Глава 32. Задушу или зацелую?

— Пора резать, — шепнул Ильясову Игорь Леонидович и кивнул на красную ленту.

«На хуй эту гребаную ленту!» — хотелось заорать Андрею. Он редко матерился, особенно вслух, но в тот момент никаких приличных слов не нашлось.

Грудь распирало от невысказанных чувств, но вместо матов пришлось улыбаться. Правда, улыбка получилась натянутая и больше походила на оскал.

Несколько фотокамер были направлены на него и Стрижова.

Подумать только, первый совместный проект «Стрижа» и «АванГрада». Перед пустым еще участком, где вырастет многоэтажка премиум-класса, стояла толпа. Зеваки, репортеры, строители. Даже Марина и та пришла — поддержать отца. К слову, выглядела элегантно и подчеркнуто строго, по-деловому.

Стройку открывали владельцы компаний. Красная лента, ножницы, каски на головах у обоих — всё как полагается.

Однако думалось Ильясову совсем не о стройке.

Вечером будет три дня, как от Дианы ни слуху ни духу.

Сколько всего Андрей успел передумать за это время…

«Задушу. Голыми руками задушу!» — бушевал он сначала. В красках представлял, как сомкнет пальцы на ее шее за то, что сбежала, так с ним обошлась.

«Обниму», — думал позже. Рисовал в уме, как сожмет ее в объятиях крепко-крепко, так, что у Дианы косточки захрустят. И останется с ней в таком положении как минимум несколько минут, пока не убедится, что это точно она, живая и невредимая. Хотя… какие там минуты. Дни.

«Зацелую! Каждую черточку лица, каждую родинку на теле…»

Эти стадии причудливо переплетались, менялись местами, сводили с ума. Мечущийся в агонии раненый зверь — приблизительно так он себя чувствовал. Вот уж точно, нет ничего хуже, чем ждать и догонять. Причем ожидание виделось Ильясову куда большим злом.

— Поздравляю! — услышал он со стороны, а в следующую секунду его уже чмокала в щеку Марина.

Оказывается, умудрился как-то на полном автомате перерезать ленту, причем даже одновременно с Игорем Леонидовичем.

Вездесущие репортеры сразу же защелкали камерами.

Нет, Стрижова не задержалась дольше положенного, но отчего-то этот вроде бы невинный поцелуй показался Андрею неуместным. Подозрительным.

Ему вообще всё в последние дни казалось подозрительным. Так и до паранойи недалеко, но как не доверять интуиции?

Да, будущее слияние компаний — событие серьезное, но Стрижов будто приклеился к Андрею. Намертво. Звонил по нескольку раз в день, в офис являлся уже несколько раз, хотя все эти вопросы вполне можно было решить в телефонном режиме.

Нечисто, дело явно нечисто. Теперь последние сомнения в причастности Стрижова к исчезновению Дианы пропали.

Только вот предъявить партнеру он ничего не мог.

«Я уверен, что вы, Игорь Леонидович, что-то с моей невестой сделали! Только вот доказательств у меня никаких».

Пфф, да он бы первый в лицо рассмеялся тому, кто посмел бы бросаться такими пустыми обвинениями.

***

— Андрей Романович, — заглянула к нему в кабинет Ирина как раз в тот момент, когда Игорь Леонидович отлучился. Они уже час беспрерывно корпели над бумагами.

Секретарь явно замялась, поджала губы, с сомнением в голосе проговорила: — Тут такое дело…

— Заходи, — махнул рукой Ильясов.

Он еще вчера вызвал к себе секретаря и рассказал о том, что его связывало с Дианой. Пригрозил увольнением, если кому-то что-то растреплет. Судя по ее круглым глазам, Диана и правда не делилась с ней личной жизнью. Не то чтобы он сомневался, но девушки редко умели хранить секреты. Еще один плюс в пользу Дианы.

В общем, Ирина пообещала хранить язык за зубами и сообщить, если вдруг что-нибудь узнает.

Ирина зашла, аккуратно прикрыла за собой дверь и выпалила:

— Простите, Андрей Романович, что беспокою. Но вы сами просили сообщать обо всех подозрительных звонках.

— Слушаю. — Ильясов резко подался вперед, вперил в нее мрачный взгляд.

— Минут двадцать назад кто-то звонил, но так ничего и не сказал. Звонок секунд пять от силы длился. Вдруг это она? — прошептала Ирина, и глаза ее вмиг увлажнились.

— Спасибо. Можете идти, — отчеканил Андрей.

Когда дверь за секретарем закрылась, вскочил с места и подошел к панорамному окну, потирая переносицу.

Бред, наверное, но Андрей и сам, как и Ирина, подозревал, что звонила Диана.

Только не решилась продолжить разговор.

«Почему?»

Дверь в кабинет снова открылась, и Ильясов обернулся на звук.

Стрижов.

— Ну что, продолжим? — обратился он к Андрею.

— Конечно, — кивнул тот. Сделал шаг по направлению к столу, как зазвонил его телефон.

— Секунду, — обратился Андрей к Стрижову и ответил.

Этого звонка он ждал.

— Андрей Романович, здравствуйте, — начал начальник службы охраны.

— Ближе к делу, — поторопил его Андрей.

— Информация есть. Стрелецкая Диана сняла с карты все деньги ночью в субботу. После этого никаких операций не было. Сегодня ей на счет поступила сумма, но она ее не снимала.

— Я понял. Если будут изменения, сразу сообщите мне.

На этом Андрей положил трубку.

Пульс тут же ускорился. Не нужно быть Шерлоком Холмсом, чтобы понять: сняла все деньги, чтобы не пользоваться картой. Почему не хотела ей пользоваться? Боялась, что отследят.

— Всё в порядке? — послышался обеспокоенный голос Стрижова. Он всем корпусом повернулся в сторону Андрея, будто пытался услышать, о чем тот говорил.

И до того как Ильясов кивнул, добавил:

— Может, я могу чем-то помочь?

«Какая забота! Слишком навязчиво, Игорь Леонидович. Но, кажется, уже помогли…» — мысленно заскрежетал зубами Ильясов.

И набрал сообщение начальнику службы охраны:

«Выясните, не узнавал ли кто еще об операциях по карте Стрелецкой в последние два дня».

А потом надел на лицо маску невозмутимости и отправился к своему креслу.