Глава 6 — Псих

При приближении, огни становятся окнами одноэтажного небольшого здания. Рядом с ним стоит будка, на цепи собака.

Унюхав меня, она не лает, а просто виляет хвостом. Это то ли хаска, то ли лайка…

Дальше за этим зданием длинное строение. Наверное, это казармы.

Слева огромная открытая площадка, она уходит в темноту. Я не вижу её границ. Но там в темноте возле пламени, я вижу несколько силуэтов мужчин. Это наверное те самые. И мне нужно каким-то образом забрать у них ключ.

В отдалении за спиной слышу звук машины. Метнувшись в ворота прячусь за будку собаки, присаживаясь на корточки. Собака, обнюхав меня, идет вилять хвостом тому, кто приехал.

Машина тормозит у открытых ворот. Сигналит. Из здания выходит старик в валенках и полушубке.

— Кто там? — орет в сторону машины.

— Савелий, у тебя гостей не было? — слышу голос Альбины Павловны.

— А как же… Вон, шашлык жарят, побегут завтра.

"Гиена" брезгливо и раздражённо цокает.

— Я тебе про своих, болезных.

— А-а… Так нет, не было никого.

— Ну, подойди… Иди сюда… — словно подзывая собаку. — Иди… Держи.

Я выглядываю из-за будки. Тут тень от бетонных плит забора и меня не должно быть видно.

В руках у Савелия бутылка. Гиена разговаривает с ним через окно машины.

— Хороший, три звезды. Но сегодня не пей. Что делать надо, если придут гости помнишь?

— Помню.

— Ну, вот и молодец. Ты посмотри тут все внимательно, чтобы не спряталась.

— Да где тут?! Завтра мужиков приедет батальон. Неужто они бабу не заметят?

Гиена уезжает, Савелий идет к костру.

А я крадусь в здание в надежде, что обыщу их вещи и найду ключи от машины.

Небольшой холл с русской печью. На ней кипит самый обычный белый чайник, такой выкидывал отец, когда мы купили дачу в Подмосковье. Я была тогда такая маленькая… И сейчас я ловлю дежавю. Здесь так тепло… И пахнет умиротворяюще дровами.

Опомнившись, бегу в коридор, подальше от входа. Пробегаю несколько деревянных дверей, расположенных слева и справа. Натыкаюсь на дверь туалета. И рядом какая-то узкая, выкрашенная белой краской. Открываю ее, там ведра, лопата, ружье!

Заторможенно смотрю на это ружьё. Мне хочется взять его. Но я понятия не имею, как обращаться с оружием.

Входная дверь хлопает.

Забегаю в эту комнатку два на два, без окна. И прикрываю дверь, оставляя щель.

Мужские голоса, запах жареного мяса… Мне становится жарко и клонит в сон. Усталость обрушивается на меня.

Сняв куртку, присаживаюсь на нее к стене и закрываю глаза. Надо теперь ждать, пока все уснут. И тогда попытаться…

Слышу сквозь сон в коридоре:

— Танго, аккумулятор сними, а то потом не заведемся.

— Да снял уже…

Распахиваю в ужасе глаза.

Я не много знаю о машинах, но точно знаю, что без аккумулятора машина не поедет.

Ничего не получится?!

"Завтра мужиков приедет батальон.". Может быть, я придумаю что-то завтра. Ведь на чем-то они приедут?

И я проваливаюсь в беспокойные чуткие сны, внимательно вслушиваясь в каждый шорох.

Просыпаюсь от тихой но эмоциональной ругани в коридоре.

— Ты будешь делать то, что я скажу тебе, внял?! А иначе — ключи от тачки, от квартиры и карта твоя будет заблокирована. И ты мне больше не сын!

— Ты абьюзер! — шипение в ответ.

Звук смачного шлепка.

— Нормальными словами разговаривай!

Выглядываю в щель.

Мужчина в форме и парень в прикиде.

Заталкивает его в комнату.

— Чтобы к построению привел себя в нормальный вид!

— У меня нормальный вид.

— Заткнись лучше… Савелий?!

— Что такое? — пьяно из холла.

— Уборщица есть здесь какая-нибудь?

— Две… — бурчит Савелий.

Мне кажется, это сарказм.

— Разбуди ее… Отправь ко мне. Пьянь! — ворчит мужчина в форме. — Саввелий! Тьфу…

Притворюсь уборщицей! А потом попрошу докинуть меня до города!

Скидываю куртку, копну волос заправляю сзади под халат.

Хватаю ведро и выхожу с колотящимся сердцем. Делаю вид, что копаюсь в подсобке.

Господи… Хоть бы вышло!

— Девочка!..

Выпрямляюсь, глядя на него.

— Иди сюда, — машет мне пальцами.

Подхожу, колени дрожат, руки трясутся. Смотрю на него снизу вверх, пытаясь не показывать страх.

Он чем-то похож на моего отца.

— Ты убираешься тут?

Киваю.

Прикасается с любопытством к моей серьге.

— Бижутерия?

Несколько раз поспешно киваю. На самом деле — нет.

— Хм. Как настоящие… Держи-ка.

Засовывает в мой карман тысячу.

— Поможешь мне немного, ладно?

Киваю.

— Ты немая?

Опять киваю.

Заводит меня в комнату.

— Это мой сын, Валерий.

Парень в дредах, в ушах тоннели, в носу серьга.

— Ему надо пришить на форму на нагрудный карман вот это, — отдает мне в руки нашивку с фамилией. "Солод В."

— Помочь снять пирсинг. Вот это гнездо с головы сбрить под ноль.

Вытаскивает из сумки бритву.

— Помочь ему облачиться в форму. Он должен быть готов через два часа.

Мужчина выходит из комнаты. Мы смотрим с Валерием друг другу в глаза. Перевожу взгляд на бритву.

— Даже не думай прикасаться ко мне!

Молча достаю его форму, разглядываю.

Термобелье, носки, тельняшка. Чехлы на обувь… Я хорошо ее знаю. Еще из детства. Это зимний камуфляж.

Пришиваю полоску с фамилией на карман — Солод В.

Валерий достает жестяную банку с энергетиком, открывает. Делает несколько глотков.

— Я в душ, приходи за компанию, — подмигивает мне.

На деревянном окне открыта форточка, там его отец и еще кто-то.

Прислонившись к стене, подслушиваю.

— В Москву в сентябре отправил нормальным пацаном. Приехал на Новый год. Весь пробитый. На голове гнездо! Танцор он у нас оказывается! Слышал такое — "Вог"? Это когда на каблуках пидорюги скачут!

— Сочувствую, товарищ полковник, — низким сильным голосом, с хрипотцой.

Вроде бы вежливо, но… вальяжно, с легкой усмешкой в голосе. Почти неуловимой.

Но я магистр улавливания едва уловимых интонаций, оттенков, смыслов. От этого зависело все в моей жизни — почувствовать что там, за фасадом. Чем грозит. И как себя вести, чтобы это максимально обезвредить. Это знание далось мне дорого…

— Короче, Псих, чего хочешь с ним делай, но чтобы обратно мне вернул мужика!

— Все что хочу? — вкрадчиво, словно нащупывая границу дозволенного.

Мне становится любопытно, я выглядываю на секунду, чтобы посмотреть на этого Психа. И… пугаясь, отлетаю от окна.

Но он стоит перед глазами! И я продолжаю рассматривать эту запечатленную в моем мозгу картинку.

Здоровый, на полголовы выше собеседника, и в два раза шире в плечах. Небритый, густая темная щетина закрывает нижнюю половину лица, через лицо — шрам. Начинается на лбу, рассекает вертикально бровь, продолжается под глазом и тонет в щетине, превращая половину его лица в версию грима Пеннивайза, только без грима. И взгляд… Волчий!

Псих…

Меня передергивает от страха.

— Нет ну присматривай конечно, он же не спецназ. Так… лох бытовой. Живым-то приведи.

— Что могу, сделаю.

— Ну, я поехал.

— Хорошей дороги, товарищ полковник.

Как — поехал?! А я??

— Танго! — рявкает Псих. — Поторопи состав! Корова летит.

Корова летит?? Точно Псих.

— Нахера нам корова? — озадаченно хмыкает он, проходя мимо окна.

Я слышу вдалеке низкий звук вертолета.

Панически пытаюсь сообразить, как мне выбраться отсюда.

Так…

В душе выключается вода.

Трясущимися пальцами высыпаю в энергетик два Счастья и два Покоя.

Валерий, значит?..