Глава 94

— Привет, я Жанна. А это Настя. — прервала наши общие разглядывания рядом стоящая девушка. Мы, наверное, обе сейчас одновременно забыли о ее присутствии. — А ты… К тебе же можно на ты? Мы примерно одного возраста все.

— Да, конечно. Я Лина. Приятно познакомиться. — видимо и Жанна сама не понимала, как ей вести себя со мной, о чем и как разговаривать. Ведь для нее я не обычная девушка, немного младше ее, а жена криминального авторитета, на которого работает ее мужчина.

— И мне тоже. Мы все о тебе наслышаны. Вот наконец и познакомились. Ты очень, очень красивая. Неудивительно, почему Олег решил остепениться и завязать с другими бабами. Ой, прости — испуганно стала оправдываться девушка.

— Я, наверное, не то сказала. Извини меня, пожалуйста. Я иногда говорю, не подумав.

— Жанн. — прервала я ее извинения. — Все в порядке. Правда, не стоит извиняться и тем более оправдываться. Со мной можно говорить на любые темы. Я не побегу к Олегу докладывать.

Да и вообще, все сказанное здесь останется строго между нами девочками.

Видно было, как Жанна расслабилась. То, что она могла говорить, не подумав, было мне на руку. Ведь кто-то из них двоих или скорее всего обе могли что-то знать о делах своих мужчин.

Для меня любая зацепка, любое имя просто на вес золота. Но именно сейчас меня волновало совсем другое. Я снова глянула на Настю. Она до сих пор смотрела на меня так, как будто перед ней приведение.

Сколько мы с ней не виделись? Три года. С того самого вечера, а именно с бала, устроенного моей семьей в мою честь. Именно тот самый вечер был последним, когда я видела свою подругу, с которой познакомилась в самом начале, как только приехала в отцовский дом, в последний раз.

Для меня сейчас это все было, как совершенно в другой жизни, как не со мной. Могла ли я тогда подумать, что моя такая размеренная и даже скучная жизнь, настолько сильно изменится?

Конечно, нет.

— Насть, а ты чего застыла? Как не родная. На тебя совсем не похоже. Или ты тоже засмотрелась, какая красивая жена у биг босса?

— Да… Я и правда немного растерялась. — хрипло ответила Настя. Даже голос ее ни капли не изменился. Да и сама она выглядела почти также, как в нашу последнюю встречу. Разве только немного старше. Как будто виделись мы с ней только вчера.

— Видишь, Лина, при одном взгляде на тебя даже девушки теряют дар речи! Чего уже говорить о мужиках. Олег, наверное, тебя жутко ревнует. Странно вообще, что он разрешил тебе выйти куда-то без него.

Хотя здесь все равно лишних людей нет. Все свои. А сейчас у нас массаж по плану. Лин, не хочешь присоединиться к нам? А уже после можно будет и поплавать вместе.

Конечно, это было бы не плохо для сближения. Вот только у меня планы неожиданно поменялись. Теперь я хотела остаться с Настей наедине. Нам есть о чем с ней поговорить.

— Если честно, я бы не хотела на массаж. Лучше поплаваю здесь. А массаж можно и в другой раз.

— Ну тогда и я перенесу. Ничего страшного.

— Нет, Жанн. — вот тут и Настя наконец вмешалась. — Ты иди. Все знают, как ты потом в восторге ходишь неделю после него. А я Лине составлю компанию, не дам скучать.

— Точно? Вы не обидитесь?

— Да, какие обиды. Иди и наслаждайся. — ответила я. Мне очень быстрее хотелось, чтобы мы с Настей остались наедине. Ведь время, отведенное мне Олегом, тоже ограниченно. Учитывая, что большую его часть я уже потратила именно на восстановление своего цвета волос.

Когда наконец мы остались одни, еще раз уставились друг на друга. Как будто обе боялись, что мы всего лишь мираж, который вот — вот исчезнет. А еще несомненно присутствует и страх.

Как вести себя. Можно ли обняться здесь, чтобы никто случайно не увидел и не побежал докладывать об этом Олегу. Ведь, если ему станет известно, что я встретила знакомую или меня узнали, вряд ли эта новость вызовет в нем восторг.

Скорее всего он захочет избавиться от ненужных свидетелей. Настя как будто прочитала мои мысли и первая тихо сказала:

— Не бойся, Лин. Тут не везде есть камеры. Да и разговоры девушек не сильно слушают. Пойдем, я знаю тихое место. Там нас никто не побеспокоит.

Она отвела меня за угол. Там стоял единственный столик с фруктами и напитками и действительно с виду не было нигде ни одной камеры.

— Лина!

Я даже не успела разглядеть обстановку, как Настя крепко обняла меня и прижала к себе. Я почувствовала, как она начинает плакать. Я гладила ее по волосам. Еще непонятно, кого из нас первой надо успокаивать.

— Ну чего ты плачешь, Насть. Я жива, перестань.

— Я так виновата перед тобой, перед всей твоей семьей. Тогда… Я не хотела, правда не хотела испортить твое платье. Но у меня не было выбора. Я честно…

— Все перестань. Давай лучше присядем и спокойно поговорим. У нас есть немного времени.

Я налила сок Насте. Она даже стакан не могла взять сразу. Ее пальцы сильно дрожали. Явно сейчас она находилась на грани самой настоящей истерики. Когда девушка немного успокоилась, уже более спокойно продолжила:

— Я читала в газетах за Глеба Александровича. Мне очень жаль. Он был… Даже не знаю. Такого человека в мире больше не найдешь. Он стольким людям помог. Даже не верится, что его больше нет с нами. Конечно, годы берут свое. Но всем казалось, что твой дедушка будет жить вечно.

— Годы здесь абсолютно не при чем, Насть. — перебила я подругу.

Сначала она посмотрела на меня удивленно, потом, видимо, до нее стал доходить смысл моих слов. И только именно сейчас ее глаза показывали максимальный испуг.

— Не может этого быть! Ты хочешь сказать, что это Лика все. Нет…

— Да! И еще раз да, Настя. Тысячу раз да.

— Но это же ее родной дедушка. Он воспитал ее. Хоть Лика последние годы и стала более резкой, Глеб Александрович ее очень любил. Да и ваш отец тоже безумно. Лика вообще для него была любимицей. Он души в ней не чаял.

— Как видишь, это не помешало ей сделать свое грязное дело. Но не своими руками.

Настя снова посмотрела на меня. А потом добавила:

— Не своими… — она сглотнула. — А…

— Да. — я с болью посмотрела в ее напуганные глаза. — Моими, Насть.

Я отвернулась от нее и уставилась перед собой. Смотреть на нее, тем более говорить о том вечере, все вспоминать заново было очень больно, даже невыносимо больно. Я сама жадно осушила свой стакан.

Я не хотела плакать при ней. Вообще не хотела проливать слезы. Но эта боль в груди никак не стихает. Постоянно напоминает о себе.

— Но я читала в газетах, что ты покинула страну сразу после смерти дедушки. И сейчас восстанавливаешься за границей.

— Ну как видишь. — с усмешкой сказала я. — Я здесь, рядом с тобой. И самое главное являюсь женой самого страшного и опасного мужчины.