Глава 11. Милена

Уехав с базы, Тимур пропал до самого вечера. Не беспокоя меня ни лично, ни по телефону. И вроде так даже лучше. Я наконец-то смогла выдохнуть и спокойно приступить к работе, но разговоры братьев то и дело возвращались к царственной персоне. – Давай по порядку. Какие неопровержимые факты по делу у нас есть? – задал вопрос самый дотошный из нашей тройни, Мирон. – Да никаких, одни домыслы, – вздохнул Макар. – Разве что наличие трупа Энтони Паркера сложно подвергнуть сомнению. – Кстати, родственники Паркера далеко не бедные люди, почему они не вмешались в расследование, используя свои связи? – продолжал искать ниточки Мирон. Лично я сомневаюсь, что Паркеры были посвящены в подробности жизни сына. Их клан принадлежит глубоко закрытой религиозной общине, жизнь которой за семью печатями, а Энтони, едва достигнув совершеннолетия, принял решение жить иной жизнью. – Энтони был не самым благополучным ребенком. В подростковом возрасте часто сбегал из дома, много раз привлекал внимание полиции, участвуя в уличных драках. Его родители подозревали его в приеме запрещенных препаратов. Семья Паркеров глубоко религиозная, строгих правил, и в какой-то момент отцу надоели выходки одного из детей, коих у него одиннадцать, – пояснил Макар, уже успевший разнюхать и это. – Пока всё говорит не в пользу версии Тимура, а наоборот. Богатый и избалованный разгильдяй находит свой конец в раннем возрасте. Ничего подозрительного. – У нас есть еще попытка отравления родителей Тимура, – вмешалась я в разговор. – И косвенных улик на самом деле не так уж мало. Первое, что настораживает, это скрытность Холли и её поведение после гибели мужа на недельку. Она как никто другой должна была быть заинтересована в расследовании, но все её показания говорят о том, что Холли, напротив, старалась всё свести к несчастному случаю. И вообще она мне не нравится. Этакая роковая красотка, сражающая наповал любого мужчину. Отточившая мастерство манипуляции до высшего уровня. Глядела на её фотографии, и невольно сердце колола ревность и возникали сомнения в искренности Царева. Неужто он устоял перед такой роскошной женщиной? Вряд ли. Несомненно, и в его голову закрадывались мысли, что подозревают несчастную вдову они с другом зря. Уверена, Тимур допускал мысль и о том, чтобы создать с ней семью и нарожать кучу прелестных ребятишек. – Доказать эту попытку отравления пока не удалось, – возразил Мирон. – Опровергнуть эту информацию мешает только отсутствие мотива для такого спектакля у Норфолков. – Ты не могла вскрыть сейф какого-нибудь менее проблемного клиента? У твоего Тимура не жизнь, а огромный ком паутины! – наехал на меня Бес. – У него самого что не поворот, то повод для уголовного дела! Информированность Макара о моих темных делишках в клубе Царёва меня не удивляет. Странно лишь то, что сам наследник миллиардов деда вызывает у него эмоции. Бес у нас из тех, кто не любит сближаться с людьми, предпочитая держать дистанцию размером с пропасть. Даже среди наших друзей, с кем мы выросли в одной большой компании, Бес близко общается только с высокомерным Алексом Брауном. – Клиент как клиент, – буркнула я. – И не такое уж запутанное дело, если присмотреться. Очередная хладнокровная гадюка, разводящая наивных мужиков на деньги. Просто ставки у неё сильно выше, чем у «инстасамок». Если бы все улики лежали перед носом полиции, а преступления совершали лишь глупые люди, в наших услугах никто бы не нуждался. Мирон, всё это время непрерывно щелкающий по клавишам своего ноутбука, прервал нашу перепалку. – Я нашел информацию на одну даму из того списка, что перечисляли Холли деньги. Последняя транзакция месяц назад. Миранда Пэтжет очень удачно овдовела, разбогатев при этом на пятьсот тысяч британских платёжных фантиков, получив страховые выплаты. Всего лишь спустя месяц после того, как она заплатила Холли сто пятьдесят тысяч. – Мориарти в юбке? – осенило Макара. – Злодейка-консультант, помогающая предприимчивым жёнам избавиться от надоевшего спутника жизни! – Это ещё не всё, – метнул суровый взгляд Мирон на братца. Напрасно, конечно, Бес у нас толстокожий, как носорог в бронежилете. – Есть свежая информация. Неделю назад сама Миранда исчезла, как ветер в поле. Её сестра, не сумев дозвониться до Миранды, позвонила в полицию, попросив их проверить дом Миранды. Также в полицию обратились и коллеги Пэджет, так как она, будучи очень ответственным работником, не вышла в свою смену на автозаправочную станцию. Проверив дом, полиция не смогла найти никаких оснований предполагать, что в отношении мисс Пэджет совершено преступление. На данный момент считается, что Миранда по собственному желанию уехала, решив начать жизнь с чистого листа. Информации по Холли у нас действительно недостаточно, но в моей голове уже сложился четкий профиль этой поистине редкой женщины. Она умна и осторожна, не позволяет своим эмоциям брать верх над разумом, отчего производит впечатление холодной и сдержанной леди. Эмоционально холодная женщина, которая как бы играет в компьютерную игру, относясь к окружающим как не более чем к выдуманным персонажам. Но, несмотря на это, она притягивает к себе мужчин не только привлекательной внешностью, но и некой загадочностью Снежной Королевы. Для меня же Холли была не только безжалостной убийцей, но и той, кому Тимур оказывает знаки внимания, улыбается. Лишь ей дозволено зарываться пальцами в ковёр на его груди и засыпать в его объятьях на законных основаниях. Гадюка, одним словом. – Нам нужен список всех неопознанных останков «Джейн Доу», найденных за последние три года. Далее необходимо выяснить всё о жизни женщин, переводивших Холли крупные суммы. Если они так же, как и Пэтжет, исчезли, то сомнений в причастности Холли не останется, – озвучила я то, что крутилось на языке у каждого. Больше по делу Тимура сказать было нечего, и мы вернулись к делу любителя рыжеволосых девушек. Ненавижу, когда одно дело накладывается на другое. От этого внимание рассеивается, детали ускользают из вида. Но, к сожалению, наша жизнь не сериал, и преступники очередность не соблюдают, творя свои бесчинства. Благо, работаю я не обычном ОВД. Там и вовсе дел на каждого спеца десяток. – Ничего не бойся, Милка. Я всё время буду рядом, – обозвав меня, как в детстве, в честь шоколада, заверял меня Макар. – Я не из пугливых, – усмехнулась я. – Жажду встречи с этим избирательным типом. Мне не терпится узнать, права ли я на его счёт. – Опять «У него было кошмарное детство и куча проблем с психикой»? – хмыкнул Макар, как обычно скептически относящийся к подобному роду оправданиям. – Ага. Думаю, жестокое обращение рыжеволосой матери, возможно, вела разгульную жизнь. Имела зависимость либо от алкоголя, либо от чего похуже. Приводила домой разных мужчин. Скорее всего, мальчик был не только невольным свидетелем любовных утех, но и подвергался побоям и унижениям. – Ой, хорош! Вечно ты этих упырей отмазываешь! Его тяжелое детство не даёт ему право издеваться и убивать ни в чём не повинных девчонок. У каждого человека есть выбор, и этот мудак его сделал! – не на шутку разозлился Бес. – Ок. Не кипятись, крышечка подпрыгивает, – улыбнулась я, категоричности Макара. Смешно, потому что мало знакомые с ним люди его самого считают психом. Несколько дней мы уже ездили на Семеновскую, пытаясь поймать маньяка на живца. Но пока безрезультатно. То ли у маньяка сейчас период затишья, то ли он сознательно меня не выбирал. Сегодня последний выезд перед командировкой в Лондон, и я шла по уже знакомой тропинке в маленьком сквере к спрятанной от взглядов прохожих лавочке. По оперативным сведениям, именно отсюда была похищена одна из жертв. Погрузившись в свои размышления, я не заметила, как оказалась на другой стороне сквера совсем не в том месте, где беззвучной тенью бродил Бес. – Не слишком вызывающий наряд для таких поздних прогулок? – внезапно раздался голос у самого уха, напугав меня до предынфарктного состояния. От разрыва сердца меня спасло лишь то, что я узнала голос этого наглого сталкера. – Маньяки тоже люди. Они волнуются, боясь ошибиться с выбором. Даже они имеют право увидеть товар перед похищением, – зло прошипела я, оборачиваясь. Лучше бы шла себе дальше. Смотреть на эталон мужественной красоты в пижонских забугорных шмотках было сокрушительно для моей хрупкой женской стойкости. Эти мышечные бугры Лохматой Горы под тонкой черной рубашкой выглядели гранитными. Руки так и тянутся потрогать и проверить ногтями на прочность. – Ты так красива, Малышка, что проще спрятать маяк в горшке, чем твою привлекательность в лохмотьях, – подняв руку, заурчал этот блудливый кошак, нежно проведя пальцами по моей щеке. – Ты мне мешаешь ловить маньяка! Что тебе от меня надо, Царёв? – недовольно зашипела я, не желая снова попадаться в капкан его черной бездны в глазах. – Проваливай отсюда! – Только ты. Больше ничего. Я хочу быть с тобой каждую свободную минуту, – сказанул эгоистичный придурок, и не думая убираться. Не сомневаясь в своей сногсшибательности, нахал устроил свои ладони на моей талии. Стало так уютно и приятно, будто эти бессовестные грабли для этого и заточены. – Слушай, Тимур Львович! Оставь свои влажные фантазии при себе! И перестань меня преследовать! У вас в Англии что, статью за сталкинг отменили? – слишком импульсивно оттолкнула я его руки и развернулась, уходя прочь. – Не отменили. Но тебе придётся обратиться в суд за ордером на запрет. А пока его нет, мы можем поужинать в прекрасном ресторане, а потом поехать ко мне, – и ухом не повёл упрямый Царёв, продолжая гнуть свою линию. И снова все козыри у него. Сама природа будто помогает ему, создавая фантастический антураж вокруг. Низко повисший огромный диск Луны с разливающимся по темному небу фиолетовым свечением. Тусклые ретро-фонари, бросающие тёплый жёлтый свет на выложенную камнем дорожку. И тихий шелест ветра в кронах деревьев, утонувших в темноте ночи. И пока я подбирала слова, чтобы доходчивее объяснить эгоистичному типу, что у меня и помимо него маньков выше крыши, он выдаёт: – Мне кажется, я начинаю в тебя влюбляться, Малышка. – Ты же не серьезно, – издаю я неуверенный смешок, воспринимая его слова как шутку. Я слышала что-то такое, что мужчины влюбляются быстро – сразу после первого оргазма мозга, прокрутив понравившуюся женщину во всех позах в своём воображении. Но поверить, что такой как Тим… Нет, он слишком серьёзный тип, принимающий в своей жизни только качественно обдуманные и взвешенные решения. Игра с убийцей тому подтверждение. Выдержке и уровню эмоционального интеллекта Тимми Норфолка можно только позавидовать. Нежно обхватив мой подбородок пальцами, Тимур поднял моё лицо к себе. – Посмотри в мои глаза, Милена. Похоже, что я шучу? – пристально смотрел на меня пышущий жаром Царёв. Я замираю, тщетно ища спасение от порочной темноты его глаз. Мой пульс стучит в висках и где-то в закоулках разума ещё бьётся истерическое: «Не верь ему! Он лжец!», но ладони уже тянутся к его груди, спеша поскорее ощутить тепло его ковра на груди. – Я надеру тебе задницу, если… – начинаю я лепетать, как вдруг меня прерывает до ужаса леденящий крик о помощи. Весь сказочный флёр момента безвозвратно рассыпается, потрескавшись как разбитое стекло витрины. – Поговорим потом. После того, как твоя невеста тебя убьёт, – заверила я Тимура и пулей нырнула в кусты.