Глава 9

9 глава

От пережитого знобило, как в лихорадке.

Даже когда осталась совсем одна, в чернильной темноте, я боялась пошевелиться. Так и продолжала с ужасом жаться в углу, подтянув к себе ноги, съежившись в маленький комочек, мечтая исчезнуть совсем. Потрепанное тело болезненно ныло, но я совсем не обращала внимания на физические страдания. Страшнее эмоциональные увечья, которые мне прицельно нанесли подонки…

Сердце испуганно пульсировало у меня в груди. Каждый его удар гнал не кровь, а растущую панику по моим венам. Крепко зажмурила глаза, пытаясь спрятаться от жестокой реальности. Подняла дрожащие руки и закрыла уши ладонями, снова боясь услышать приближающиеся шаги в мертвой тишине заброшенной конюшни.

На улице прогремел раскатистый гром. Низко, совсем рядом. Так внезапно и оглушительно, что я почувствовала звуковую вибрацию, прошившую мое тело от макушки до пят…

Внутри меня тоже бушевала сухая гроза. Молнии раздражения одна за одной вступали в противоборство с истощенным без воды организмом, а ураганный ветер нетерпения способствовал быстрому и неконтролируемому распространению огня. Я горела. Внутренности безжалостно жгло высоченной, всевозрастающей температурой, словно это сухостой, который свистяще шипел и громко трещал разбрызгивая вокруг себя столпы искр.

Не увидела, но сразу почувствовала, как свирепствующая непогода за стеной надрывно заплакала дождем…

Подтянулась на ослабевших руках к противоположной стене и легла на спину, вытянувшись во весь рост, даря временную передышку затекшим ногам. Подняла лицо к небольшой дыре в прохудившейся кровле, жадно ловя иссушенным ртом первые крупные капли.

Больше всего боюсь, что это вовсе не дождь, а предательские слезы на моих щеках…

Не хочу признаваться даже самой себе в чудовищной слабости, поэтому робко пробую капли на соль, языком слизывая их с пересохших губ. Дождь с силой барабанит по крыше, прихлопывая удушающую пыль, в воздухе пахнет сыростью и промокшей насквозь древесиной. Делаю неглубокий, осторожный вдох, потом еще один, теперь уже полный, чувствуя, что лёгкие больше не прижигает знойным воздухом и истощенные внутренности покрываются тонкой пленкой живительного конденсата.

Я совсем не чувствую, как по лицу стекают дождевые капли. Мне кажется, что вода уже кипит и они сразу, с шипением, испаряются с разгоряченной кожи, поэтому исступленно тру его ладонями, втирая прохладную влагу…

Не помню, как задремала. Скорее сорвалась и провалилась в бездонную яму кошмарного сна.

***

Не услышала, а скорее почувствовала его рядом.

Вздрогнула и внутренне сжалась, уставившись на вошедшего. Взгляд Ветра, направленный на меня, страшно пугал подчёркнутым холодом равнодушия.

- Живая, — бесстрастно уточнил он.

Хорошо, что ночью я смогла нащупать в темноте на полу свои сорванные плавки и натянула их, вместе со спортивными леггинсами. Неприятно кольнуло от промелькнувшей мысли, что этот мужчина мог стоять тут и пренебрежительно рассматривать мои обнаженные, истерзанные насильниками ноги. Понимала, что синяки и кровоподтеки не скрыть совсем, но я не хотела, чтобы сейчас он разглядывал мое тело, замечая его повышенную уязвимость.

- Пойдем.

К моему удивлению, он протянул мне руку, предлагая помочь подняться. Я показательно проигнорировала джентельменский жест и перевернулась сначала на четвереньки, а затем, встала, опираясь на столб старой коновязи. Он раздраженно нахмурил брови, но ничего не сказал. Только сделал шаг еще ближе и щелкнул замысловатым замком железного ошейника, который свалился к моим ногам, глухо звякнув о пол деревянного настила. Затем, развернулся и вышел, оставив нараспашку двери денника, больше не предлагая мне помощи.

Я последовала за ним. С большим трудом передвигала затекшие ноги, руками цепляясь за стены, чтобы удержать равновесие. Медленно шла на яркое пятно дневного света, которое, резью в глазах, привлекательно маячило впереди. За пару шагов до выхода из конюшни, была схвачена за предплечье сильной рукой и грубо выдернута на улицу.

Щурясь на солнце, молча рассматривала собравшихся мужчин. Двое из них стояли чуть дальше остальных, шагах в пятнадцати от меня, умоляюще глядя в мою сторону, словно сквозь меня, мне за спину. То, что Ветер рядом со мной я поняла сразу. Даже маленькие волоски на коже встали дыбом, стойко сопротивляясь неприятной близости.

Спиной ощутила, как он подошел вплотную ко мне, почувствовала, как коснулся локтя правой руки и неспешно повел по ней пальцами вниз, до моей кисти, аккуратно вкладывая мне в руку пистолет. Его знакомую рукоять я узнала сразу и моя ладонь бессознательно сжалась, крепко удерживая смертельное оружие.

- Только не играй со мной, девочка, — очень тихо прошептал мне на ухо, своим дыханием шевеля мои растрепанные волосы.

- Демьян, пойми, мы перепили вчера, — услышала я неуверенный голос несостоявшегося насильника и присмотрелась к стоящим поодаль мужчинам. — Это же просто девка! — громко продолжал он. — Мы столько лет знакомы! Я ни разу не подводил тебя!

- Стреляй, — безжизненно дал мне отмашку Ветер.

Я смотрела на жмущихся друг к другу мужчин и не замечала в их растерянных глазах ни грамма вчерашней явной вседозволенности.

- Стреляй, — снова отчетливо повторил свой приказ. — Они чуть не разорвали тебя надвое, дура!

Я почувствовала, как Ветер убрал свою руку, скользнув по тыльной стороне моей ладони своими пальцами и мурашки непримиримого противоречия побежали под кожей, играя на моих нервах. Подняла освобожденную им руку, выпрямила и встала в стойку, приняв необходимый упор для точной стрельбы.

- Ветер, — надрывно заорал второй мужчина, — не надо! Это ведь даже не девка, а коммерческая шлюха, которая продает свои услуги подороже, любому, кто готов заплатить за ее навыки больше!

- Она здесь не при чем, — из-за спины отчетливо слышу я. — Вы оба нарушили приказ. Этого вполне достаточно.

Я вздрагиваю от бесцветности в прозвучавшем голосе. Совсем не из-за меня он здесь. Это показательная порка за непозволительное неповиновение, в которой я — не человек, а всего лишь незначительное связующее звено.

- Стреляй… — насмешливо шепчет мне, и я чувствую, как он касается моей спины, ведя сверху вниз указательным пальцем по моему позвоночнику. — Если не выстрелишь, то завтра к тебе придут другие, а после завтра будут новые. Они будут приходить до тех пор, пока не порвут тебя, оставив от тела лишь кровавые ошметки. Поэтому, стреляй! Я не дам тебе второго шанса для защиты.

Все понимаю. Знаю точно, что сказанные им слова до отвращения правдивы, но выстрелить не могу.

- Я не убийца, — тихо шепчу ему.

- Значит, стрелять ты готова только в меня, — отвечает Ветер и я не вижу, но точно знаю, что он улыбается.

От нервного истощения тело ведет и я, неосознанно, делаю пол шага назад, прижимаясь к нему спиной. Хочу опустить пистолет, но чувствую, как он решительно обнимает меня сзади, крепко удерживая мои руки в упоре своими руками, и стреляет, нажимая моим пальцем на курок. Попадает точно, четко, прямо в лоб сначала одному, потом второму и они замертво падают в дождевые лужи во дворе старой конюшни…

Быстро забирает из моих ослабевших пальцев пистолет и подхватывает меня под руки, не позволяя свалиться ему под ноги. Совсем не реагирую на его прикосновения. Тело словно не мое. Не мигая я смотрю на упавшие друг на друга трупы и от волны ужаса деревенеет сердце. Оно словно перестает биться совсем. Я больше не чувствую себя живой…