Глава 54

Потому что в этот момент мне отчего-то вдруг хочется только лишь срочно, безотлагательно его поцеловать…

Но, наверное, это все-таки было бы слишком нагло. Поэтому я продолжаю неспешными глотками допивать оказавшийся невероятно душистым травяной чай.

После того, как делаю последний глоток, я поднимаюсь и отхожу снова к кухне. Мою чашку, ставлю ее на место. Все действия происходят чисто автоматически.

Я возвращаюсь и снова сажусь, теперь уже на середину кровати. А потом, эх, была не была, сдвигаюсь поглубже, а потом и вовсе ложусь.

С ним рядом.

Поворачиваюсь лицом и понимаю, что очень хочется сейчас его обнять.

Макс лежит на спине закрыв глаза, и выглядит полностью расслабленным.

Он все еще кажется мне невероятно опасным, но одновременно с этим против воли уже настолько прочно въелся под кожу, что эта опасность даже не пугает.

Как и понимание, что, скорее всего, он окончательно разобьет мое сердце. Потому что он непостоянный, и ему вообще в принципе плевать на всех людей. А я, наоборот, вначале очень сильно отталкиваю, ну а потом с такой же силой привязываюсь.

Я обязательно буду страдать.

Только вот что с того. Потому что в данный момент меня наполняет эйфория.

Я придвигаюсь к Максу поближе и обнимаю его, осторожно кладу руку поперек его талии. Головой юркаю ему под руку. Укладываюсь щекой на грудь.

Он теплый. Немного жесткий, но все равно невероятно приятно вот так к нему прикоснуться. И его сердце размеренно стучит. Грудная клетка вздымается и опускается. Веду ладонью, чтобы прочувствовать лучше.

Вдыхаю осторожно его запах.

Даже не верится, что всего какие-то три-четыре часа назад я не знала, где он, и что, и летела к нему, в неизвестность, максимально рискуя вообще не попасть. Не найти. Не увидеть. Либо, наоборот, увидеть лишнее.

И вот я здесь, рядом с ним. И он со мной. И никуда не торопимся, и можно вот так лежать очень близко и думать, что будто бы весь мир в этот самый момент останавливается.

Не знаю, долго ли так лежим. Только в какой-то момент глаза начинают слипаться. Сказывается волнительный день, а может оттого, что мне рядом с ним просто спокойно и хорошо.

Вот так, спешила успокоить его, а вместо этого успокоилась сама.

Я засыпаю. Крепко, надолго и без сновидений. И догадываюсь об этом только в тот момент, когда открываю глаза.

По освещению понимаю. На улице день.

А еще по тому, что Макс лежит на боку, подперев голову согнутой в локте рукой, и не тушуясь, разглядывает меня.

— Привет, — бормочу.

И, боже, наверное, я выгляжу ужасно. Ведь перед тем, как уснуть, я не то, что не принимала душ, даже лицо не умыла.

Хорошо хоть не обнимаю уже. Должно быть, во сне откатилась и лежу теперь на некотором расстоянии от него.

— Привет.

— Ты… — тебя уже отпустило? — не сразу подбираю нужное слово.

— Ну…почти.

Потом отталкивается от кровати и поднимается на ноги.

Становится несколько полегче.

— Пойду прогуляюсь. А ты не стесняйся. Чувствуй себя как дома.

Наблюдаю за тем, как он неторопливо подходит к своей сумке и достает оттуда спортивные вещи.

Они какой-то знакомой расцветки, но от волнения я не могу ухватиться за мигом ускользающую мысль.

Уходит переодеваться, но уже скоро возвращается в комнату. Оттуда сразу на выход.

— Скоро вернусь, — бросает, и не успевает за ним закрыться дверь, как я сползаю с кровати.

Выхожу следом за ним на террасу, и наблюдаю за тем, как он убегает по дороге.

И застываю.

Потому что теперь уже точно вспоминаю, откуда мне так знакома спортивная одежда. Именно этих покроя и расцветки.

Тот человек, что бегал каждое утро, в то время как я проходила восстановление на колене.

Тот, кто так вдохновлял меня каждое утро.

Так это…это был Макс?!?

Ошибки не может быть. Я не перепутала и не обозналась.

Боже.

Он не просто бездушно дал мне денег на операцию.

В то время как я считала, что одна там, он…он находился поблизости?

Все это сложное время оказывается поблизости!

При этом никак не рассекречивая себя.

Хватаюсь за щеки, потому что чувствую, как они мощно и сильно загораются.

Те чувства, что итак переполняли меня, теперь накрывают с новой неистовой силой.

Не зная, как действовать дальше, я возвращаюсь, и принимаюсь за завтрак. Пытаюсь унять разрывающее грудную клетку сердцебиение.

И жду, и боюсь его прихода одновременно.

А когда дверь открывается…И на пороге появляется Макс… Взмокший и заряженный…

Я все откладываю, и подлетаю к нему.

— Ты был все то время в клинике со мной! — восклицаю сумбурно. — Не отрицай. Я узнала. Я…каждое утро наблюдала из окна за тем, как ты бегаешь. А ты даже намеком не дал понять, что это был ты! Почему?!?

— Скажи, почему???

На лице Макса не дергается и мускул. Но все же он отвечает.

— И что бы изменилось тогда?

— Все! — восклицаю.

И злюсь на его обычную отстраненную реакцию.

— Ну, вот, теперь знаешь. Не мог находиться вдалеке, прикинь?

И после этих слов сразу же обходит меня.

— Стой!

Останавливается и разворачивается.

— И что теперь? Бросишься мне на шею с поцелуями?

Я не понимаю, серьезен он или шутит. И пока думаю, что лучше ответить, он снова отворачивается.

— Я в душ, — бросает отрывисто и исчезает за дверью.

Я возвращаюсь к готовке из продуктов, что обнаружила в холодильнике. Белково-овощной завтрак, хрустящие тосты. Надеюсь, что оценит.

Когда все готово, и я вспоминаю, что мне и самой не худо бы в душ, Макс появляется снова.

Освеженный, с мокрыми чуть спутанными волосами. Невероятно красивый.

— Я приготовила завтрак, — объявляю.

— Отлично.

Подходит, и я указываю на яйца с беконом и салат.

— Не знаю, правда, как получилось. Я не асс готовки.

— Выглядит вкусно. Можно?

Киваю, потом суечусь и протягиваю ему тарелку. Он берет и отходит с ней к столу, садится. Принимается есть.

— Круто готовишь, — заявляет.

— Спасибо.

— На самом деле мне плевать, как ты готовишь.

Сажусь напротив него, вот только еда отчего-то не идет.

— Да? — не знаю, как реагировать на эти слова.

— В смысле, всегда можно заказать готовую еду. Готовить необязательно.

— Мне не сложно, — пожимаю плечами.

Особенно если это для тебя. Самое малое, что я могла бы сделать.

Несколько минут сидим в молчании.

— У тебя сколько времени? — первым спрашивает Макс, прожевав кусок и продолжая наблюдать за мной.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, у тебя же танцы. И универ. И еще куча самых разных дел. Например, работа.

— А, это. Неважно.

— Неужели? И с каких пор? — выгибает брови, и это кажется мега раздражающим.

— Я приехала тебя поддержать, — выпаливаю. — Не пожалеть, а именно поддержать. Это разные вещи, чтоб ты знал. И останусь здесь столько, сколько понадобится.

Как ты оставался со мной во время реабилитации, думаю отчаянно про себя.

— Даже если начнешь прогонять.

— Да оставайся.

Поднимается, и подходит к раковине. Моет тарелку. Я наблюдаю, стараясь не слишком палиться и делать это отстраненно.

— Может, мы после завтрака прогуляемся? — предлагаю спонтанную идею.

— Неохота.

Макс подходит к кровати и растягивается на ней. Закидывает руки за голову.

— Тогда давай посмотрим какой-нибудь фильм?

— Тогда иди сюда.

Поспешно вскакиваю, и убираю тарелку с нетронутым завтраком в холодильник.

Собираюсь уже направиться к нему, но вдруг вспоминаю, что за всей суетой так и не сходила в душ.

— Я сейчас, — говорю, а потом поспешно скрываюсь за дверью ванной комнаты.

Быстро раздеваюсь. Загружаю одежду в стиралку и встаю под струи, с сожалением думая о том, что мне толком даже не во что переодеться.

Ну, ничего, на вешалках висят чистые банные халаты. Надену пока что один из них и всех дел.

Так и поступаю.

Освежившись и вымыв голову, накидываю халат, прямо на голое тело, запахиваю потуже пояс, и выступаю из ванной.

Ко все еще ожидающему меня на кровати Максу, с которым мы вместе будем смотреть фильм…