Глава 10

В эту ночь Владимир Александрович впервые не захотел возвращать меня в общагу, а оставил рядом с собой на всю ночь. Место, в которое он меня привёз, оказалось большим уютным домом, добрую половину которого занимало помещение с роскошным бассейном. После водных процедур мы переместились в одну из спален, расположенных в левом крыле этого чудесного дома. Сначала я думала, что мы были в нём совершенно одни, но, когда утром в нашей спальне внезапно сам по себе появился горячий завтрак, я поняла, что это не так. Возможно, если бы я проснулась чуточку раньше, я бы увидела того, кто его принёс, но, по большому счёту, для меня это было не так уж и важно. Впервые в жизни я провела ночь с мужчиной, и не просто с мужчиной, а с самым любимым и желанным в мире мужчиной, и проснулась в его крепких объятиях.

Он все ещё спал. Его веки были плотно закрыты, а грудь равномерно вздымалась от ровного дыхания. Я невольно залюбовалась его благородной красотой.

Ну и пусть, он не совсем обычен в своих пристрастиях. Ну и пусть иногда он пугает меня не на шутку. Это мелочи в сравнении с тем, какой счастливой я себя чувствовала, просто находясь рядом с ним. Просто глядя на то, как он спит, слегка дотрагиваясь пальцами до его гладкой кожи.

Едва касаясь, провела ладонью по его руке до самого локтевого сгиба, и, пользуясь моментом, принялась рассматривать странную татуировку. Она была похожа на символ инь-янь, только разделена не на две, а на три части. Интересно, что она означает? Решила, что нужно будет обязательно спросить у него об этом при удобном случае.

С татуировки невольно переключилась на его руки. Они у него были очень крепкими и сильными, с развитыми мышцами, украшенные разветвлённой сетью толстых вен, выступающих над поверхностью кожи. От одной мысли, что он делал со мной этими руками сегодня ночью, низ живота обожгло сладким трепетом.

В промежности все было так чувствительно после его присутствия, что казалось, если даже просто задеть там пальчиком, это вызовет немалый дискомфорт, если не боль. По ощущениям было похоже на то, когда сотрёшь ноги в мозоли новыми неразношенными туфлями. С одной только разницей — кожа в том месте гораздо нежнее, чем на ногах.

Я успокаивала себя мыслью, что это все было с непривычки, и после некоторой практики уже не будет этих неприятных ощущений.

Сама же близость с ним больше не пугала меня. Пусть иногда он становился очень грубым, мог резко схватить меня за волосы или шею, но, по большому счёту, это не причиняло ощутимой боли, а даже наоборот, нравилось. Как бы странно это ни было. Ведь в конечном итоге, касаясь моих самых интимных мест, он всегда был очень нежен и осторожен. Только вот, оставался один вопрос, будет ли так всегда или пока он просто щадит меня? Ведь он ясно дал мне понять, что обычный секс его не привлекает. Узнать бы, хотя бы примерно, какой секс ему нравится. И что меня ожидает в будущем?

Не то чтобы я этого сильно боялась, но бесконечные домыслы заставляли меня прилично нервничать.

— О чем задумалась эта маленькая прекрасная головка?

Я вздрогнула от неожиданности и посмотрела на его лицо. Оказывается, он уже совсем не спал, а с интересом наблюдал за мной.

— Ни о чем, — смущённо улыбнулась я.

— Да? — в одну секунду я была уложена на лопатки, а он навис сверху надо мной, — А почему же тогда твоё ангельское личико так мило хмурилось?

Ну вот. Как можно было так спалиться? И что же я теперь должна ему сказать?

— Да ничего особенного, правда, — снова улыбнулась я, глупо надеясь ускользнуть от ответа, но, разумеется, он не из тех, кто мог бы это мне позволить.

— Когда я задаю вопрос, Рая, я рассчитываю получить ответ, — строго сообщил он, бесцеремонно раздвигая рукой мои ноги.

Я тихо ахнула и инстинктивно дёрнулась в желании отодвинуться, но он удержал меня рукой за плечо. Замерла на месте, чувствуя, как его рука осторожно погладила внутреннюю сторону бёдра и двинулась выше, и я вся сжалась, внутренне приготовившись к болевым ощущениям.

— Пожалуйста, не надо, — сорвалось с моих губ, — У меня там все болит… После вчерашнего…

Он не убрал руку, но и не стал продвигаться дальше, оставив её максимально близко к самому сокровенному.

— Хорошо, я не буду, — произнёс он, нежно поглаживая кожу на внутренней стороне моего бедра, — Расскажи мне, что тебя беспокоит?

Я судорожно вздохнула, чувствуя, как лицо заливается краской. Похоже, мне все же придётся ему отвечать.

— Ты говорил, что обычный секс тебя не привлекает… — неуверенно начала я.

— Так, — подтвердил он, внимательно глядя мне в глаза, отчего моё смущение становилось ещё сильнее.

— Но, пока ведь у нас не было ничего… необычного?

— Пока не было, — подтвердил он, продолжая поглаживать меня и буравить взглядом.

— Значит… ты не получил удовлетворения от того, что между нами было? — спросила я с замирающим сердцем.

— Ну конечно, получил, и не раз, — снисходительно улыбнулся он в ответ, — Я хочу, чтобы ты привыкла и полюбила обычный секс. И чтобы потом смогла понять разницу.

— Понятно, — кивнула я, сглотнув от мысли, насколько велика может быть эта разница, — А когда мы начнём пробовать… необычное?

— Не переживай, мы начнём тогда, когда ты будешь готова.

С этими словами он поцеловал меня в губы, долго и нежно. Я мгновенно разомлела, и забыла обо всем на свете, даже о его руке, ласкающей мою кожу так близко к болезненно припухшему интимному месту. Мне уже даже хотелось, чтобы он прикоснулся к нему, и неизбежный дискомфорт при этом теперь совсем не пугал. Но, к моему разочарованию, он сдержал своё обещание, и, с неохотой оторвавшись от моих губ, шёпотом предложил:

— Пойдём завтракать?

***

После завтрака он отвёз меня в частный медицинский центр, сопроводив до самого кабинета врача, и пожелал лично присутствовать на приёме. Я чуть не сгорела от стыда, отвечая при нем на весьма интимные вопросы доктора. Он хотел знать обо мне все.

С замиранием сердца я ожидала начала первого в своей жизни осмотра на кресле, страшась ещё и того, что мой любимый преподаватель пожелает присутствовать и при этом. Но, к счастью, мои страхи не оправдались, и он соизволил покинуть кабинет, оставив меня наедине с врачом.

Вот только неловкие моменты на этом не закончились. Как только мы вышли из центра и сели в машину, он будничным тоном спросил:

— У тебя раньше были парни? Я имею в виду отношения.

— Да, были, — ответила я, не представляя, почему его это заинтересовало, — Один раз.

— Как долго?

— Полгода. Примерно…

— Вы с ним целовались?

Господи… Зачем он об этом спрашивает?! Вновь почувствовала, как краснею с головы до ног.

— Да.

— Чем ещё занимались, кроме поцелуев? — ледяным тоном продолжал он свой допрос.

— Ничем, — с пылающим лицом ответила я.

— Неужели вам ни разу не захотелось… зайти дальше поцелуев? — выразительно посмотрел в глаза.

И я, не выдержав этот тяжёлый и проницательный взгляд, отвернулась. Этот разговор определённо давался мне нелегко. Но уйти от него, или сказать неправду я не могла. И поэтому, набрав побольше воздуха в лёгкие, выложила все, как на духу.

— Вообще-то мы хотели сделать это. И даже собирались. Но мне было страшно, я тянула время, и потом… Однажды я случайно увидела, как он целуется с другой девушкой.

Он медленно кивнул, не выражая лицом ни единой эмоции по поводу услышанного.

— Ну а после него? Больше никого не было?

— После него я больше никому не могла доверять, — сдержанно ответила я, чувствуя, как в груди неприятным спазмом напомнила о себе старая рана.

— А мне, значит, доверилась, — с холодной усмешкой заключил он.

Меня обидел его тон. Хоть, на первый взгляд, он был вполне заслуженным. Но на самом деле все было не так, и мне до жути захотелось объяснить ему это, чтобы мой поступок не казался таким легкомысленным.

— С тобой все по-другому, — посмотрела ему в глаза, подбирая нужные слова, — Не знаю, как объяснить… Я не жду ничего от тебя. Я живу этим моментом, и неважно, что будет завтра. Главное, сейчас ты рядом, и я уже счастлива.

Он слегка приподнял вверх брови, выразительно посмотрев на меня и… промолчал. После отвернулся на дорогу, переместил ручку коробки передач на три положения вниз. Машина под нами приятно заурчала и плавно тронулась с места.

Спустя минуту, я уже отчаянно жалела о своих словах, потому что он продолжал молчать и смотреть только на дорогу. Не хотела показаться легкомысленной, а в итоге выглядела в его глазах полной дурой. Надо же было такое ляпнуть! Я счастлива, потому что ты рядом! Нет, я не дура. Я идиотка!

Когда эмоции немного поутихли, растерянно посмотрела в окно. Куда он меня везёт? Мне ведь надо к Жаннке!

— Ты можешь отвезти меня в общагу, пожалуйста? — первой нарушила я тишину.

— Ты куда-то спешишь? — бесстрастно поинтересовался он.

— Сегодня день рождения у Жанны, я вчера говорила…

— Я помню, — перебил он, — Во сколько начало?

— Начало вечером, просто я обещала ей вместе пройтись по магазинам, помочь выбрать платье на вечеринку.

— Ну, раз обещала, — как-то невесело усмехнулся он, — Обещания нужно выполнять.

С этими словами он развернул машину и поехал в сторону университетского городка, вновь взяв молчаливую паузу.

***

Припарковавшись недалеко от входа в мое общежитие, он достал портмоне из внутреннего кармана пальто, и протянул мне пластиковую карточку, которую я не торопилась взять из его рук.

— Что это? — спросила настороженно.

Он опалил меня настолько суровым взглядом, что моя рука сама собой потянулась и взяла у него карту. И только после этого он ответил на мой вопрос:

— Это подарок Жанне на день рождения. Пусть купит себе платье, какое захочет, а заодно и ты сама купи себе все необходимое.

Едва сдержала порыв сунуть карту ему обратно, но что-то подсказывало мне, что лучше не стоит этого делать. И все же, брать его деньги вот так казалось мне чем-то очень неправильным.

— Я не возьму это, — заявила я, изо всех сил стараясь придать своему голосу твердость.

Мне показалось, что в его взгляде промелькнуло раздражение, но лицо по-прежнему оставалось совершенно спокойным.

— Мои слова не обсуждаются, ты забыла? — холодно поинтересовался он.

— Но это правда лишнее! — возмутилась я, не желая сдаваться, — Подарок я уже купила, да и у меня самой все есть!

— Да? — скептически усмехнулся он, — Тогда объясни мне, почему на тебе сейчас чужая одежда?

Жгучий стыд в который раз за сегодняшний день полоснул по моим щекам. На мне действительно в очередной раз, как и на всех предыдущих свиданиях, была одежда Жаннки. Она ответственно выполняла взятую на себя роль моей феи крестной. Вся моя уверенность и возмущение тут же растворились в воздухе, не оставив после себя и следа.

— Откуда ты знаешь? — только и смогла жалобно спросить я.

— Ну я же не слепой, — бесстрастно ответил он.

Мне захотелось провалиться сквозь землю на этом самом месте. И зачем только я поддалась на уговоры Жаннки? Лучше бы надевала свою одежду, ну и пусть выглядела бы скромнее, зато не пришлось бы сейчас так краснеть!

— Я не хочу больше видеть на тебе вещи твоей подруги. Поэтому ты воспользуешься этой картой и сделаешь так, как я сказал.

Я бы и рада была что-то на это возразить, но аргументов у меня больше не нашлось. Поэтому упрямо промолчала. Но он, кажется, и не ждал от меня никакого ответа, даже не допуская мысли, что я вдруг могу отказаться.

— Когда будешь готова, позвонишь. Я отвезу тебя на ваше мероприятие, — продолжал он раздавать указания, и каждое сказанное им слово вызывало во мне лишь немой протест.

Но озвучить его вслух не хватало духу. Пришлось трусливо капитулировать:

— Слушаюсь, — буркнула я с обидой.

На что он усмехнулся и, поймав мое лицо за подбородок, заставил посмотреть ему в глаза.

— Ты ведь не думала, что всё будет просто?

Вопрос застал меня врасплох. Действительно, чего ещё я должна была от него ожидать? Он в самом начале честно предупредил меня о своих наклонностях, и то, что происходило сейчас, было абсолютно безобидным действием, по сравнению с тем, что я изначально себе напредставляла.

— Нет, конечно, я так не думала, — постаралась улыбнуться ему, и, кажется, у меня это даже получилось.

— Вот и умница, — улыбнулся он в ответ, только его улыбка показалась мне какой-то холодной, — Иди. До вечера ты свободна.

***

— Мои слова не обсуждаются… Сделаешь так, как я сказал… Даже не поцеловал на прощание! — бубнила я себе под нос, пока торопливо шагала вверх по ступенькам общажной лестницы.

Меня просто распирало от возмущения и негодования. Надо было успокоиться, ведь у Жаннки день рождения, и не хочется портить ей праздник своими заморочками.

С порога натянула на лицо радостную улыбку и бросилась её поздравлять. Но она же все равно уловила неладное в моем настроении, и тут же прилипла с вопросами. На этот раз мне не хотелось ничего от неё скрывать, скорее даже наоборот, я получила почти настоящее удовольствие от того что рассказала ей все и нажаловалась на ситуацию с карточкой. Вот только она и не думала меня жалеть или поддерживать.

— Господи, Рая, ну и дура же ты, извини, конечно, меня! — всплеснула она руками, дослушав до конца мой рассказ, — Радоваться надо, а ты раздула трагедию какую-то на ровном месте.

— Да чему радоваться-то? — снова возмутилась я, — Тому, что он меня за голодранку принимает, которая сама себе шмотки купить не в состоянии?

— Ну точно дура, — вздохнула подруга, закатив глаза, — И даже извиняться я перед тобой не буду.

— Да почему дура-то? — с обидой спросила я, — Разве тебе на моем месте было бы приятно, что ли?

— Да! Да, черт возьми, мне было бы очень даже приятно! — возмущённо заявила она, — Потому что когда мужчина сам… Сам! Проявляет инициативу и предлагает финансовую помощь своей женщине, это значит только одно — что он к ней относится серьёзно! И что она для него — не просто временное развлечение, а нечто большее.

— Ты серьёзно, Жанн? — сбавила я пыл и с недоумением уставилась на подругу, — Но ведь я буду чувствовать себя в долгу перед ним… И вообще… Как-то это все некрасиво.

— Некрасиво, Рая, это то, что ты не хочешь позволить мужчине быть мужчиной, — с умным видом заявила она, — Мужчина по определению добытчик и защитник. Он должен добывать и добычу отдавать своей женщине! А женщина — продолжательница рода и хранительница очага. Она должна принимать то, что даёт ей мужчина, и использовать это во благо себе и ему! Ну и совместному потомству, разумеется.

— Так нет у нас же никакого потомства! — снова возмутилась я, — И очага тоже нет! По крайней мере совместного…

Жаннка вздохнула, подошла ко мне ближе и обняла за плечи:

— Так в этом-то и прелесть, дорогая моя. Потомства и очага пока нет, но он уже хочет заботиться о тебе. А это значит, что он рассматривает тебя в качестве той, с которой можно было бы завести и потомство и очаг!

Я почти с открытым ртом уставилась на подругу, осмысливая озвученную ею такую складную и правдоподобную теорию. Да только вот всего она не знала. Ну никак не похож он был на того, кто мечтает создать очаг и завести потомство!

— Да ну ты брось, Жаннка! — в итоге отмахнулась я от неё, — Наговоришь тоже.

— Ну, может, я и перегнула, — тут же поправила сама себя она, — Но в целом тот смысл, что раз хочет приодеть — значит, настроен серьёзно, все равно верный. О создании семьи, конечно, пока рано говорить, но, может, к примеру, он хочет с тобой в какое-то пафосное заведение сходить, или с друзьями познакомить, а ты слишком скромно одеваешься.

— Ты хочешь сказать, он меня стыдится? — на душе сразу вдруг стало так неприятно-принеприятно.

Уж лучше бы я думала, что он делает это из жалости к моему финансовому положению.

Только Жаннка в который раз закатила глаза и сделала громкий вздох:

— Господи, да откуда же у тебя такие понятия дикие? — с раздражением проговорила она, — Вот скажи, как ты думаешь, принц стыдился своей Золушки?

— Думаю, нет, — настороженно ответила я, пытаясь уловить, в чем тут связь.

Он ведь совсем не принц, а я далеко не Золушка.

— Я тоже думаю, что нет, — подтвердила Жаннка, — А ведь когда он забрал её к себе во дворец, разве он оставил на ней то скромное платьице, перепачканное золой? Или нарядил в королевские платья да уборы?

— Ну да, нарядил, — согласилась я, качнув головой, — Но это ведь другое. Они же во дворце жили.

— Да какая разница, где они жили! — окончательно разозлилась Жаннка, — Представь, что они вдвоём решили сбежать ото всех и отправиться на необитаемый остров! Ты думаешь, ему не хотелось бы, чтобы у его любимой женщины было все самое лучшее?

Действительно, наверное, ему бы этого хотелось. Похоже, в словах Жаннки все же есть здравый смысл, и мне стоило бы к ней прислушаться.

— Ладно, я поняла, что ты пытаешься сказать, — в итоге согласилась я, — Он считает меня своей женщиной, и хочет, чтобы я выглядела соответственно.

— Аллилуйя! — воскликнула Жаннка, и плюхнулась обратно на свою кровать, — Ты же видела, как он сам одевается? Извини, но ты рядом с ним — просто бедная родственница! А он рядом с тобой будет выглядеть либо жмотом, либо неудачником, который не в состоянии прилично одеть свою женщину.

Слова подруги все больше казались мне логичными и разумными. Только вот признать свою неправоту оказалось не так уж и просто.

— И откуда только ты такая умная взялась? — с притворным удивлением поинтересовалась я.

— Оттуда, — надменно ответила Жаннка, — Потому что пока кто-то в инстаграмме на фотки щенков залипает, я полезных блоггеров читаю.

Это был конкретный камень в мой огород. Я и правда недавно подписалась на одну волонтерскую страницу, где ребята помогали бездомным животным и искали для них хозяев. Поэтому фотки с котиками и собачками часто стали мелькать в моей ленте, но я вовсе не залипала на них, как она говорит! Только спорить с ней ещё и на эту тему мне уже не хотелось.

— Ладно. Считай, что ты меня убедила, — просто сдалась я, — Одевайся и поехали уже за покупками.

— Ура! — подскочила Жаннка и крепко обняла меня, — Слушай, а покажи мне его карточку?

— Зачем? — настороженно спросила я.

— Да ладно, не жмись, покажи. Все равно ведь увижу в магазине.

Любопытство, видимо… Достала из кармана и протянула подруге этот злосчастный кусок пластика.

— Ммм, виза голд… — довольно промычала она, — Интересно, сколько же мы сможем с неё потратить?!

— Даже не думай об этом, — строго предупредила я, — Мы купим тебе только платье… Ну и мне что-нибудь.

Жаннка весело усмехнулась:

— Да кто бы сомневался.