Глава 20. Доброжелатель

«От доброжелателя? От доброжелателя?!»

Андрей зарычал, с силой смахнул снимки со стола, и те разлетелись по всему рабочему кабинету. Скомкал в руке злосчастную записку и швырнул ее туда же, на пол.

Его Диана творила на фотографиях такое, что любая «Камасутра» позавидовала бы.

Как, как такое могло произойти? Неужели он был настолько слеп и туп, что не заметил творившегося у него под носом? От такой мысли кровь в жилах сначала застыла, а потом превратилась в горячую, обжигающую лаву, что понеслась по венам вместе с яростью.

— Блядь! — взревел он и начал крушить комнату. Схватил стоявший на столе глобус и с силой долбанул его об стол. Глобус жалобно хрустнул и раскололся.

Затем в ход пошли книги с полок и статуэтки.

Следующей жертвой гнева Ильясова стал стоявший в углу торшер.

Андрей будто отыгрывался на вещах за каждую фотографию, воскрешая ее в памяти.

В тот момент, когда собрался в очередной раз приложить торшер о книжную полку, вдруг оцепенел. Опустил торшер на пол.

— Твою ж мать… — глухо прохрипел он и ринулся к фотографиям.

Наклонился, нашел ту, что искал, и отправился с ней обратно за стол.

Минуты две молча всматривался, а затем отвернулся, и на его скулах заходили желваки.

— Вот же сукин сын! — прогремел Андрей.

А ведь он чуть было не повелся на этот дешевый развод.

Как только представил свою Диану вытворяющей такое с кем-то еще, кроме него, так крыша и съехала, уступив место неконтролируемой ярости.

Андрей обвел взглядом учиненный им бардак. М-да. Но это еще, считай, дешево отделался. Думать о том, что сделал бы, будь Диана еще у него, не хотелось.

Родинка. Всё решила обычная родинка, так им любимая. На правой половине попы Дианы. Он любил ее целовать и теперь не понимал, как умудрился не заметить ее отсутствие сразу.

И ведь прием стар как мир, но Ильясов, считавший себя достаточно проницательным, повелся, как сопливый мальчишка. Он поджал губы и покачал головой. Вот тебе и проницательный…

Очевидно же, «доброжелатель» выбирал позы, в которых нельзя было рассмотреть тело Дианы полностью. Только вот с фото в догги-стайл промахнулся.

Зато Андрей не промахнется. Выкатит счет тому, кто оклеветал Диану.

Осталось выяснить, кому выкатывать и кто этот самый «сукин сын».

Стрижов? Нет, тот слишком умен для таких дешевых трюков, да и не говорил Андрей ему, кто его избранница.

Хотел познакомить их на вечере по случаю дня рождения фирмы. Там и объявит о рабочем слиянии — компаний «АванГрад» и «Стриж», а заодно и о личном слиянии — с Дианой.

Тут уж Стрижову деваться некуда будет — пресса сразу эти новости разнесет, придется компаньону отказаться от мысли выдать дочь за партнера по бизнесу.

Нет, Марину Андрей даже жалел. По сути, ничего плохого девчонка ему не сделала, всегда была приветлива и мила. Только в последнее время словно с цепи сорвалась и в цербера превратилась. Но это пусть отец воспитанием занимается.

У него задача поважнее — понять, кто удружил с фотографиями.

Ильясов откинулся на спинку кресла и задумался, анализируя данные.

Через какое-то время хищно улыбнулся. Пазл сложился. Осталось только вытрясти правду из виновных. А это Андрей делать умел.

Зря не стал копать дальше еще тогда, неделю назад.

В субботу, на следующий день после случая с Урюмцевым, Андрей наведался в офис. Вызвал и начальника службы охраны — для беседы с глазу на глаз.

Оказалось, что в этот день не вышел на работу Иван Крюков, тот самый охранник, что дежурил вчера, когда «не работала» камера в кабинете Урюмцева. Сказался больным.

Пришлось наведаться к больному в гости.

Там и выяснили, что камеру в кабинете Иван отключил вручную за определенную мзду.

Охранника уволили, дело замяли. Да вот только рано замяли, похоже.

Пришло время снова наведаться в гости к Крюкову и выяснить, что еще тот скрывал.

***

Иван открыл дверь в потертых трениках и растянутой тельняшке.

— Вы? — удивился он, увидев бывшего босса в двери. Собрался даже захлопнуть дверь перед его носом с криком «я всё сказал!», но не тут-то было.

Ильясов налег на хлипкую преграду плечом и ввалился в однокомнатную квартиру бывшего сотрудника.

— Я всё сказал! — повторил Крюков и попятился.

Но плескавшийся в его глазах страх сразу сказал Ильясову о том, что сообщил он далеко не всё.

Андрей подлетел к Ивану, прижал к стене в коридоре, взял за грудки и вкрадчиво поинтересовался:

— Точно всё? А если подумать? Поверь, меня тебе стоит бояться гораздо больше, чем Урюмцева.

И разок встряхнул парня.

Тот отвел взгляд, а потом затараторил:

— А я что, я ничего! Деньги, они, знаете ли, на дороге не валяются. Я на машину коплю! Вам не понять!

— Рассказывай! — рявкнул Андрей. Он и правда не понимал, да и понимать такого не хотел.

И Крюков заговорил.

И чем дольше он говорил, тем выше поднимались брови Ильясова. Оказалось, что камеру Крюков отключал не в первый раз. Только до этого сотрудницы соглашались на сделку с совестью ради карьеры, и лишь Стрелецкая оказалась не в пример несговорчива.

А после того как Урюмцев накинул еще несколько маняще хрустящих купюр Ивану, тот скинул на флешку кучу видео с Дианой в разных ракурсах. Очевидно, что именно эти видео и помогли состряпать фальшивый компромат на его невесту.

Выяснился и еще один интересный момент: Андрей заговорил с Дианой о личном, когда шаги Урюмцева в коридоре стихли. Думал, что они уже одни.

Не тут-то было. Начальник Дианы умудрился подкрасться к кабинету и подслушать всё.

Сомнений не оставалось: эту жирную свинью ему подложила другая жирная свинья — Урюмцев. Андрей обязательно его найдет и поговорит. Хотя… вряд ли дело ограничится одним разговором.

Больше ничто и никто не помешает ему быть с Дианой.