Глава 52
Поцелуешь меня? Серьезно?
Слушаю это и понимаю, что во мне уже нет даже негодования, вот до чего этот парень обнаглел.
— А еще что сделать? — все же интересуюсь.
Мой голос мне ощущается усталым и безразличным.
Закидываю ногу на ногу и скрещиваю руки на груди, создавая физический барьер между нами.
— Еще? — он криво усмехается, отпивая из бутылки. — Вначале поцелуй, а там посмотрим. Любопытно же тебе все новости узнать, по глазам вижу. А Макс ведь ничего тебе толком не расскажет. Даже если сильно попросишь. Даже тебе. Особенно тебе.
— Откуда ты знаешь?
— Просто знаю. Все же я знаком с ним значительно дольше, чем ты.
— Шпионишь за ним? — бросаю я, пытаясь вернуть себе хоть какое-то подобие контроля над ситуацией, уколоть его.
Его взгляд становится тяжелым, почти трезвым на секунду.
Становится страшно и я примериваюсь к шокеру. Но Марк, слава богу, уже возвращается к прежнему, более расслабленному, настроению.
— Вот еще, — фыркает.
А я, кажется, начинаю входить во вкус этой перепалки.
Это лучше, чем сидеть в оцепенении или страхе.
— Ага-ага, — киваю, наблюдая, как парень морщится от моей реакции. — Ты ведь мне сам говорил, как сильно завидуешь ему. Должно быть, и в тот раз увязался за ним, чтобы подсмотреть.
— Да не шпионю, говорят тебе, — его голос снова срывается на раздраженные ноты. — Он сам меня попросил помочь ему в этом деле. Ну, спаивать. Типа такой выбор ему предоставил. Выплывет или нет. Кстати, твой танцор спьяну и тебя вспоминал. Признавался, что нихера ты ему так и не дала. Тебе на парней вообще посрать походу. Сочувствую брату.
И тут все. Весь мой напускной кураж, вся злость — все это схлопывается, как проколотый шарик. Его последние слова бьют наотмашь, прямо под дых. «Сочувствую брату». Эта фраза, брошенная пьяным ублюдком, почему-то ранит сильнее всего.
— Заткнись и отвали, — резко бросаю, отворачиваясь к иллюминатору.
Достаю наушники, вставляю в уши и закрываю глаза, погружаясь в искусственную тишину. Музыки в них нет, боюсь упустить опасность, если она возникнет, но мне нужно, чтобы этот парень думал, что я его больше не слышу.
Страшно, конечно, вот так.
В голове проносятся варианты один хуже другого.
Вдруг он сейчас пересядет? Или, того хуже, отдаст экипажу приказ развернуться и полететь обратно?
Но проходят минуты, а ничего не изменяется. Слышен только ровный гул двигателей.
Я приоткрываю глаза и смотрю сквозь ресницы. Марк, как ни странно, затих. Он просто сидит в своем кресле, откинувшись на спинку, и молча смотрит в иллюминатор напротив. Бутылка стоит на столике рядом с ним.
Тишина оглушает сильнее, чем его издевки. Он надавил на больное, на то, как я все это время жестко игнорила его брата. Не разглядела. Наверное, теперь уже упустила единственный шанс.
Или, может, его пьяный мозг переключился на что-то другое?
Но, даже если и так, время от времени я все равно чувствую его взгляд на себе.
Плевать, лишь бы уж долетели.
***
Приземляемся. Покидаем аэропорт.
Все время полета я нервно раздумывала над ситуацией. Над тем, что именно я скажу Максу, когда мы с ним, наконец-то, увидимся. Над тем, как заставлю его во всем признаться. Сама же признаюсь в ответ в своей симпатии. Абсолютной. Такой, что без него, кажется, уже ничто не радует…
Поправка. Если увидимся.
Теперь же все заготовки привычно кажутся невзрачными.
— Ну все, дальше сама, — вдруг говорит Марк.
Под конец полета, выпив бутылку до конца, он просто-напросто отрубился, и выглядит теперь сильно помятым, с осунувшимся лицом и красными глазами.
И будто бы ему не до кого.
— В смысле? — не понимаю я, итак чувствуя себя здесь не в своей тарелке.
И это еще мягко сказано.
— В прямом, — он даже не смотрит на меня, потирая виски. — Думаешь, мне нужны проблемы из-за тебя? К тому же, облегчать страдания ты мне не захотела. Так что услуга за услугу не совсем получилась.
А дальше без перехода.
— Вот деньги, — достает из кармана и сует мне в руку небольшую пачку частично помятых долларов. — Адрес скину.
Я смотрю то на деньги, то на его лицо, и мозг отказывается верить в происходящее.
— Ты издеваешься?
— Я доставил тебя в нужную страну. Этого достаточно, — цедит он. — Меня ждет машина. А тебе лучше взять такси. Посуетись немного сама, раз уж так важно.
— Ты не можешь просто так меня бросить! Я даже не знаю точно, где мы, — голос срывается от подступающей паники.
— Еще как могу, деточка, — он криво усмехается. — Или не учишься ничему? Не стоит доверять таким, как я. Еще легко отделалась. И, да, братцу привета не передавай.
С этими словами он разворачивается и быстрым шагом направляется к черному седану, что стоит в нескольких десятках метров от нас.
Проводив его взглядом, я вздыхаю, стою немного, а потом бреду по дороге в поисках такси.
Все выходит не так уж и страшно, даже лучше, чем я ожидала. Конечно, не международный аэропорт, но такси находится довольно быстро.
Кое-как изъяснившись, я договариваюсь о поездке.
— Ехать нам около трех-четырех часов, в горы, — говорит водитель на ломаном английском, и я поспешно киваю.
— Хорошо.
А сама чуть ли не хлопаю себя по лбу.
Горы. Ну, конечно, как же я сразу не догадалась. Макс ведь рассказывал, насколько спокойно он чувствует себя только в горах.
А еще хорошо, что его пьяница брат самоликвидировался, мне даже дышится как-то легче. Или это все от свежего, кружащего голову воздуха?
В дороге я не чувствую сильной усталости, скорее какое-то лихорадочное будоражащее предвкушение.
И вот, миновав живописную долину, мы подбираемся к некоему поселению, за которым дорога уходит через лес. Местность очень похожая на ту, где мы уже были с Максом. А еще через какое-то время я вижу впереди сбитый из темного бруса дом с огромной террасой.
Опять же чем-то напоминающий тот дом, в который Макс меня привозил.
Сердце заходится, когда я вижу, как дверь домика как раз в этот момент открывается, и на террасу выходит кто-то.
Пока приближаемся, человек проходит вперед, и упирается руками в перекладину. Смотрит перед собой, на потрясающий открывающийся вид. После чего слегка закидывает голову к небу.
Высокая, широкоплечая фигура. Сильные, рельефно очерченные предплечья.
Темные, слегка отросшие на концах, что заметила еще во время танца, небрежно уложенные волосы.
Конечно же, я узнаю его сразу.
Дыхание учащается панически.
Такси останавливается. Я торопливо протягиваю водителю несколько купюр из пачки Марка, даже не считая, и выхожу из машины. Он что-то добродушно говорит мне вслед, но я уже не слышу.
Бегу вперед.
И тут Макс поворачивает голову и замечает меня.
И цепенеет. Я понимаю, что он не ожидал моего приезда. И Марк ему ничего не сообщал. Не такой бы была реакция. Но он быстро справляется с удивлением, стоит и смотрит, как я приближаюсь.
А потом шагает с крыльца, у которого я планирую остановиться.
Сует руки в карманы, прищуривается. И выгибает бровь. Да уж, это далеко не романтическая сцена встречи соскучившихся друг по другу героев, но почему-то другого я и не ожидала.
— Привет, — произношу, останавливаясь где-то в двух шагах.
— Привет.
И дальше — нулевая реакция. Но я готовилась к этому.
И все равно кажется в моменте, что недоволен, что прогонит сейчас.
— Макс, нам надо поговорить.
— Я же сказал, что не горю танцами. Если снова нужен партнер, ищи кого-то другого.
Диалог начинается совсем не в том ключе.
— Нет, совсем не в этом дело. Макс, я узнала про твою маму, — начинаю сходу, потому что реально кажется, что не захочет со мной говорить и я не успею сказать ему самое важное. — Я приехала тебя поддержать. Я…
На минуту он замирает так, как будто бы я отвесила ему сильную и звонкую затрещину.
Но эта реакция быстро сменяется снова безразличием.
— А-а-а, — тянет он. — Понятно. Сейчас все в порядке.
Шагает ко мне так стремительно, что я даже не понимаю, в какой момент он оказывается вплотную. А потом подхватывает под руку.
— Что ты делаешь? — вырывается у меня.
Он не отвечает, но через секунду я уже и сама понимаю, Что. Ведет меня обратно к такси, которое почему-то еще даже не уехало.
— Макс, пожалуйста, — восклицаю, стараясь не думать о том, что в этот момент напоминаю Динару или других девушек, что старательно бегают и еще будут бегать за ним. — Нам нужно поговорить. Пожалуйста.
— Зря ты приехала.
А потом сообщает таксисту на свободном, кажется, испанском, чтобы тот отвез меня обратно в аэропорт.
Не понимаю дословно, но в то же время отлично понимаю.
— Я не уеду, — упираюсь.
— Уедешь.
— Нет.
— Ты лишняя тут. Я не один. Ясно? Снимаю стресс. Поэтому уедешь.
Шок.
И пока это перевариваю, ему удается усадить меня в машину, захлопнуть дверцу и отдать приказ водителю ехать.
Тот сразу же повинуется.
Оборачиваюсь.
Макс пару секунд смотрит нам вслед, затем разворачивается и идет обратно к террасе.
За всю дорогу так больше ни разу и не обернувшись…