Глава 12

И что только люди находят хорошего в этих ночных клубах? Громкая ритмичная музыка, заполняющая собой все вокруг, просто сводит с ума. При таком уровне звука невозможно нормально разговаривать, мне приходилось в буквальном смысле орать на ухо человеку то, что я хотела сказать. Вокруг толкотня, протиснуться сквозь танцпол к туалету — настоящее испытание не для слабонервных. Ещё куча пьяных парней, которые ведут себя развязно и некрасиво по отношению к девушкам. Да что говорить, некоторые девушки ведут себя ещё хуже этих самых парней, и пьяны не меньше них. Одним словом, обстановка не самая комфортная.

Уже спустя полчаса моего пребывания здесь я мечтала поскорее сбежать, но, из уважения к Жаннке, не показывала вида, и продолжала терпеливо наблюдать всё это безумие.

Именинница же, в отличие от меня, явно наслаждалась своим праздником. Народу вокруг неё собралось очень много, моя подруга была очень популярной личностью. Все веселились, пили шампанское, пританцовывая прямо на своих местах, и переговаривались, громко крича что-то в уши друг друга. Я насчитала больше пятнадцати человек за нашим столом, точнее, за нашими двумя сдвинутыми столами, расположенными недалеко от бара. Большую часть присутствующих я знала, это были ребята из нашей группы, включая Артёма и Пашку, а вот Симакову, как выяснилось, не приглашали. Просто так совпало, что она тоже приехала в этот клуб отдыхать с какими-то своими друзьями. Но это не помешало ей почти сразу присоединиться к нам, на ходу бросив скупое поздравление Жаннке, и позабыть о существовании своих загадочных друзей.

Из-за её присутствия я откровенно нервничала. Хоть она и пообещала мне, что не будет болтать о том, что увидела возле входа, но что-то мне подсказывало — её обещание вряд ли чего-то стоит.

И Кристина была далеко не единственным поводом, заставляющим меня переживать.

Весь вечер я не выпускала из рук свой телефон, без конца теребя его пальцами. Казалось, прошла уже целая вечность с тех пор, как я приехала сюда, а он все не звонил.

Когда же он уже освободится? Кто такая эта Мира, к которой он отправился? Почему не захотел ничего мне объяснить? Руки невыносимо чесались набрать его номер, но я не решалась. И злилась сама на себя за всякие глупые мысли, что без спроса лезли в голову. В конце концов, это может быть его сестра… Тётя. Жена друга или брата. Просто знакомая… Зачем я себя так накручиваю? Ведь можно же просто об этом спросить, когда он приедет. Просто спросить!

***

Ночь была в самом разгаре, и на удивление, людей в клубе постепенно становилось всё меньше. Все наши девчонки, включая Жаннку, вовсю зажигали на танцполе, а парни продолжали активно напиваться.

Я по прежнему сидела в своём углу и теребила телефон. Ещё в начале вечера Жаннка пыталась как-то меня расшевелить, тянула танцевать вместе со всеми, чуть ли не шантажом заставляла выпить шампанского, но я не поддавалась, и, в итоге, она сдалась, оставив меня в покое. Несколько попыток развеселить меня предпринял и Артем. Но, помня про строгий запрет на общение с ним, каждую попытку парня я сухо пресекала. В итоге он, оскорбившись, пошёл танцевать с Симаковой. И я была даже рада этому. По мне, так они отличная пара.

Телефон засветился и завибрировал в моих руках совершенно неожиданно. Это был он! Как ужаленная, сорвалась и побежала к выходу, ведь в этом жутком грохоте, называемом музыкой, невозможно было хоть что-то услышать.

— Как дела у моей девочки? — раздался в трубке голос, от которого по моей спине побежали мурашки.

— Я соскучилась, — тут же призналась ему.

— Я тоже, — к мурашкам добавился трепет в груди, — Буду через пятнадцать минут.

— Хорошо…

Сердце бешено колотилось. Скоро я снова его увижу. И не просто увижу, он точно захочет большего. Боже…

Побежала на танцпол, поймала Жаннку, быстро попрощалась с ней и ребятами, кто был поблизости, потом бегом в гардероб, забрала своё пальто, и быстро, быстро на выход.

Снаружи перед клубом все очень изменилось. Машин теперь было мало, и все они в основном стояли без движения, терпеливо ожидая своих владельцев. Несколько компаний легко одетых людей, покинувших клуб, чтобы покурить и охладиться, стояли отдельными группами у входа.

Мне и самой было приятно вдохнуть полной грудью свежий морозный воздух после долгого пребывания в душном помещении. Но насладиться им в полной мере я не успела. Вслед за мной на улицу вышел Артём, на ходу натягивая на себя свою куртку.

— Уже уезжаешь? — прохладно поинтересовался он, поравнявшись со мной.

— Да, — сухо ответила я, отворачиваясь и всем видом показывая, что не собираюсь общаться.

Ещё не хватало, чтобы Владимир Александрович снова увидел нас вместе.

— Давай провожу. Поздно все-таки, таксистам в наше время нельзя доверять, — любезно предложил он.

Но я, конечно, отказала.

— Не нужно. За мной заедут.

Артем вдруг неожиданно схватил меня за локоть и развернул к себе лицом.

— Интересно, кто? Неужели наш физик? — с презрением спросил он, а я поморщилась от резкого запаха алкоголя, которым просто разило от парня.

Да, похоже, их танец с Симаковой прошёл не зря. Мне следовало ожидать чего-то подобного, но все равно было жутко неприятно.

— Это не твоё дело, — резко ответила ему, силой выдернув свою руку.

— Нет, скажи мне, ты правда с ним спишь?! — парень снова поймал и крепко сжал мой локоть, не позволяя увеличить расстояние между нами.

— Это не твоё дело! — уже почти закричала я, вновь пытаясь освободить свою руку, только на этот раз безуспешно.

Черт, какая же дурацкая ситуация! А ведь Владимир Александрович приедет сюда с минуты на минуту! Даже страшно подумать, что будет, если он снова увидит меня с Артемом.

— Блять, я так и знал! — с ненавистью процедил одногруппник, наконец, ослабив свой захват, и оттолкнув меня от себя, — Строила из себя такую недотрогу. Я ходил вокруг кругами, нахаживал, подход искал, дурак. А ты на самом-то деле такая же шлюха, как и все!

Моя освободившаяся рука сама собой взлетела в воздух и зарядила парню звонкую пощёчину. Да как он смеет меня оскорблять?! Кто дал ему такое право? Разве я что-то ему обещала или хотя бы давала надежду?!

Только у него, похоже, на этот счёт было другое мнение. В одно мгновение мои обе руки оказались захвачены, а я сама была притянута к нему на максимально близкое расстояние:

— Да как ты смеешь, шлюха?! — прорычал он мне в лицо, и я снова чуть не задохнулась от невыносимого запаха перегара.

А потом вдруг так резко он толкнул меня, и я, не сумев удержать равновесие, упала. Позорно растянулась на снегу, как подстреленная лань. Но самое страшное было то, что в этом неприглядном ракурсе меня и увидел Владимир Александрович, быстрым шагом направляющийся в нашу сторону.

— О, какие люди! — вдобавок ко всему услышала я пьяный насмешливый голос Артёма, и мысленно выругалась, — Не ожидал вас здесь сегодня встретить!

Только наш преподаватель, к счастью, проигнорировал его выпад, вместо этого он подошёл ко мне и помог подняться на ноги.

— Ты в порядке? — спросил, осматривая меня с ног до головы острым взглядом.

— Да, — кивнула я, не зная, куда деть глаза от стыда.

— Иди в машину, — холодно велел он.

И, не дожидаясь пока я выполню приказ, уверенно развернулся и пошёл на Артёма. Тот не придумал ничего лучше, чтобы ляпнуть очередную тупую колкость с наглой ухмылкой на своём лице:

— Надеюсь, вы не завалите меня на экзамене за то, что я немного потрепал вашу подружку?

Я вздрогнула от того, как жёстко и неожиданно Владимир Александрович ударил Артёма кулаком по лицу. Тот пошатнулся, но не упал, ощупывая рукой место удара и удивлённо вытаращив глаза.

— Вау, и откуда такой поставленный удар у простого препода? — с презрением поинтересовался он, занося руку для ответного удара.

Но Владимир Александрович ловко перехватил её, и, удерживая за кулак, с насмешкой ответил:

— Ты удивишься насколько.

И после снова саданул по его лицу так, что парень отлетел на несколько шагов, согнулся пополам, но снова каким-то чудом удержался на ногах. Владимир Александрович в одну секунду оказался рядом с ним, схватил рукой за шею, не позволяя ему разогнуться.

— Ещё раз ты дотронешься до неё или хотя бы подойдешь слишком близко, — с угрозой в голосе предупредил он, — И я отобью у тебя все желание смотреть в сторону девушек.

Я, наконец, решилась вмешаться, сбросив с себя это противное оцепенение.

— Вова! — отчаянно прокричала я его имя, — Пожалуйста, не надо! Отпусти его! Давай уедем отсюда!

Он оттолкнул от себя Артёма, и повернулся ко мне, полоснув по нервам ледяным взглядом:

— Рая, я сказал тебе идти в машину.

Хотела возразить ему что-то, что угодно, лишь бы увести отсюда, но не успела.

— Да пошёл ты, козёл! — прорычал Артём, и я увидела из-за плеча, как он кинулся со спины на моего мужчину.

Не знаю, что происходило в моей голове в тот момент, кем я возомнила себя, Жанной Д’Арк или воинственной амазонкой, и зачем я выскочила вперёд, закрывая его своей спиной, но это был очень глупый поступок.

— Артем, успокойся! — только и успела крикнуть я, прежде чем получила по лицу так, что посыпались искры из глаз.

И упала на четвереньки, чувствуя, как по подбородку потекло что-то теплое. Во рту появился противный солёный привкус, и уже спустя секунду на снег упали несколько ярко-красных капель.

Этот момент навсегда останется в моей памяти, как кадры из фильма с замедленной съёмкой. Я поднимаю голову, и вижу направленный на меня разъяренный взгляд потемневших серых глаз. Вижу мерзкую ухмылку Артема. И как она моментально пропадает с его лица, когда Вова поворачивается к нему и начинает его бить. И не просто бить, а жестоко избивать.

— Вова! Не надо! Прошу тебя! — кричу я не своим голосом, но он даже не оборачивается на мой крик.

Он продолжает наносить мощные жестокие удары один за другим, и будто не видит перед собой ничего… И даже после того, как Артем упал на снег, прикрывая свою голову руками, он не остановился, а продолжил избивать его ногами.

Мне было ужасно страшно в тот момент. Казалось, он сейчас просто убьёт его и все.

Вокруг собралась толпа зевак, только вот никто из присутствующих мужчин не спешил вмешаться. К счастью, никого из наших в этой толпе я не заметила.

Я металась возле них, сходя с ума от своего бессилия.

— Ну что вы стоите?! — с отчаянием кричала в толпу, — Кто-нибудь разнимите их! Пожалуйста!

Не знаю, сработали ли мои мольбы, или сразу у нескольких мужчин одновременно проснулась совесть, но Вову, наконец, оттащили.

Я и ещё несколько человек вместе со мной тут же бросились к Артёму. Он так и лежал на снегу, не разгибаясь, и протяжно стонал. Все его лицо было в крови, от губ вниз тянулась бардовая слизь, и к моему горлу мгновенно подступила тошнота. Как сквозь толщу воды вокруг меня звучали разные голоса:

— Блин, за что он его так?..

— Ты что, не видела, как он девушку ударил?..

— Кажется, ему совсем хреново…

— Надо вызвать скорую…

— Уже вызвали…

Мне стало дурно, перед глазами поплыло, и я даже не сразу поняла, как кто-то подхватил меня и силой оттащил от Артёма.

— Идём, — раздался над самым ухом низкий голос.

Повернув голову, наткнулась на ледяной взгляд серых глаз и совершенно равнодушное лицо. И впервые в жизни мне вдруг стало очень страшно находиться рядом с этим человеком. Как он может быть таким спокойным после того, как до полусмерти избил своего студента?! Откуда в нем такая жестокость?

Сейчас он посадит меня в машину и увезёт в неизвестном направлении. Что если он сделает со мной что-то подобное? Кто его остановит? Мне хотелось вопить от ужаса и звать на помощь, но страх сковал настолько, что язык прилип к небу.

***

Машина на сумасшедшей скорости неслась по улицам ночного города, а я тихонько сидела в своём кресле, и боялась поднять взгляд на того, кто был за рулём. Ещё час назад я и представить себе не могла, что первый и единственный в моей жизни мужчина, в которого я так безумно влюбилась, может в одну секунду превратиться в безжалостного монстра, способного избить человека до полусмерти.

Что теперь будет с Артёмом? Насколько плохо состояние? Почему я позволила увезти себя оттуда, а не дождалась скорую и не убедилась, что с ним все будет в порядке?

Противное чувство вины за случившееся отравляло все мое существование, и теперь было уже безразлично, что произойдёт дальше. Куда он меня отвезёт, что сделает со мной после… Да пусть хоть убьёт, все равно. Страх прошёл, точнее его почти целиком вытеснили угрызения совести и горькое чувство досады. И зачем только я вообще пошла на эту вечеринку? Ведь я обещала маме, что не буду ходить в ночные клубы! Только ради Жаннки решила сделать одно исключение…

Скользнула взглядом по неподвижному мужскому профилю. Такой красивый… и холодный. На лице непроницаемая маска, ни единой эмоции! Сосредоточенный взгляд прямо перед собой, на дорогу. В голове не укладывалось, как этот роскошный, умный, проницательный мужчина может быть способен на такую жестокость! Даже не верилось, что все случившееся происходило на самом деле, может, это только привиделось мне? От удара по голове? Но нет, сбитые в кровь мужские руки, крепко держащие руль, говорили далеко об обратном.

К горлу снова подступила тошнота. Снова стало дурно и очень нехорошо. Ещё и голова просто раскалывалась от боли. Едва подавив рвотный позыв, осмелилась разомкнуть припухшие губы, и тихо попросить:

— Останови, пожалуйста, машину.

Я была почти уверена, что он откажет или проигнорирует мою просьбу, но тогда, по крайней мере, не я буду виновата, если меня стошнит прямо в салоне его автомобиля.

Однако он, бросив на меня короткий хмурый взгляд, почти сразу прижался к обочине и остановился.

Заглушив машину, осмотрел более внимательно мое лицо и встревожено спросил:

— Тебе плохо?

— Тошнит, — честно призналась я, — Сильно.

— Давай выйдем на воздух, — холодно предложил он.

Вышел из машины, открыл дверь с моей стороны и помог мне выбраться наружу.

Оказавшись в вертикальном положении меня тут же повело, и я едва не упала, но он вовремя поддержал.

— Голова кружится? — спросил, придерживая меня за локоть.

— Нет, только болит очень. Слабость какая-то в ногах…

Он помог мне опереться на капот, а сам вернулся в машину за водой и влажными салфетками. Напоил, и после осторожно вытер с моего лица следы подсохшей крови. Его аккуратные прикосновения салфеткой к щеке и подбородку вызывали неприятные болезненные ощущения, похоже, там точно будет синяк.

Свежий воздух и вода сделали своё дело, мне стало немного легче. Он закончил с моим лицом, и сухо поинтересовался:

— Тебе лучше?

— Да, спасибо, — кивнул я, переживая новую волну смятения.

Я не знала, как разговаривать с ним, после того, что произошло, не знала, как относиться к его поступку. И самое главное, я не знала, что он сам обо всем этом думает, а спросить его — не решалась… Больше всего мне хотелось сейчас остаться одной, подумать, привести в порядок свои мысли.

— Отвези меня в общагу, пожалуйста, — попросила я, заглянув в его непроницаемые серые глаза.

— Нет, — хмуро возразил он, поднимая внутри меня волну негодования.

Неужели он и правда решил, что может распоряжаться моей жизнью, как ему вздумается?!

— Почему? — напряжённо спросила я, твёрдо решив, что не позволю ему этого делать.

— Мне не нравится твоё состояние, хочу, чтобы тебя осмотрел врач, — устало ответил он, — Съездим в больницу, потом отвезу тебя в общежитие.

Я ожидала какого угодно ответа, и даже того, что он просто проигнорирует мой вопрос, отделавшись фразой вроде "Мои слова не обсуждаются", но никак не думала, что он приведёт подобный довод. Он… беспокоится обо мне?

— Но мне уже лучше… — растерянно возразила я, — Не думаю, что это необходимо…

— Иногда лучше перебдить, — справедливо заметил он, и без лишних разговоров помог мне сесть обратно в машину.

***

В больнице оказалось, что у меня сотрясение мозга и рассечена губа. К счастью, её не стали зашивать, а просто заклеили медицинским клеем, пообещав, что никакого шрама не останется.

Когда мы вышли из кабинета врача, я все ещё чувствовала нетвёрдость в ногах, и Вова, усадив меня на один из диванов в холле, сам присел рядом.

— Зачем ты подставила себя под удар? — пронзительно глядя в мои глаза, спросил он, — Хотела защитить меня?

Кивнула в ответ и опустила взгляд. Действительно, очень глупый вышел поступок. Горе-защитница…

— Я оценил твою смелость, но, пожалуйста, больше никогда так не делай, — со стальными нотами в голосе попросил он, — Договорились?

Снова кивнула, не поднимая головы.

Он осторожно взял меня за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза.

— Сильно испугалась?

Кивнула в третий раз и сглотнула подступивший к горлу ком. Испугалась — не то слово. Этот липкий страх до сих пор не отпускал меня, вцепившись острыми клешнями в мой позвоночник.

— В тебя будто дьявол вселился, — тихо поделилась с ним своими впечатлениями, — Я думала, ты убьешь его, а потом… а потом убьешь и меня.

Он медленно покачал головой, продолжая пристально смотреть мне в глаза.

— Я никогда не сделаю ничего, что могло бы принести тебе серьёзный вред, — гипнотизируя меня взглядом, пообещал он.

Мое сердце забилось чаще. Отчего-то я верила ему, верила на все сто процентов. И то, что он сделал с Артёмом… Ведь я сама была виновата в этом. Если бы я, как последняя дура, не бросилась бы на амбразуру, не получила бы так сильно по голове, то он наверняка не вышел бы из себя и не избил бы этого дурака до такой степени! Мало того, что здоровье парня теперь было под большим вопросом, так и ему самому грозят самые настоящие неприятности. Артем наверняка не оставит это просто так, и Вову в лучшем случае, уволят, а в худшем, могут даже посадить за решётку!

Боже… Что же я наделала?!

— Что теперь будет? — испуганно прошептала, глядя ему в глаза.

— Не думай об этом, — ответил он, убирая за ушко прядь моих волос, — Ты слышала, что сказал доктор? Тебе нужен покой, отдых и сон.

— А если он умрет? — озвучила я свой самый большой страх, проигнорировав его замечание.

— Он не умрет, Рая, — со вздохом произнёс мой мужчина, — Я не нанёс ему ни одной серьёзной травмы.

Я смотрела на него с недоверием. Его слова никак не вязались с тем, что я видела своими глазами там, у клуба.

— С ним все будет в порядке, — настойчиво повторил он, словно прочитав мои мысли, — Поверь мне.

— Хорошо, — кивнула я, каким-то невероятным образом успокоившись на этот счёт.

В конце концов, он ещё ни разу меня не обманул. Да и вспомнились слова Жаннки о том, что наш преподаватель физики не похож на человека, который бросает слова на ветер.

***

Он сдержал своё обещание и отвёз меня в общагу, проводив до самой двери и нежно поцеловав на прощание. Вероятность того, что кто-то из студентов мог это увидеть, теперь уже не имела для нас никакого значения.