Глава 86. Алиса

Я не знала, позвонит мне Диана вечером или нет. И, по правде говоря, в глубине души я хотела, чтобы она не позвонила. Потому что хватит уже заморачиваться Эдуардом! Независимо от того, чем закончится её общение с Максом, увлечённость Эдуардом пора заканчивать. Только нервы себе трепать.

Диана позвонила около одиннадцати вечера, когда я уже ложилась спать. Я вздохнула, увидев надпись на экране, быстро встала с кровати, надела тапочки и вышла на балкон — чтобы не мешать Еве спать. Ей, так же, как и мне, завтра в детский сад.

— Привет, — прозвучал в трубке Дианкин нежный голос, показавшийся мне слегка смущённым. — Я дома.

— У кого? — пошутила я, и Диана рассмеялась. Радостно, хрустально так… То, что она довольна, очень чувствовалось.

— У себя, Алис. Хотя Макс предлагал… Но я не могу. Я всё-таки…

— Ты всё-таки мазохистка, я поняла.

— Знаешь, — протянула сестра после минутной паузы, — а ведь Карелин сказал то же самое.

— Карелин — это Максим?

— Да. И я сейчас подумала… Несмотря ни на что, у вас с ним есть что-то общее.

Я вспомнила его фразу: «Совесть — рудиментарный орган» — и содрогнулась.

Вот уж не дай бог!

— Угу, есть общее, — пошутила я тем не менее. — Мы оба тебе нравимся.

— Точно, — Диана засмеялась. — Но я не могу так откровенно… Я всё-таки девушка Эдуарда.

Я сглотнула, ощущая неожиданное волнение и жар в груди, и серьёзно сказала:

— Тогда расстанься с ним. Расстанься — и с головой в новые отношения. Извини, но мне кажется: они будут гораздо более счастливыми.

— Я же не бабочка и не мотылёк, чтобы настолько легко порхать с места на место, — вздохнула Диана. — Это как-то… не знаю…

— Если ты опасаешься, что я стану тебя осуждать, — то нет, не стану, — произнесла я твёрдо. — Эдуарду, я думаю, тоже без разницы. Максим… ну, насколько я поняла его характер, он вообще не склонен осуждать людей за их пороки.

Диана кашлянула.

— С чего ты так решила?

— Показалось, — уклончиво ответила я. Не признаваться ведь, что я заподозрила Макса в действиях по указке Эдуарда и обвинила его в этом в открытую? Хотя, может, и стоило бы. Вдруг это помогло бы Диане принять решение? Однако есть риск, что вместе с обидой на Эдуарда она обозлится заодно и на Максима, так что лучше молчать.

— А-а-а, показалось… — Диана словно облегчённо выдохнула. — А я думала: может, он сказал что-нибудь… эдакое…

— Да он вообще болтал весь вечер. Но в основном не со мной, а с тобой.

Сестра вновь радостно и переливчато рассмеялась. Вот всегда бы так! Нет, вбила себе в голову это дурацкое замужество и мечты об Эдуарде…

— Алис, спасибо тебе, — неожиданно сказала Диана, и я удивилась:

— За что?

— За поддержку, — продолжала Диана сердечно, и её голос дрогнул, словно она сдерживала слёзы. — Ты лучшая сестра на свете! Всегда за меня.

Стало стыдно до боли. Я скривилась, будто Диана дала мне пощёчину, мысленно поругала себя за слабость — не надо было слушать речи Эдуарда, целоваться с ним, ничего не надо! Дура ты, Алиса! — и негромко сказала:

— Я тоже люблю тебя, Ди.