Глава 18

Признаться честно, больше всего я и хотел услышать от Нины именно эти слова. Сам не знаю почему, эта правда важнее для меня, чем все остальное вместе взятых. Я всегда умел складывать дважды два. И при других обстоятельствах и сам мог без труда прийти к такому же выводу, что сейчас и озвучила подруга.

Но с Линой все идет к чертям. Почему так? И зачем в тот вечер я впервые нарушил наш сценарий. Пригласил ее на этот проклятый танец. До сих пор пальцы чувствуют ее мягкую, гладкую кожу.

А запах ее волос. Ни с чем несравнимый аромат. Как ни пытался держаться, все равно смотрел на ее лицо. Дрожащие веки и губы, частое дыхание. Может она и боялась потом ревности мужа.

Я, как самый последний эгоист, мог круто подставить ее перед Олегом. Ну мне просто было необходимо хотя бы несколько минут побыть с ней наедине. В тот момент даже не думал, какая реакция может последовать от Олега.

Просто захотел и сделал. Жалею ли я? Нет. И, если бы была возможность все вернуть и даже предугадать нашу встречу, я бы ничего не изменил. Олег несомненно отхватил себе восхитительную девочку.

В мире такой второй точно нет.

— Влад. — отвлек меня Дима. — Наша главная цель — Олег Борцов, а не его жена. Да, она не последнее лицо в этой истории. И тоже нам нужна. Но еще раз повторяю, не она нам нужна.

— Я все помню, Дим. Не стоит мне об этом напоминать.

— Да. Помнишь. Но при этом почти все наши свободные ресурсы направляешь на поиски ее биографии. Если бы не знал, подумал, что именно она всем заправляет. Ты сильно превозносишь ее.

И пусть она хоть трижды его жертва, максимум чем мы ей поможем в случае изменения решения, это вернем ее семье. Больше ничего. Никто в объятия к ней кидаться не будет. Чтобы ни было, она носит его фамилию, спит с ним. А это, прости, друг, не стереть из памяти.

Каждый почти из нас в этой операции потерял близкого или знакомого. Лина всегда будет нам напоминать об Олеге. Для ее же блага, если все решится в ее пользу, просто исчезнуть, спрятаться, затаиться.

Чтобы никто из наших потом или какие-нибудь дальние конкуренты Олега не решили воспользоваться ею на свое усмотрение. Олег многим нагадил. А в случае, если Лина останется в живых, она моментально станет живой мишенью для остальных.

Не говори, что и сам этого не понимаешь. Ей по факту придется большую часть своей жизни прятаться. Только, если ее семья, конечно, не всемогущая и сама не позаботиться о ней потом. Хотя, если они такими и являются, как могли допустить, чтобы с ней вообще подобное случилось?

— Это все нам и предстоит выяснить, Дим. — серьезно ответил я.

— Там еще скорее и помощь психолога понадобится. — продолжила Нина.

— А это уже по твоей части. — улыбнулся я Нине.

— Нет, Влад. У меня другая специфика. Я не занимаюсь душевной реабилитацией. Кстати, ты мне и сам должен. Да, не смотри так. Думаешь, я просто так отвела Олега подальше от вас в ресторане?

Да, я его не знала, как уже отвлечь. Он постоянно грозился вернуться к вам. И еще, он лично приезжал в ресторан на следующий день, чтобы проверить все камеры. Но тебе повезло. Вы как раз танцевали в слепой зоне. Ни камер, ни свидетелей.

Как бы он не держался, но он был злым. Если бы на твоем месте был бы кто-то другой, он бы тебя сразу грохнул. Да и меня заодно с тобой.

— Так ты за себя испугалась? — усмехнулся я.

— Вот еще. Ты же знаешь, у меня даже вместо обычной заколки в волосах оружие. Но не хотелось бы к нему прибегать. Ты и правда действовал не по протоколу. Мог круто нас подставить, всех нас, Влад.

Сначала Дима, теперь Нина отчитывает на раз. Не люблю такого.

— Нин, я все понимаю. И не стоит всем вам лезть не в свое дело. Ты лучше займись собой. Ты так хорошо умеешь считывать других, что иногда забываешь, что считывать можно и тебя саму хорошо.

Думаешь, здесь никто не знает или не догадывается, как ты уже несколько лет сохнешь по Марку Борцову.

Твою мать. Ведь не хотел этого произносить вслух. Не хотел обидеть подругу. Просто вырвалось. Я вижу, как на меня укоризненно смотрят друзья, как сама Нина поджимает губы. И, как еле сдерживается, чтобы не расплакаться при нас.

Она не привыкла, чтобы ее кто-нибудь жалел. Всегда сильная. Но, как и у каждого из нас, есть и свои слабые стороны. Ее слабость — это Марк. И пусть он намного лучше Олега, все равно такой же ублюдок, как и его брат.

На дно они пойдут только вдвоем. И Нина прекрасно это понимает. Но одно дело понимать, другое — участвовать в этом лично. Нине двадцать пять. Всего лишь на пару лет младше нас. Ей бы уже семью свою создать, детей родить.

Я много раз предлагал ей выйти из операции под предлогом, что мы расстались. На ее место есть, кого взять. Для Олега она не интересна. И вряд ли после нашего расставания он будет за ней следить.

Да и я сам никогда не делал для всех акцент, что у меня к ней сильные чувства. Для всех у нас просто взаимно выгодные отношения, как говорят, без обязательств. Нина моментально отстраняется, ее взгляд мрачнеет.

А первые капли слез уже бегут по ее щекам. Сейчас в ней и не узнаешь спецагента. Сейчас она обычная безнадежно влюбленная девушка.

— Я не подведу свою семью и друзей, Влад. — уверенно говорит Нина. — Я буду со всеми вами до конца операции. И мои… В общем ничего личного с моей стороны не помешает.

Нина даже не думает оправдываться. Просто молча разворачивается и убегает прочь. Догонять ее бесполезно. Как и просить прощение. Последнее она точно не примет. Еще сильнее может обидеться.

— Зря ты так, Влад. — сказал Андрей. Да, сегодня наше собрание проходит так себе. Надо заканчивать, пока все тут окончательно не переругались.

Он с Матвеем уходят первыми. Дима еще здесь. Хотя и с ним разговаривать уже желания нет. Все и так мы на сегодня друг другу сказали.

— Влад, ты все таки не бессмертный. И то, что Олег тебя не грохнул, это чисто твое везение. Скорее всего это из-за того, что Борцов обязан тебе жизнью. Ведь ты, как последний идиот, кинулся тогда под пули.

Да, было дело. Один из охранников Олега влюбился в девочку и захотел ее себе. Но на нее поступил заказ. Девчонку захотел себе крупный олигарх. Борцов тогда за нее получил не хилую сумму, да и много чего другого.

На девушке лица тогда не было. Всем взглядом она просила себе помочь. Но никто ничего не мог сделать. Руки и тогда и сейчас были связаны у нас. Почему-то сейчас я думаю о Лине. Если бы и с ней так могли поступить.

Вот самый из близкого окружения Олега и сорвался. Из-за любви, из-за того, что теряет любимую, что ее, как товар, отдают другому ублюдку. Я бы на его месте поступил бы точно также. Но тогда умирать Борцову было рано, очень рано.

Ушел бы он, пришел другой. Мы только начинали нашу операцию, сведений и улик почти не было. Сам не знаю, что нашло на меня в тот момент. Но ни на секунду не задумываясь, кинулся под пулю.

Еле откачали. Парня все равно было жалко. Я только по рассказам знаю, как его казнил Олег за предательство. Ведь именно его он не прощает никому и никогда. Зато с тех пор мы с ним прилично так сдружились.

Он меня единственного приблизил к себе. Надо признать, Олег достойный соперник. И в некоторых случаях даже заслуживает уважения. На ринге очень часто у нас с ним ничья. Иногда даже кажется, что я сражаюсь со своим отражением.

Настолько его движения напоминают мои собственные. Но в остальном мы явные соперники. И в этой жизни однозначно из нас двоих в живых останется только один.

— Было дело, Дим. Но это все в прошлом. Благодаря этому событию мы очень приблизились к Борцовым.

— Благодаря этому событию мы чуть не потеряли нашего друга.

— Но, как видишь, я живее всех живых.

— Шутишь все. Мне вот не нравится, когда из ближнего окружения Олега внезапно кто-то умирает, особенно от несчастного случая.

— Ты имеешь в виду Заура. — Это не было вопросом. Его смерть и меня очень волнует. Странно это все.

— Его, конечно. Кого же еще?

— Нашли что-то необычное?

— Нет, все чисто, Влад. Даже очень чисто. Просто обычный несчастный случай. Но мне это все не нравится, очень. Не верю в такие совпадения. Есть что-то в его смерти. И без Олега явно и здесь не обошлось.

— Я тоже не верю, совсем. Но насколько я знаю, проблем у них никаких общих никогда не было. Наоборот, Олегу не выгодна его смерть. Но и мне интуиция подсказывает, надо копать глубже.

Есть в его смерти много вопросов.

— Влад, займемся и этим. А сейчас у нас есть несколько первых выходных за полгода. Давай сегодня же рванем домой. А через пару дней соберемся все вместе, отпразднуем прошедшие праздники.

Моя Женька по всем соскучилась. Потом решим, у кого собраться.

— Согласен, давай так и поступим.

Да, мы все ужасно соскучились по дому. Диму ждет жена с двумя детьми. Младшему скоро год. Ладно один ребенок. Но как он умудрился при такой жизни второго заделать, до сих пор для меня остается вопросом.

При упоминании семьи Дима и сам сразу меняется в лице. Теперь мыслями он уже далеко не здесь. Еще пару вопросов и я наконец покидаю наш штаб. Три часа за рулем и вот я наконец в своем городе.

В месте, в котором я вырос, в котором прошла вся моя жизнь, детство и юность. Город, с которым связано столько воспоминаний, как хороших, так и не очень. И вот я уже въезжаю к нам во двор.

Знаю, что мне предстоит впереди серьезный разговор. Но это все потом. Не сейчас. И не сегодня точно. Да, полгода меня здесь не было, а изменения на лицо. В мое детство мне не разрешали ничего менять во дворе.

Максимум поставить качели или песочницу. На этом все. Но теперь здесь явно новый хозяин и любимчик. От разглядывания меня отвлекают быстрые шаги, а потом и звонкий крик:

— Папа, папочка, ты приехал!

Я сам с разбегу подхватываю сына на руки. Илюша. Мой сын, моя гордость, мое продолжение. Как быстро он растет. Не видеться с ним полгода это очень много. Он так быстро растет.

А еще сильнее становится похожим на меня. Моя маленькая копия. Я кружу сына и не могу остановиться. Илья хохочет. Видно, что на улице они уже давно играют, так как его щеки и ручки уже сильно замерзли.

Наконец я просто беру сына на руки. У нас немного времени впереди, но все, что есть, хочу провести вместе с ним, с ними. И задаю своему ребенку один вопрос:

— А где же наша… — но договорить не успеваю.

— Влад, ты вернулся. В этот раз даже не предупредил.

Ксюха, моя жена, моя подруга, одна из самых красивых женщин, которых я видел. Женщина, родившая мне сына. Женщина, которая всегда и во всем была моей надежной опорой, моим тылом.

Я смотрю на нее. Она очень сильная, сильнее многих мужиков, которых я знаю. И сейчас ей так тяжело сдерживаться, чтобы не расплакаться. Вместе с сыном на руках я крепко прижимаю ее к нам.

Так и стоим немного втроем. Вот мои родные. Я с вами, я дома. А остальное будем все решать потом.