Глава 71. Наследница империи

— Я… Ты лучше присядь. — Диана громко вздохнула и махнула рукой на стул. Сама же опустилась на свою кровать.

Андрей изогнул левую бровь. Тон и вид у нее были такие, будто собралась сознаться во всех семи смертных грехах сразу, а заодно выдумать восьмой и тоже приписать его себе.

— Что случилось? — прочистил горло он.

— Ну… ты же хотел узнать, где я была и что меня связывает с Азаровым? Вот. Расскажу.

И снова вздохнула.

Андрей прищурился, подхватил стул и поставил его напротив кровати Дианы.

Присел, откинулся на спинку и скрестил руки на груди.

— Рассказывай.

— В общем, я его знаю…

Диану прервал звонкий голосок молодой медсестры:

— Пора пить таблетки!

Девушка впорхнула в палату, всучила таблетки, дождалась, пока Диана их проглотит и запьет, и была такова.

— Я познакомилась с Азаровым…

Дверь в палату снова открылась.

— Простите, а Марат Багратович не у вас? — проскрипела худощавая седая бабулька в халате в цветочек.

— Как видите, — досадливо нахмурившись, обвела палату рукой Диана.

— Ага-ага, вижу, деточка. — И старушка закрыла дверь.

— Короче говоря, — снова предприняла попытку Диана, и тут у Андрея зазвонил телефон.

— Да что ж такое! — всплеснула руками она.

«М-да, такими темпами я ее историю как раз к Новому году дослушаю», — мысленно закатил глаза Андрей и сбросил вызов: звонили с незнакомого номера.

— Давай так: ты мне всё расскажешь, когда тебя выпишут. В любом случае ждать осталось недолго, Марат Багратович сказал, что еще пара дней — и можно оформлять выписку и долечиваться дома.

— Давай, — без энтузиазма согласилась Диана. Встав с кровати, она подошла к сидящему на стуле Андрею и запустила ладони в его волосы, взъерошив их. — Просто не хочу, чтобы между нами были какие-то тайны и недомолвки. Я же вижу, как ты на меня косишься.

— Конечно, у меня есть вопросы, и немало, — подтвердил Андрей. — Но главное то, что я тебе верю. — Он встал со стула и взял лицо Дианы в ладони. — А остальное подождет.

Его телефон снова разразился звонком. Тот же неизвестный номер.

— Слушаю! — свел брови к переносице он.

— Это я, Марина! — раздался в трубке плач.

Андрей сделал шаг в сторону и дал знак Диане молчать.

— Ты, наверное, не знаешь, но у нас в доме полный бардак! Папу арестовать хотели, но он сбежал. Я ничего не понимаю! Что он сделал? Мне толком ничего не сказали… Андрей, помоги, эти люди тут всё перерыли… Мне так страшно! Заявили, что приедут еще, ткнули мне в нос бумагу какую-то… Пожалуйста, приезжай! — Голос Марины сорвался на визг.

Андрей поморщился. Час от часу не легче.

— Мне надо отъехать по делам. — Он немного помялся и добавил: — Поеду к Стрижовой.

Глаза Дианы округлились, и Андрей поспешил ее успокоить:

— Поговорю, чтобы не мешала обыску. Вдруг что-то найдут. Да и пора Марине уже узнать, что собой представляет ее «папочка». Не переживай, малыш. Договорились?

***

— Андрей! — воскликнула Марина, открыв дверь, и бросилась ему на шею.

Глаза опухшие, нос красный, сама же — бледнее поганки.

— Спасибо, спасибо, что приехал! — забормотала она ему в плечо. — Я домой зашла, а меня чуть ли не лицом в пол. Мне так страшно стало!

Потом вдруг встрепенулась:

— Ой, что же это я… Ты проходи. Тут, правда, бедлам.

Андрей прошел в огромный холл-гостиную и мысленно присвистнул.

«Да здесь словно татаро-монгольское иго в полном составе пронеслось, не меньше!»

На полу какие-то бумаги и даже тряпки, ящики в шкафах вывернуты. Стулья перевернуты, диваны и кресла сдвинуты с места — Андрей знал, как они стояли до этого.

— Ты представляешь, они мне заявили, — яростно вскрикнула Марина, — будто они тут по наводке! Кто-то на отца предоставил весомый компромат, — покривлялась она. — Вот сволочи!

Андрей хмыкнул. Сволочью он себя не считал.

— Марина, — начал он, но она словно не услышала, продолжила:

— Запрут его, мол, на много-много лет! Так и сказали. Да что он такого сделал-то? В чем замешан? Ему, наверное, позавидовали, он же собирался в думу баллотироваться, чтобы людям помогать.

У Андрея дернулся левый уголок губ. Помогать? Если Стрижов кому и собирался помогать, так только себе.

— Хорошо, что приехал, теперь я спокойна. Ты же поможешь ему, да?

И заглянула Андрею в глаза, захлопала длинными ресницами.

— Марина, — нахмурился Андрей, — я не собираюсь…

— Ой, подожди, — жестом остановила она его и достала из заднего кармана джинсов вибрирующий телефон. — Да! Кто это?

И замолчала, слушая звонившего. Через минуту побледнела.

— Это точно? — дрогнувшим голосом прошептала она и попятилась, буравя Андрея взглядом. Закивала, как китайский болванчик, перемежая разговор короткими «ага» и «угу». — Я поняла.

Медленно опустив голову и засунув телефон обратно в задний карман, Марина отвернулась и отошла от Андрея еще дальше.

Развернулась и вскинула подбородок. По щекам текли слезы, а взгляд… Полный боли, отчаяния и ярости.

— Пошел вон! — заорала она, вмиг подлетела к Андрею и влепила ему звонкую пощечину.

— Ты совсем озверела? — схватился за горевшую щеку он. Не в его правилах было бить женщин, но конкретно эту захотелось хорошенечко встряхнуть.

— Это же ты отца сдал, ты, я всё теперь знаю! — продолжила кричать Марина, размазывая слезы по щекам. — Убирайся!

— Марина, всё не так просто, дай мне объяснить, — попытался воззвать к ее разуму Андрей, но не тут-то было.

— Пошел вон! — перешла она на ультразвук и ткнула пальцем в сторону входной двери. — Чтобы ноги твоей в этом доме больше не было! Никогда! И ко мне больше никогда не смей подходить!