Глава 21. Алиса

Пока Эдуард обходил машину и садился на водительское место, я размышляла о том, рассказывать Диане об этой странной встрече или нет. Не хотелось её нервировать, но и врать я тоже не желала. Решено — расскажу. Когда что-то скрываешь, ни к чему хорошему это не приводит. Если когда-нибудь до Дианы дойдёт эта история, ей будет неприятно.

Эдуард будто бы прочёл мои мысли — заявил, начиная выруливать с обочины на дорогу:

— Диане лучше ничего не рассказывай. Она только ревновать будет и нервничать зря.

— Ревновать? — Я поперхнулась воздухом. — Что ты, конечно, она не станет ревновать!

— Неужели? — Мужчина покосился на меня с весельем. — Быть того не может.

— Точно тебе говорю. Диана разумный человек. Конечно, она и не подумает ничего плохого. Это было бы даже странно!

— Ну тебя, допустим, она действительно вряд ли сможет подозревать в интересе ко мне, — невозмутимо изрёк Эдуард. А потом, мгновение помолчав, выдал: — А вот меня к тебе — очень даже.

Я улыбнулась.

— Смешная шутка.

— Это не шутка, — качнул головой собеседник, мимолётно взглянув на меня с каким-то странным выражением на лице. — Я вполне серьёзно. Ты правильно заметила: Диана — разумный человек. Значит, она понимает, что ты можешь меня заинтересовать. Не зря ведь она посоветовала тебе одеться как можно нелепее?

Я буквально онемела, не зная, чего сейчас во мне больше — удивления или раздражения. Вот, значит, какой вывод сделал Эдуард из моего первоначального наряда на субботней встрече! Диана, кажется, просчиталась, когда объясняла мне свою идею.

— Всё не так, — вздохнула я, испытывая привычное желание оправдать сестру. — Она просто…

— Просто не хотела, чтобы я тебя рассмотрел. Вот и придумала образ «синего чулка».

— Слушай, но это же полный бред! — возмутилась я. Даже кулаки сжала. — На меня сколько ни смотри — не рассмотришь, я с Дианой даже рядом не стояла по красоте и обаянию. Нелепость какая-то! Ты сам-то веришь в то, что говоришь?

— По-моему, ты слишком самокритична, — пожал плечами Эдуард, ничуть не впечатлившись моей пылкой речью. — Красота — понятие относительное.

— Ну да, ну да, — я закатила глаза. — Эта фразочка — утешение для тех, кого природа ею обделила. Посмотри любой конкурс красоты! Там все девушки более-менее одного типа, различаются только цветом волос и кожи. Таких, как я, туда на пушечный выстрел не подпустят.

— Ты путаешь тёплое с мягким, — усмехнулся Эдуард. — Ты ещё сравни фотографии со своего телефона с фотографиями звёзд в инстаграме. Существует индустрия красоты, там свои стандарты, мы же говорим про личную жизнь и личные вкусы. У меня есть друг, которому нравятся полные девушки. Другой, наоборот, тащится от очень худеньких — чтобы аж рёбра на спине торчали. Понимаешь, о чём я? Диана, как разумная девушка, понимала, что мне нравится. Поэтому и попросила тебя одеться определённым образом. Чтобы я тебя не рассмотрел.

— Уверяю, это совсем не так, — я помотала головой. — Она…

Я запнулась: ну не выдавать же Эдуарду Дианкины планы? Если я сейчас начну объяснять, что она собирается убедить его в своей благонадёжности, это будет некрасиво с моей стороны. Но и оставлять Эдуарда в убеждённости, что сестра у меня способна на подобные подставы, я не желала. И никак не могла придумать достойный ответ, хмурилась и нервно перебирала пальцами по поверхности сумки, что лежала у меня на коленях.

— Ты всегда её оправдываешь? — заинтересованно произнёс Эдуард. — Что бы она ни творила?

— Да она ничего такого и не творила ни разу в жизни.

— Идеальная Диана, — засмеялся Эдуард, и я слегка разозлилась.

— Слушай, ну хватит! Ты сколько месяцев знаешь мою сестру? Три, четыре, пять? А я — всю жизнь! Я её из бутылочки кормила, водила в детский сад и школу, помогала ей с уроками, вытирала её первые слёзы. Не надо мне рассказывать про то, на что способна Диана, а на что нет. Она не хотела меня обидеть, это я знаю точно. Как и то, что она не боится, будто я могу тебя заинтересовать.

— Зачем тогда было то дурацкое платье? Ты можешь объяснить это нормально, Алиса? Если ты боишься выдать тайну, что твоя сестра рассчитывает выйти за меня замуж и для этого решила попросить вас создать имидж благонадёжной и простой семьи, то зря. Я и так это отлично понимаю. Другие аргументы есть?

Мне захотелось залезть под сиденье от стыда. И от того, что сказал Эдуард, и от звука его слегка насмешливого голоса.

Господи, Диана! Куда ты меня втянула?!