Эпилог

Эпилог

- А билеты? Ты взял билеты? – Слава тревожно осмотрела чемоданы, прикусывая кончик ногтя.

- Я все взял. Не переживай. – Забросил последнюю сумку в багажник, и, не сдержавшись, обнял жену прямо на парковке, зарываясь носом в ее одурманивающие ароматом волосы.

- Хорошо. Хорошо. Ладно.

Мы поженились буквально сразу.

Уже на следующий день подали заявление и расписались. Спасибо Максу! Какая-то его знакомая быстренько оформила документы, не заставляя ждать несколько месяцев, чтобы влепить штамп в Славкин паспорт. Доки с новой фамилией все же пришлось подождать, но оно того стоило. Как только новый паспорт был готов, я наконец-то успокоился.

Любимова Милослава Игоревна.

Звучало классно, и моя фамилия в ее паспорте и колечко на пальце, успокаивали мои собственнические инстинкты. Моя. Моя Слава.

Свадьбы как таковой не было. Посидели в ресторане с мамами, которые подружились, связываемые одной болезнью, отмечая, что Елена Степановна пошла на поправку, стоило ее материнскому сердцу узнать о благополучии дочери.

Ольга всячески поддерживала свою сватью, и много времени проводила с ней, радуясь результатам последних анализов вместе со Славой. Ремиссия.

Хрупкая, но наступившая, она, конечно, не откладывала поездки в Израиль, к которой уже практически все было готово, но прибавляла уверенности в завтрашнем дне. И только по этой причине, Слава согласилась все-таки поехать к Максу со Стешей, которые настойчиво зазывали нас в гости.

Брат ржал. Он бессовестно угорал надо мной, тыкая носом в то, что я ничуть его не лучше, с хитрой мордой намекая, что как только появятся наследники я временно повернусь крышей. Я даже не спорил. Понимал, что так оно и будет, потому, как уже пару месяцев точно носился за Славой по всей квартире, мечтая увидеть первые признаки беременности.

Я хотел детей. Желательно парочку, а может и троих, но Слава лишь хмурилась, осаждая меня тем, что слишком рано. Мы вроде, как только поженились, а я уже к ней с детьми пристаю. Но стоило признаться, не сильно-то она и противилась, иногда рассматривая меня так, словно не могла поверить.

А я любил.

Все сильнее влюблялся в нее с каждым днем, понимая, что пропал и пропах ее яблоками насквозь, и сладкие, рассыпанные по лицу конопушки, с каждым днем все больше сводят меня с ума.  

Говорил ей об этом каждый день, не уставая.

- Егор, а сумку черную?

- Взял.

- А загранники?

- Тоже взял. Слав, ты чего так разнервничалась?  

- Я первый раз лечу. – Она прикрыла глаза и откинула голову на спинку сидения. – Волнуюсь.

- Летать боишься?

- Откуда я знаю, я же не летала.

Смял ее ладошку, и притянул к лицу, чтобы поцеловать.

- Умирать так вместе.

- Любимов! – Рыкнула и клацнула зубами. – Если ты так меня успокоить пытаешься, то у тебя херово выходит.

Только усмехнулся, и повернул ключ зажигания.

Полет прошел нормально. Относительно.

Слава дрожала, вжималась в кресло и сдавливала мои пальцы так, что иногда я думал, сломает. Она бледнела, краснела и тяжело дышала, но стоило самолету приземлиться и начать выпускать пассажиров, более резкой гражданки, чем Слава на борту не нашлось.

Она схватила свою сумку и ринулась на выход, мечтая как можно скорее оказаться на земле и выдохнуть.

Уже в аэропорту Форли, она, наконец, остановилась и позволила обнять себя.

- Полет сюда мы пережили, осталось пережить полет обратно. – Поддел я супругу, заранее крепко сжимая ее в объятиях, чтобы не выхватить подзатыльник или тычок острым локтем.

- Ууу, Любимов, знал бы ты, волновался бы не меньше.  

- О чем знал? – Переспросил я, все еще не решаясь разжать руки.

- Я беременна. Ты станешь отцом. Прости, что говорю это так, но ты меня сейчас невероятно бесишь.

Весь мир потек серой дымкой, теряя очертания.

Она. Беременна. Я стану отцом. Я?!

- Слава! – Смял так, что запищала и застучала по плечам своими кулачками.

- Пусти! Пусти, больно Любимов!

- Так так так. – Голос брата прозвучал где-то рядом и, обернувшись, я увидел довольную рожу, которая буквально сияла от самоуверенности. – Я смотрю, мы как раз вовремя.

- Максим, возьми Соню. – Стеша сунула в руки брата их дочь, и улыбнулась. – Рады приветствовать вас в Италии. Я Стеша, Стефания. – Она обернулась к Славе и протянула руку.

Жена распихала мои руки в стороны и тоже поприветствовала девушку:

- Слава. Милослава.

- Рада познакомится. Миша! Миша стой! – Стефания бросилась за убегающим пацаном, который смешно шевелил ногами в своем джинсовом комбинезончике, убегая от матери. – Ух, эти дети.

- Дети… - Протянул я, понимая, что едва не пускаю слюни от мысли, что скоро сам начну так бегать за убегающим ребенком. Моим ребенком.

Макс посмотрел на меня понимающе и вновь улыбнулся, протягивая Славе руку для знакомства.

- Максим. Брат этого… отсталого. – Не смог смолчать.

- Очень приятно, Слава.

- Что вы там говорили? Кто беременный? – Спросил он, притворно любопытствуя, хотя я был уверен, он расслышал все с первого раза.

- Мы. – Губы сами собой растеклись в улыбке.

- Я. – Поправила Слава и злобненько на меня посмотрела, легонько погладив ладонью свой чуть наметившийся животик в ситцевом платье, который я, по всей видимости, упорно не замечал. – Беременна я, а не мы, Любимов.

- Мы-ы-ы-ы.

Я слышал, как Стеша хихикнула, а Макс закатил глаза, но похрен.

Смотрел на мою девочку, представляя, какая смешная она будет пузатенькая, сколько нежности будет в каждом жесте, какой беспомощной она станет. Милой, сладкой малышкой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Нет, она конечно и сейчас была для меня такой, но мысль о том, что у нее под сердечком мой сын или дочь, выкручивала мозги набекрень, превращая в тупое животное, готовое на все, лишь бы она улыбалась.

- Так, понятно. Весь в брата. Пойдем, я тебе расскажу, как бороться с гиперопекой. – Стефания позвала Славу за собой и та безропотно последовала за ней.

Даже не понял, как Максу удалось поймать меня за шиворот, удерживая от того, чтобы я бросился следом.

Куда? Э, нет, куда?!

- Оставь их, успеешь ей еще надоесть. – Успокоил брат.

- Ты-то чем лучше? Сам как давно перестал на Стешей коршуном летать?

- А я и не перестал. – Довольно улыбнулся он. – Просто набрал уровень и теперь делаю это крайне незаметно для нее. Пошли, расскажу, что хотят беременные и как с этим бороться.

Слушал в пол уха, неотрывно смотря за тем, как покачиваются полы ее платья при каждом шаге. Красивая.

Макс что-то занудно твердил об ананасах на ночь и бутылке с водой, которую я всегда должен был носить с собой. Дальше пошли какие-то названия страшных детских приспособлений, непонятно для чего предназначенных, но я твердо для себя решил, что потом обязательно запишу.

- Когда спросит, кого больше хочешь, говори, что не имеет значения, главное что ребенок.

- Почему?

- А ты никогда не угадаешь, кого она хочет сегодня – сына или дочку. – Философски изрек он. – А ошибешься, расстроится, разнервничается. В общем, сам потом поймешь.

- Егор, а ты кого хочешь? – Стефания повернулась, поправив на вертлявом Мишке панамку. – Сына или дочку?

- Ребе-е-енка. – Мечтательно протянул я, и девушка засмеялась, взглянув на Славу, которая едва сдерживала смех.

- Я же говорила, уже науськал. Да, наш лучший папа? – Макс на глазах посветлел, явно гордо нося выданный супругой титул.

А вот меня зацепило.

Это я буду лучшим папой! Я докажу!

- Слав. – Поймал ее, чуть притормаживая, и чита Свободиных, словно не заметив, пошла вперед, оставляя нас в подобии приватности. – Ты не пошутила?

- Я, по-твоему, совсем бессердечная? – Она вопросительно выгнула светлую бровь.

- Нет, я просто поверить не могу.

Секунда и Слава всхлипнула, а в глазах задрожали слезы.

- Я думала, ты обрадуешься. – Шепчет, а губы дрожат.

- Ты с ума сошла? Слава, счастливей меня теперь нет! Ты… Ты… - Сжал ее плечики и придвинул к себе. – Ты мне мечту подарила. Жизнь.

- Правда?

- Чистейшая. Люблю тебя Слава, безумно люблю. – Обнял ее, вдыхая сладкий аромат. – Надо мамам позвонить.

- Я уже позвонила.

- В смысле?

- Нуууу, я запаниковала. – Призналась она, пальчиками своими нежными, вытирая мокрые щеки. – Я сначала маме позвонила, она сказала успокоиться, а она потом рассказала Ольге.

- А Ольга позвонила Максу. – Стало понятно, почему семейство брата так спокойно восприняла неожиданную новость. – То есть я последний…

- Вроде того. Но Егор, кое-чего никто еще не знает.

- Чего? – Спросил, ощущая, будто меня лишили чего-то ценного.

- У нас двойня. Пол еще не известный, но плодов два. Я первое УЗИ уже сделала….

Договорить ей не дал.

Не смог бы.

- Слава-а-а-а. – Притянул к себе сладкие губы и впился в них поцелуем, сразу же забывая обо всех сожалениях.

Нахер. Неважно кто первый, кто последний. У меня будет двое детей сразу! У нас! У нас будет двойня!

- Я люблю тебя, сладкая моя.

- А я тебя, Любимов.

*** 

Конец