Глава 63

Девушки со мной даже не разговаривали. Четко делали свою работу, ни на что не отвлекаясь. Не спрашивая, как меня красить, как укладывать волосы. Чего бы мне самой хотелось. Наверное, даже в таких женских делах они получили строгие инструкции.

И мое мнение не играло ни какой роли. Они готовили меня к неизвестности. К первому совместному выходу с Борцовым. А по факту — к моей неминуемой гибели. Не удивлюсь, если бы он и в гробу захотел меня увидеть в подобном виде.

Чертов маньяк! Девушки не только со мной, но и между собой не обмолвились ни единым словом. Но все-таки в их взгляде мелькало сочувствие. Не было той надменности и высокомерия, которые так и лезли из Марго, когда она подготавливала меня к Зауру.

Особенно тщательно и трепетно девочки уделили внимание волосам. Я вспомнила, как Олег распустил их, как трогал, проводил ими между пальцами. Вдыхал их запах. Мне нанесли только маску на волосы.

Так они стали более блестящие и прямые. Девушки были со мной до конца. Не уходили, пока я не одела платье. Босоножки. Последний штрих. Из украшений только длинные серьги. Все, игрушка готова.

По взглядам девчонок они остались полностью довольны своей работой. Я не захотела смотреть на себя в зеркало. Плевать, как я выгляжу. Все равно, все не в моем вкусе. После ухода девочек, даже имени я их не узнала, сразу зашел Давид.

Время вышло. Пора. Но лучше он, чем, если бы за мной явился сам зверь. На улице была середина лета. Было тепло снаружи и очень холодно внутри. Что сразу бросилось в глаза, было очень много охраны.

Многих я видела в первый раз. Все они, как по команде, когда увидели меня, резко отвернулись и замолчали. Смотрели куда угодно, но только не на меня. От такой тишины можно было услышать сердцебиение всех рядом присутствующих.

Если бы только не лай собак. Их впервые при мне тоже вывели. Их было очень много. Такие же страшные и безжалостные, как и их хозяин. Их удерживали такие же псы, только в человеческом обличии.

По одному виду этих охранников и собак можно было сказать, что они спустились с самого ада. Даже не представляю, где Борцов их находит. Собаки не просто лаяли. Они готовы были в любую минуту разорвать любого.

На того, на кого покажет их хозяин. Самый страшный зверь стоял возле десятка машин. Таких же черных, огромных, как и он сам. Даже, если бы я никогда не видела Борцова раньше, все равно бы поняла, что это именно он.

Дьявол стоял во все черном. Но даже в такой темноте его глаза светились. В них было столько всего. Такой черноты, такого пламени я никогда, ни в ком не видела. От этого пламени можно было сгореть. И даже пепла не останется.

Ничего не останется. Олег ни на секунду не сводил с меня глаз. Ему хорошо было меня видно от уличного освещения. От него это уродское платье светилось только сильнее. Я думала, не смогу сделать и шагу на таких босоножках.

Но к моему удивлению, ходить в них оказалось очень даже не сложно. Я бы сказала, что почти их не ощущала. Наверное, потому что мысли мои были совсем о другом. Олегу нравилось, что он видел.

Он совсем слегка улыбнулся и обнял за талию, по-собственнически, крепко, как единственный теперь мой хозяин. Ведь он всем видом показывал, что я его и только его. Он молча открыл дверцу машины и помог аккуратно сесть.

Так как длина платья и этого не позволяла сделать. Я думала Борцов поедет в другой машине. Но на крайний случай, хотя бы займет водительское. Но нет. Он сел рядом. Я лишь прикрыла глаза.

Даже нахождение рядом давалось очень тяжело. Лучше уж смотреть в окно. Куда угодно, но ни на него. Его и так было слишком много. Его запах, перемешенный с никотином, уже окутал с головы до ног.

Я чуть не вскрикнула, когда Олег положил свою руку на мое колено. А потом стал подниматься выше.

— Ты охуенно выглядишь. — он пристально посмотрел в мое лицо. Я не могла также отвести от него взгляда и что-то сказать. Он как будто гипнотизировал меня. Но отвернуться я не могла. Его пальцы пошли дальше, но потом резко все закончилось.

Он неожиданно, как пушинку, поднял меня и усадил к себе на колени. Лицом к нему. Нас от водителя отделяла только перегородка. Платье задралось до неприличия. Олег схватил крепко за ягодицы, оставляя на них свои следы.

— Я бы тебя трахнул прямо здесь и сейчас. — хрипло сказал он. А в промежность упиралось его сильное желание, очень сильное. Он еще крепче сжимал меня. Так что становилось даже больно.

Как и больно было терпеть ему. Его руки переместились на поясницу. Он стал пальцами касаться каждого позвонка. Ему ведь ничего не мешало это делать. Спина была почти полностью открытой.

— Если бы не эта гребаная встреча, уже бы насадил тебя на себя. Но нельзя. — он заправил волосы за ухо. — Сегодня мне нужна холодная голова. Ничего не должно мешать правильно думать. А, если возьму тебя, уже не остановлюсь.

Пошлю на хер всех и буду трахать тебя всю ночь. Откуда ты такая взялась?

То ли спрашивал, то ли утверждал. Потом взял за затылок, притянул ближе, второй рукой, удерживая за поясницу, и впился в мои губы. От неожиданности я слегка приоткрыла рот. Этого ему было вполне достаточно.

Он стал буквально насиловать мой рот. Не давая ни малейшей возможности вырваться из этого плена. Несомненно, Олег умел целоваться. Возможно, кому-то было бы приятно. Но не мне. Мне было только противно.

Но он не давал отстраниться. В какой-то момент я уперлась ему в грудь ладошками и стала сопротивляться, выворачиваться из-за всех сил. Но все мои старания ничего не значили. Он даже и сотой своей силы не прилагал, чтобы держать меня.

Совсем не выдержав, я укусила его за нижнюю губу. Не знаю, что на меня нашло и чем мне это может обернуться. Во рту сразу почувствовался металлический вкус. Но Олег только сильнее зарычал и опрокинул спиной на сиденье.

Сам же навис сверху и снова набросился на опухшие уже губы. Одной рукой он сжал оба мои запястья, другой стал трогать внутреннюю сторону бедра. Когда он пальцами коснулся трусиков, я задергалась сильнее.

Но он ни что не обращал внимание. Возле самого интимного места он остановился. Наверное, пытался все-таки держать хоть как-то себя в руках. Я слышала его тяжелое дыхание.

Его лоб был уже весь мокрый. Он очень меня хотел. Даже страшно предположить, чего можно ждать от него дальше. Он же, как вулкан. Цунами, сносящее все и всех на своем пути.

Машина резко остановилась. Только тогда Олег остановился. Слез с меня. Помог подняться. Поправил платье и волосы. Мы вылезли после охраны. Сразу глаза осветили яркие огоньки здания.

Вокруг было очень много машин. Времени было уже за полночь. Но здесь жизнь только начиналась. Я только однажды чувствовала и видела нечто отдаленно похожее на эту картину. Когда в мои неполные шестнадцать Лика привезла меня на гонки.

Тогда для меня казалось, что это совсем другая жизнь. И ничего подобного не существует. Сейчас я смотрю на большое здание снаружи и даже не представляю, что меня ждет внутри. Олег переплетает наши пальцы и уверенно ведет с собой.

Я с трудом успеваю за ним. Охрана рядом. Ее также много. Не понимаю только зачем. Это всех вокруг нужно охранять от Борцова. Нас пропускают внутрь, оставляя еще огромное количество желающих попасть внутрь людей на улице.

Олег хозяин этого ада. Сам придумал, сам построил. Он немного притормаживает, разворачивает к себе и серьезно говорит:

— Теперь слушай меня, Лина, внимательно. От меня ты не отходишь ни на шаг. Здесь все мое. Но о тебе никто пока не знает. Поэтому держись только возле меня. Даже в туалет пойдешь только со мной. Ни с кем первая не заговариваешь, ни на какие вопросы не отвечаешь сама.

Все, что надо, отвечу и скажу я сам. Пьешь только то, что я сам тебе дам. Не пытайся даже сбежать. Это просто нереально. Тем более намекнуть или попросить о помощи. Никто и пальцем не пошевелит тебе помочь.

Из твоего досье я понял, что ты до хрена знаешь языков. В приоритете китайский, потом английский и немецкий. Арабский ты же не знаешь? Ничего про это не нашел.

Не знаю почему, но я решила соврать.

— Нет. — как можно увереннее ответила я. Даже глазом не моргнула. И голос не задрожал, как обычно всегда было, если я не договаривала правду до конца. Это было очень редко за всю мою жизнь. Но все-таки случалось.

Зверь внимательно смотрел в мои глаза. И кажется даже поверил.

— Не вздумай меня обманывать, Лина. Иначе очень пожалеешь. Я все равно узнаю правду рано или поздно. И вот тогда не посмотрю, кто стоит передо мной. Ты уверена в своем ответе?

— Это совсем другое направление. Я действительно хотела изучать этот язык, но попозже. На третьем курсе, как дополнение к основной специальности. Но по всей видимости уже не успею никогда этого сделать.

Последние слова произнесла со всей ненавистью. Но Борцов пропустил их мимо ушей.

— Хорошо, — выдохнул он. — Не хотел оставлять тебя одну ждать в кабинете. Сам не знаю, на сколько все затянется. Пойдешь со мной и будешь рядом. Мне так будет спокойно.