Глава 21

— Кир… — напряжённо начал Лео, едва они вошли в просторную гостиную своего номера.

— Нет, Лео, — оборвала его девушка, уже зная, что именно он собирается ей сказать. — Одного шанса из-за меня ты уже лишился. Не нужно упускать второй только из-за предвзятого отношения моего отца. Тут дело не в тебе, а в этом нашем новом родственнике, во всей их семье.

— Я не хочу навязываться, — снова попытался убедить её Леонид. — И не нужно говорить, что я лишился из-за тебя шанса. Тогда это был даже не шанс, а возможная ошибка. Мы ведь выиграли тот конкурс. Но я отказался работать с твоим Серебровым в качестве спонсора. Да и контракт, что он нам предлагал, иначе как кабальным не назовёшь.

— Я всё равно хочу тебе помочь, — не сдавалась Кира. И сама не заметила, как успела подойти к Лео на расстояние шага. — И с твоей стороны будет глупостью отказаться от этой помощи.

Она смотрела на него с такой искренностью, с таким неприкрытым участием, что держаться на расстоянии с каждым мгновением становилось для Лео всё труднее. Он бы с удовольствием коснулся её руки, погладил бы запястье, провёл выше до самого плеча, пробежался бы пальцами по тонкой шее, зарылся пятернёй в распущенные тёмные волосы… но слишком хорошо помнил, чем подобное закончилось в прошлый раз.

И сумму в десять тысяч рублей, которой с ним расплатились за поцелуй, тоже помнил прекрасно.

— Уже поздно, — проговорил он, отступая. — Мы с тобой устали. Предлагаю пойти спать.

И Кира будто опомнилась. Едва заметно дёрнула плечом, словно стряхивая с себя пелену непонятного наваждения. Она изобразила на лице улыбку, за которой явно пыталась скрыть разочарование, но возражать не стала.

— Ты прав, — сказала, подхватив ручку своего небольшого чемодана на колёсиках. — Я пойду. Спокойной ночи.

Лео хотел предложить ей помочь с вещами, но Кира катила чемодан, не особенно напрягаясь. И выглядела при этом такой независимой и гордой, что он предпочёл промолчать. Ведь прекрасно понимал, что начальница смотрит на него не как на работника, и даже не как на друга. Он и сам относился к ней далеко не по-дружески, но переступать обозначенную Кирой черту больше не собирался. Да, в прошлый раз им удалось разойтись почти без потерь, разве что для его гордости, но больше рисковать он не хотел.

Отель стоял на самом берегу моря, и из большого панорамного окна спальни Леонида открывался потрясающий вид на край пляжа и лунную дорожку. Сейчас, когда в нём играли самые противоречивые и яркие эмоции, ему как никогда захотелось взять в руки гитару, пробежаться пальцами по струнам. Выплеснуть в музыке всё то, что съедало его изнутри. Впрыснуть в мелодию свои сомнения относительно грядущей встречи с неизвестным ему (но знаменитым) музыкантом Валерой. Отдать перезвону струн тянущее, не проходящее желание обнять Киру, покорить, приручить. Поцеловать… и не только в губы. Попробовать на вкус каждый сантиметр её тела… увидеть, как в её глазах плавится удовольствие.

Гитара бы поняла его без слов, по одним лишь касаниям пальцев. Она всегда понимала, как самая лучшая и любимая подруга. И будь Лео дома, он бы начал играть. Но здесь, в другом конце страны, в чужом отеле, да ещё и ночью играть было не совсем удобно. И не будь Лео так вымотан, он бы просто вышел на берег, сел на камни и раскрыл бы душу морю, волнам, звёздному небу. Подарил бы им мелодию, которая жила сейчас в его сердце. Но… увы.

Задёрнув плотные шторы, он развернулся и направился в примыкающую к спальне ванную. Сейчас организму требовался лишь тёплый душ и здоровый сон. Но парень твёрдо пообещал себе, что завтра ночью обязательно отправится на берег. И не важно, что подарит ему грядущий день — радости или разочарование. Ведь сейчас он на море, как и мечтал. А уже это стоит того, чтобы быть благодарным жизни.

***

К собственному удивлению, проспал Лео до одиннадцати утра, а поднялся с постели бодрым и отдохнувшим. В номере было тихо… и пусто. Пройдя по общей гостиной, он всё же решился постучать в дверь спальни своей начальницы, но никто не ответил.

— Кира, — позвал, осторожно заглядывая внутрь.

Никого. Ушла? А ему что делать? Сидеть и ждать?

Ответ на этот вопрос дал его собственный желудок, который сейчас казался поразительно пустым и голодным. Потому, найдя в сумке джинсовые шорты и белую футболку, Леонид прихватил кошелёк и направился вниз. Благо у него хотя бы магнитный ключ от номера имелся, а то бы, и правда, пришлось погибать с голоду в ожидании Киры.

При отеле имелся и ресторан, разделённый на две зоны: закрытую (расположенную в помещении) и открытую, где столики стояли прямо в уютных беседках, щедро оплетённых чем-то похожим на виноград. Услужливая официантка проводила Лео в одну из таких беседок, оставила меню и, пообещав споро принести кофе, удалилась. А сам парень с наслаждением вдохнул морской воздух и расслабленно откинулся на спинку плетённого дивана.

Сейчас его переполняло ощущение лёгкости и свободы. Он ведь так давно мечтал покинуть душную Москву, перенестись куда-нибудь… где есть море и покой. Он и сам не подозревал, как сильно соскучился по отдыху. Хотя в этом не было ничего удивительного, ведь в последний раз он выезжал куда-то ещё в институте.

Тогда они с сокурсниками отправились на побережье отдыхать дикарями. Взяли палатки, котелки, шампуры, спальные мешки, надувные матрасы и бросились покорять курорты Краснодарского края. Причём на одном месте ребята больше пары дней не задерживались. Прыгали в электричку или ловили попутку, и переезжали дальше.

Так в то лето за месяц они исколесили всё побережье от Тамани до Адлера. Вкусили прелести и песчаных, и галечных пляжей. Жили и в организованных кемпингах, и просто в лесу. А когда у них заканчивались деньги, устраивали маленькие концерты прямо на пляжах. И подавали им за такие выступления вполне неплохо, так что кутили студенты на полную катушку.

С тех пор Лео ни разу не уезжал из Москвы, и вот, наконец, смог вырваться. А точнее, его вырвали, вытянули, да ещё и обставили это, как командировку. И кто? Девушка, которая сама же от него отказалась!

Рядом послышался звук шагов, и Лео повернулся, решив, что к нему направляется официантка — а он, кстати, ещё даже меню не открыл. Но, к его удивлению, увидел Киру, да ещё и в компании черноволосого высокого мужчины с лёгкой ухоженной бородкой. На Леонида они не обратили внимания — прошли мимо и разместились в соседней беседке.

И сразу выяснилось, что слышимость здесь идеальная — всё же листья не обладали почти никакой шумоизоляцией.

— Жаль, что Соня опять не приехала, — услышал он незнакомый мужской голос. — Вроде взрослая девочка, а всё ещё злится на отца.

— Она понимает, что он со своей стороны поступил правильно, — ответила Кира. — И сама не раз говорила мне, что в аналогичной ситуации сделала бы так же, как папа. Не стала бы мучить себя, пытаясь сохранить семью, когда сердце тянется к другому человеку. Но, Валер, ей тогда было всего семнадцать. И она лучше других видела, как тяжело развод дался маме.

— Да, — протянул её собеседник. — Но вот я Сан Кирилыча винить ни в чём не могу. Сама понимаешь. Знаешь, как Гларка радовалась, когда узнала, что её мать влюблена по уши в такого солидного мужчину, да ещё и взаимно? Она так переживала, что ей пришлось переехать ко мне в Питер и оставить мать одну. А оно видишь, как сложилось. В любом случае, всё к лучшему.

— Согласна, — ответила ему Кира.

Тут вернулась официантка, отвлекая Лео от нечаянного подслушивания разговора в соседней беседке. Пришлось спешно раскрывать меню и делать заказ. Но пока он определялся с выбором, пока официантка уточняла предпочтения в соусах, пока рассказывала ему о комплексных завтраках, обедах и ужинах, которые предлагало их заведение, за стеной из плюща стало тихо.

И только спустя несколько минут оттуда снова послышались голоса. Но теперь тема их разговора больше не касалась семьи — она напрямую затрагивала самого Лео.

Он мигом забыл о голоде и весь обратился в слух.

***

С семьёй Валерия они встретились утром, как и договаривались. Кира встала пораньше и уже успела съездить за подарками для его детей (двенадцатилетней Маши и пятилетнего Серёжи). Честно говоря, сама бы она никогда не угадала, что может понравиться детям в таком возрасте, но здесь ей очень помог молодой консультант. И теперь дети искренне радовались презентам от тёти Киры и, казалось, любили её больше всех своих родных.

Жена Валерия — Глафира, только улыбалась, наблюдая за своими довольными чадами, а после отправила их переодеваться — на пляже их уже с нетерпением ждала бабушка.

Да, именно эта бабушка и была нынешней супругой Александра Савина, и по совместительству мачехой Киры. Ну а Глара приходилась ей сводной сестрой. Но это всё в теории, на практике же они слишком редко виделись, чтобы суметь наладить отношения, и общались как простые знакомые, которым иногда приходится встречаться в общей компании родственников.

Раньше Киру не особенно волновала ни новая жена отца, ни её дочь, ни уж тем более её зять с детьми. Они могли встретиться, поговорить по делу или обсудить погоду. Но никаких иных точек соприкосновения не имели. Лишь пару лет назад Валера сам обратился к Кире за консультацией. У него имелась немалая сумма денег и он хотел купить в Москве квартиру в новостройке. Интересовался, кому из риелторов можно доверять.

Тогда отец как раз только покинул город, переложив на плечи дочери всю ответственность за фирму, но Кира умудрилась найти время всерьёз заняться вопросом нового родственника. В итоге Валера получил не только договор с надёжной компанией, но и приличную скидку.

С тех пор их отношения с Кирой стали чуть более тёплыми и почти дружескими. Поэтому она не сомневалась, что он точно выслушает её просьбу, правда, в успехе всё равно уверена не была. И тем не менее, когда дети отправились на пляж, Валерий пригласил Киру посидеть в ресторане, выпить кофе и… поговорить.