв руками и ногами, она словно прилипла к мужчине, не разжимая объятия ни на секунду. Только иногда смотрела на меня, словно проверяя тут ли я, рядом.

Но вплоть до квартиры она не отпускала его ни на миг.

…- Уснула?

Я замираю на лестнице, услышав этот вопрос. Осторожно спускаюсь с остальных ступенек, видя, что они втроём распивают виски.

- Да. Можно и мне?

Наверняка, четвёртый стакан для меня. И потому Рома молча кидает кубики немного подтаявшего льда, наливает алкоголь и протягивает мне. Они все ещё в костюмах, без пиджаков, ровно как и я. Так что в юбке и топике мне было бы, возможно, не комфортно в другой ситуации. Но сейчас мне всё равно. Опускаюсь рядом с Ромой на второе кресло и пью. Виски беспощадно жжёт пищевод и желудок, но моментально расслабляет. Кажется, я ничего не ела, как и Кира. Но это уже утром. Пихать сейчас в неё еду было бы глупо.

Шахов заканчивает свой разговор по телефону.

- Завтра нужно будет отдать все доказательства шантажа. Уже сейчас на него есть все это, но с дополнительными материалами будет ещё легче. Без суда и следствия.

- Я предоставлю, - кивнула. - Сергей, ты прости меня… Я…

- Не извиняйся, - улыбнулся он. - Это я, как мальчишка, влюбился. Увидел тебя у Жени и всё, перемкнуло. Но, увы, в нашей жизни порой всё складывается не так как нам хотелось бы. Я понимаю свою репутацию. И понимаю, как тебя отговаривали, - Шахов кивнул.

- Я хотела тебя использовать.

- Ради дочери. Наверное, ради своего сына я готов тоже на многое, - кивнул он. - Ян, - он серьёзно посмотрел на меня, - ты стоишь гораздо больше. И, боюсь, даже если они оба скинутся, этого будет недостаточно, - хмыкнул он.

- Мы вам не мешаем? - хохотнул Руслан. - Она не хочет, чтобы мы ей помогали. Гордая. Глупая.

- Да, уж, - Шахов допивает виски, встаёт. - Узнаю себя. Поговорите. И может быть Яна перестанет быть глупой и гордой.

- Что-то из области фантастики, - хмыкнул Рома.

- Я вам не мешаю? - хохотнула теперь я.

Шахов целует мою руку.

- Помните, что я только и жду вашей ошибки, чтобы отбить красотку себе. Спасибо, малышка. Ты заставила меня многое переосмыслить.

И уходит. Красиво так. Ровно. Захлопнув за собой дверь. Оставив меня наедине с ними.

Нервно выпиваю виски и наливаю сама ещё.

- Поговорим? - Рома выгнул бровь.

- Я и правда понятия не имею, чья Кира, - произношу, рассматривая деловито свой маникюр. - Но после вас у меня никого не было.

Выдыхаем втроём. Они от осознания и реальности. Я от облегчения.

- Мне кажется, что отец Руслан. Слишком она капризная, вредная и хитрая, - улыбаюсь. - Если хочешь, - я смотрю в глаза Роме. - Делай ДНК.

- Не хочу, - отвечает он так же уверенно. - Мне всё равно чья она - моя или его. Главное, что моя или его.

- Как… уверенно, - хмыкаю. - Но мне ничего не нужно по-прежнему. Кажется, вы решили мою главную проблему. Так что теперь у меня нет проблем. И я могу посвятить себя дочке и нормально открыть новый салон.

- Я думал, мне полагается награда, - Рус ухмыльнулся. - Точнее, нам с братом.

- Какая?

- Обычно, если я выигрывал поединок, я получал что-то. Кубок, медаль, пояс, звание. Сейчас мы не только решили проблему, но и победили твою гордость. А что взамен?

- А ты не альтруист? - хмыкнула.

- Не с тобой, - кивнул с вызовом Рус. Но я устало покачала головой.

- И что вы оба хотите? Секс?

- Нет. Не только, - говорит Рома. - Шанс.

- На что? - не понимаю.

- Шанс перевезти тебя сюда навсегда и поселить в моей спальне, - хмыкнул Рус. - Ну и Рому, раз так выходит, что мы оба на тебе сдвинуты.

- Не оба, - хмыкнул Рома. - Если этот коршун почует, что-то…

- Я тебя умоляю, - Рус хохотнул. - Старик не выдержит с Яной и десяти минут в постели.

- Эх, - я встаю и надпиваю алкоголь. - Я уже понадеялась, что вы оба в любви признаётесь.

- Пока что всё, что я хочу - это наказать тебя за то, что молчала и не говорила ничего, - Рус прищурился. - А я ещё и свои кулаки об него разбил!

- Это уже твоя фантазия, - кивнула. - Мог всё решить, как Рома, мирно и тихо.

- Для этого и есть у нас Рома.

Я ещё пью и после ставлю стакан на стол.

- Я спать. Устала. Не хочу оставлять Киру надолго.