Глава 8

Он решил сам отвезти меня в общагу, не привлекая к этому своего неприятного друга, и моему счастью не было предела.

Мы спустились вниз и отыскали на парковке его машину, такую же черную, как и у Марка, но уже с более привычным дизайном, и более представительным, что ли. Он галантно открыл мне дверь и подал руку, помогая сесть на переднее сидение.

Его манеры были безупречны. Он вел себя словно настоящий английский джентльмен, и порой я даже забывала о его странных наклонностях, что было, конечно, зря. Я должна была помнить о них каждую секунду, не терять бдительность, и не строить себе воздушных замков.

Всю дорогу до общаги он не выпускал мою руку из своей, поглаживая большим пальцем тыльную сторону моей ладони. Потом, когда приехали, долго целовались в машине, так, что у меня опухли губы.

На прощание он ничего мне не сказал, кроме короткого "Ну все, иди". И я, едва держась на ногах, выпорхнула из машины.

***

Жаннка в этот раз встречала меня без прежнего нетерпеливого любопытства, а медленно подошла, изучая напряженным взглядом мое лицо.

— Знаю, ты не любишь вопросы, поэтому задам только один, — строго сказала она, — Все прошло хорошо?

Я уверенно закивала, не в силах сдержать рвущуюся наружу радостную улыбку.

— По глазам вижу, что хорошо, — с приторной улыбкой протянула подруга.

Я снова закивала.

— Может, расскажешь? Хоть чуточку? Хоть капелюшечку? — жалобно заныла она, подражая взглядом коту из Шрека.

— Нет, — отрицательно завертела я головой, не переставая при этом улыбаться.

— Ох, — разочарованно вздохнула подруга, — Надо же быть такой скрытной!

— Да не скрытная я, — пожала плечами, — Просто это же очень личное.

Жаннка закатила глаза.

— Ладно, личное, иди хоть обниму. Я рада, что все прошло хорошо, — она крепко обняла меня за шею.

Ее объятия показались мне очень горячими, даже если учесть, что я недавно зашла с улицы. Я нахмурилась и приложила ладонь к ее лбу.

— Не поняла, у тебя что, температура?

Посмотрела внимательнее и теперь заметила припухшие глаза и слегка покрасневшие крылья носа.

— Да, — сокрушенно кивнула она, — Как назло. Каждый, блин, год я болею на свою днюху!

— Но у тебя же только через неделю, если не ошибаюсь? — возразила я, раздеваясь, — Давай-ка будем лечиться. Не переживай, я тебя быстренько на ноги поставлю.

***

Несмотря на все мои усилия, к утру Жаннке стало хуже, и на пары она была идти не в состоянии.

— Пей больше тёплой жидкости, — давала я ей наставления перед уходом, — Чай, морс, варенье не жалей, пожалуйста. И за температурой следи. Если опять подскочит, парацетамол в верхнем ящике стола.

— Слушаюсь, мам, — лениво отозвалась из-под одеяла подруга.

— Ну все, я побежала.

***

На улице был мороз, но меня колотило совсем не от холода. Физика первой парой, и я вот-вот увижу ЕГО.

Ощущения были до боли странными и необъяснимыми. Сердце радостно трепетало в предвкушении скорой встречи, в то же время было немного страшно и неловко от того, что между нами произошло этой ночью. Стоило мне вспомнить, как он прикасался ко мне, целовал, как снимал с меня одежду, и что было потом, щёки тут же начинали гореть огнём. А ещё я соскучилась. Просто дико соскучилась по его улыбке, движениям, запаху…

Только вот по приходу на место, настроение было немного подпорчено. Артем уселся со мной за парту на место Жаннки, как будто так и надо.

— Привет, отличница! — весело поздоровался он, — Я уже успел соскучиться.

Надо же. А вот я нет.

— Привет, Артем. Не мог бы ты вернуться на своё место?

Вот так открыто и прямо попросила, и даже загордилась собой от такой смелости. Ещё не хватало, чтобы он придвигался и шептался со мной на паре в ЕГО присутствии. Мало ли, что он может об этом подумать? Да только Артем, кажется, никуда не собирался уходить.

— Не мог бы, — нагло ответил он, — Я хочу сидеть здесь.

— Но это место Жанны! — возмутилась я, правда, уже с меньшей уверенностью.

— Да? Разве она его купила? — с наигранным удивлением поинтересовался он, задрав свои брови наверх.

— Нет, но… Ты же всегда сидел с Пашкой, — окончательно растерялась я, мысленно пытаясь найти какую-нибудь вескую причину, чтобы прогнать его.

— А сейчас я хочу сидеть здесь, — дерзко заявил он, — Если что-то не устраивает, пересядь сама.

Оу, спасибо. Это идея.

Взяла свой рюкзак и ушла за одну из последних парт, которые всегда были полностью свободны.

Владимир Александрович вошёл в аудиторию после сигнала, означающего начало занятий, и я сразу позабыла про Артёма, да и вообще, про все на свете.

Снова красивый, безупречный, в идеально сидящем на нем костюме, он поздоровался с группой, просканировал внимательным взглядом аудиторию, всего на долю секунды задержав его на мне, и начал лекцию, как ни в чем не бывало.

Он не смотрел на меня более, и я, пользуясь случаем, позволила себе нагло разглядывать его, не в силах отвести взгляд. Смотрела на чётко очерченные красивые мужские губы и вспоминала, как они целовали меня. Смотрела на сильные руки, и вспоминала, как он ласкал ими меня, дотрагивался до самых интимных мест… И даже не верилось, что все это происходило на самом деле, а не в моем сумасшедшем сне.

Но чем больше времени проходило, тем больше мною овладевало странное неприятное волнение. Он так и не посмотрел больше ни разу в мою сторону, а его лицо оставалось холодным и беспристрастными на протяжении всей лекции. К концу пары я уже нервно покусывала губы от его безучастия.

Твёрдо решила остаться, когда все уйдут и поговорить с ним. Не знаю о чем, просто хотелось удостовериться, что у нас по прежнему все в порядке.

Только я об этом подумала, как он вдруг неожиданно и как бы невзначай, зашагал между рядами прямо в мою сторону. У меня от волнения даже руки задрожали. Подошёл, рассказывая о чём-то, во что я теперь совершенно не вникала, и остановился позади, прямо за моей спиной.

— Все, кто игнорирует свои конспекты, откройте их и запишите следующее… — говорил он, а я сидела и боялась даже дышать, — Предупреждаю, это будет на экзамене…

Все тут же склонили головы и принялись строчить, я тоже попыталась это сделать, только пальцы не слушались, и не хотели ничего записывать.

Но он, похоже, и не ждал этого от меня. Я вздрогнула от неожиданности, когда его рука опустилась на мой затылок, пальцами зарываясь в волосы, настойчиво сжимая их, и поглаживая чувствительную кожу головы.

Я тихо выдохнула, а мое бедное сердце забилось часто-часто, разгоняя по венам горячую кровь.

Ему показалось этого мало, и его рука скользнула ниже, обхватив мою шею, слегка сдавив ее, и поглаживая большим пальцем мочку уха.

Мой взгляд испуганно метался по спинам одногруппников. Все усердно что-то писали, но мне казалось, вот-вот кто-то из них поднимет голову и обернётся, и тогда я точно сгорю от стыда. Если еще раньше не сгорю от смущения.

Он убрал руку так же неожиданно, проведя напоследок пальцами по моим приоткрытым губам, и медленным шагом вернулся к своему столу, продолжая давать материал в своей спокойной холодной манере.

А я осталась сидеть на своём месте ни жива ни мертва, и до самого сигнала об окончании пары приходила в себя.

***

Он отпустил группу и не попросил меня задержаться в этот раз. Но я все равно не смогла бы просто так уйти. Намеренно медлила, когда все мои одногруппники начали быстро собираться и покидать аудиторию. Да только лучше бы я и сама поторопилась. Артем, о существовании которого я уже успела позабыть, зачем-то опять изъявил желание со мной пообщаться. Подошёл, и прямо при НЕМ начал вдруг извиняться за свою грубость.

— Я не обиделась, все в порядке, иди уже, — нетерпеливо говорила ему, но разве от него так просто отделаешься?

— Я хочу как-то загладить свою вину, — продолжал приставать он, а я нервно проглядывала на Владимира Александровича, который стоял, облокотившись на преподавательский стол, и внимательно наблюдал за нами, сложив на груди свои руки.

— Если ты снова про кафе или кино, то прошу, не надо, — быстро проговорила, понизив голос.

— Нет, так нет, — улыбнулся Артем, все больше раздражая меня своей настойчивостью, — Но я мог бы понести твой рюкзак. Прямо как в школе, хочешь?

Я мысленно закатила глаза от бессилия.

— Не надо, Артем.

— Не надо, так не надо. Ну тогда пойдём уже.

Судорожно пыталась придумать причину, по которой могла бы отправить его одного и задержаться, но в голову как назло ничего не шло.

Дальше тянуть резину было уже просто смешно, к тому же я понимала, что он все равно не отстанет. И мне ничего не оставалось, как проклиная про себя все на свете, сквозь зубы процедить:

— Пойдём.

Закинула рюкзак на плечо, и обречённо пошла за Артёмом, который любезно попрощался перед выходом с нашим преподавателем.

— До свидания, Владимир Александрович!

Тот лишь сдержанно кивнул ему в ответ с лёгкой полуулыбкой, и его взгляд в этот момент мне совсем не понравился.

____________

Вечер того же дня. Закрытый BDSM-клуб. VIP-зал.

Никогда не испытывал страсти к картам. В том числе к покеру. Наверное, поэтому мне везёт. Я бы и не узнал об этом, если б не Марк. Гребаный любитель азартных игр и всего, что может пощекотать нервы. Мы играли с ним регулярно, но не на деньги. В деньгах ни один из нас не нуждался. Мы играли на кое-что другое. На то, что имело для нас гораздо большую ценность, чем любой денежный куш.

— Ну как все прошло у вас со студенточкой? — потянувшись к колоде, как бы между прочим поинтересовался Марк.

Выразительно посмотрел на него. Иногда он настолько раздражал меня своим неуместным любопытством и длинным языком, что я в очередной раз удивился, как вообще до сих пор не подправил его смазливую физиономию.

— Она ведь целка, да? — продолжал нарываться он, — Я таких на раз отличаю. Уже порвал ее?

— С каких пор тебя так волнует происходящее в моей постели? — я вытянул свою карту и снова удивился — в этот раз удача почему-то не спешила улыбаться мне.

— Да не то чтобы волнует, — лениво отозвался Марк, — Просто давненько у тебя постоянной тёлки не было. Интересно, какие шансы у этой студенточки?

— Это у тебя тёлки. А у меня — девушки, — поправил я его, задумчиво глядя в свои карты.

Всего одна пара. Надо же.

— Ой, я забылся, простите, пожалуйста! — издевательским тоном протянул он, — Куда нам, простым смертным, до вас, интеллигенции в седьмом поколении!

— Зубы мне не заговаривай, — устало посмотрел на него, — Повышать будешь или нет?

Марк весь подобрался и пахабненько так улыбнулся.

— Так ты не ответил, серьёзно у тебя со студенточкой? Или так, на пару раз?

Его наглость уже реально напрягала.

— Тебе какая разница?

— Я просто подумал, если у вас ничего серьёзного… Давай так, с моей стороны тачка, я сам лично разобью её, допустим, битой, — с азартом затараторил он, — А с твоей — остаток моего долга плюс малышка студенточка на разок, а?

Мои руки сами собой сжались в кулаки. Едва сдержал себя, чтобы не сломать ему челюсть прямо здесь и сейчас. И сам удивился. Это была далеко не первая попытка Марка предложить мне подобную ставку, хоть он и знал, что я никогда не играю на своих женщин. Даже на одноразовых. Мне всегда было плевать на степень аморальности его желаний, ведь и сам не святой, но сейчас, когда это коснулось её… словно пелена перед глазами возникла.

Давно забытое ощущение бешенства, когда хотелось не просто бить, а ломать. Калечить. Уничтожать.

С трудом получилось не потерять самообладание, но все же, успокоился. Я долго учился этому.

Определённо эта девчонка зацепила меня не на шутку. Наверное, потому что девственница. У меня никогда раньше не было девственниц, в отличие от Марка. Тот вообще кого только не перетрахал. Я сбился со счета ещё в первый месяц нашего знакомства.

— Ещё раз ты заговоришь о ней, я тебе челюсть сломаю, — постарался сказать это спокойно, без лишних эмоций.

Марк засмеялся, вздернув вверх подбородок.

— Ладно, друг, мог бы просто сказать, что с ней все серьёзно.

Просто сказать? Да ты чудом только что цел остался, камикадзе.

— Только она один фиг от тебя сбежит, после того как первый раз ее отлупишь.

— Ты совсем страх потерял? — рыкнул на него, — Хватит с тебя остатка твоего долга. Вскрываемся.

Марк с самодовольным выражением лица выложил на стол каре из королей. Надо же. Не то, чтобы я не ожидал, просто ему редко шла такая карта, что, впрочем, никогда его не останавливало от безрассудного риска. Я мог бы спасовать, но меня самого порядком напрягал его долг. Да и ставка, которую он озвучил, совсем не возбуждала.

— Поздравляю, ты отыгрался, — сказал, откидываясь на спинку дивана.

Надо бы выпить. Отыскал глазами официантку, жестом попросил подойти.

Марк тут же уставился на неё, жадно пожирая глазами. Она была новенькой, это чувствовалось даже по ее скованной походке. Видно было, что девушка ещё не привыкла к форме, принятой в нашем клубе: кожаный корсет и короткие шорты, едва прикрывающиеся попу, чулки в сеточку и туфли на высокой отстрой шпильке. Вульгарно и броско, но гости прутся.

— Аня, принеси мне виски, — попросил, бросив короткий взгляд на бейдж.

Марк недобро сверкнул глазами, и я вздохнул. Сейчас начнётся.

— Анечка, милая, подойди ближе, — поманил ее он.

Не ожидая подвоха, девушка доверчиво шагнула в его сторону, и тут же была схвачена за талию и грубым рывком усажена к нему на колени.

— Я тебя раньше здесь не видел, ты новенькая? — Марк бесцеремонно полез рукой прямо в её декольте.

Это было уже слишком, я не выдержал и рявкнул на него.

— Марк! Мы, кажется, договаривались, что ты не трогаешь официанток?

— А что? — нахально выплюнул он, ещё сильнее тиская девушку мне назло, — Тебе, значит, студенток можно, а мне официанток нельзя?

— Отпусти её, я сказал, — процедил сквозь зубы, снова едва сдерживаясь, чтобы не всечь ему.

— Ладно, — сделал мне одолжение, выпустил перепуганную девушку, хлопнув по попе, — Свободна. Скажи спасибо дяде Вове.

— Спасибо, — пискнула она, и уже собиралась бежать, но я поймал за руку.

— Аня, этого больше не повторится, — сказал, глядя ей в глаза, — Он больше тебя не тронет. И никто не тронет. Поняла?

— Да, — закивала.

— А если кто-то тронет, скажешь мне.

Снова закивала.

— Иди работай. И про виски не забудь.

Девушка ушла, а я перевёл взгляд на Марка, едва сдерживая ярость.

— Какого черта ты лезешь к официанткам? Тебе что, шлюх мало?

— Надоели мне шлюхи, — лениво протянул он, — Невинную хочу! Девочку-целочку, как у тебя!

— Ты что из меня дебила сейчас пытаешься сделать?! Мы оба знаем, что ты в состоянии заполучить себе любую, какую только пожелаешь. Но то, что ты делаешь здесь — это вредительство! Ты ведь знаешь, как тяжело найти подходящий персонал!

— Ничего не вредительство, — дошло до него, наконец, и сразу сбавил обороты, — Просто хотел немного развлечься. Тоска ведь зеленая, Вов!

— Тоска, говоришь? — наклонился к нему и, понизив голос, с ненавистью процедил, — Так я разгоню твою тоску. Если еще хоть одна девчонка сбежит от нас по твоей милости, ты у меня сам лично подбором кадров займешься. Повеселишься вдоволь. Ты меня знаешь, я не шучу.

— Успокойся, Вова. Понял я все. Не буду больше.

Не будет он больше. Детский сад, блять.

— И не трепи языком про мою личную жизнь при посторонних.

— Да достал ты меня, Вова, своими правилами! Ещё бы сам их выполнял! Какого хрена ты вообще решил, что можешь мне указывать!

Подскочил, долбанул стаканом об стол, побежал куда-то. Псих неуравновешенный. Ну ничего, сейчас побесится полчаса, потом обратно прибежит извиняться. Ссориться со мной ему невыгодно. Он далеко не дурак и прекрасно понимает, что без меня не выгребет. А снова взбираться на толстую шею своего папаши олигарха ему очень не хочется. Это ударит по его раздутому эго гораздо сильнее, чем необходимость подчиняться мне.

Но, черт побери, он был прав. Каким бы ублюдком он не был, но был прав в каждом своём слове о ней! Слишком хорошо он изучил женский пол, и без труда прочитал ее с одного взгляда. Да я и сам все знал, без его слов. Знал, что сбежит она после первой же порки, не выдержит. Она не мазохистка. Даже первый секс дался ей нелегко.

Непроизвольно вспомнил, как это было, и в штанах тут же стало тесно. Как скулила подо мной от боли… как смотрела на меня глазками своими испуганными… Нежная слишком.

Сбежит, точно сбежит. А во мне взыграет инстинкт собственника, и я не захочу её отпускать. И превращу ее жизнь в ад.

Но я не хочу, чтобы было так, очень не хочу.

Какого черта, спрашивается, я вообще поддался искушению трахнуть ее? Да просто давно уже так никого не хотел. Многие студентки пытались флиртовать со мной, но все они были совершенно другие, не такие, как эта. Уверенные в себе и своей неотразимости девицы, знающие себе цену. А эта… Краснеет, бледнеет, люблю вас, говорит… Еще и красивая такая. Ангел просто.

Как бы мне рядом с ней не обратиться в дьявола.

Я всегда гордился своим прогрессом в самоконтроле, в моей второй жизни без него никуда. А с её появлением все летит к чертям. Ещё и пацан этот трётся возле неё… Руки так и чесались подойти и отбить все желание приближаться к моему, но вместо этого я вынужден был стоять и улыбаться.

А он ведь настырный, похоже. Ещё не хватало в один прекрасный день начистить рожу студенту.

Твою же мать… Может прекратить все, пока не поздно?

Нет, так будет ещё хуже. Получится, будто я использовал ее и бросил.

Не хочется так грубо ломать крылья этому ангелу. Да и к тому же, я не получил от неё ещё и сотой доли того, на что рассчитывал.

Надо просто держать себя в руках. Действовать постепенно.

Вернулся Марк, с виноватым лицом плюхнулся на диван напротив меня.

— Извини, я погорячился, — буркнул, словно сделал мне одолжение.

Конечно, извиню, куда ж мне от тебя деться. Ещё один человек, тренирующий мою и без того роскошную выдержку.