Глава 21

Пришла я в себя довольно быстро. От того, что кто-то яростно спорил над моим бренным телом, не слишком стесняясь в выражениях.

Так. А что случилось? Лежу, молчу, никого не трогаю… а почему лежу? Да потому, что кто-то очень вежливо меня куда-то перенес. Ага, на кровать. Соседнюю. Очень мило. Только шумно что-то стало.

— …это ты виноват!! Ты сказал, что ничего страшного!!

— Да ни х… подобного! Я сказал, что все должно быть нормально!

— ДА?!! И где оно, б…, нормально?! П…ц, как нормально!! Просто зае…сь!! Я ошарашено моргнула.

— Ого. У кого это такие глубокие познания моего родного языка?

— Гайдэ!! — дружно вскрикнули сразу три мужских голоса, и надо мной в тревоге склонились три черноволосые головы.

— Ас, Бер, Ван… а кто тут только что матерился?

— Живая! — выдохнул Бер, жадно всматриваясь в мое лицо. — Бледная, серо-зеленая, но живая! Ван устало опустился на корточки и осторожно взял мою руку.

— Гайдэ, ты нас до смерти напугала. То стояла, как статуя, то вдруг рухнула навзничь, как будто тебя ударили. И все — ни звука, ни движения, ни даже нормального вдоха. Я озадаченно потерла грудь и поморщилась.

— Да меня, собственно, и правда… ударили. А где Гор?! — я аж подскочила, когда вспомнила свой необычный… сон? Да нет вроде, непохоже на сон. Какое-то очередное видение. — Что с ним?! Живой?!

— Живой, — осторожно уложил меня обратно Ван. — Все с ним нормально. Спит просто. И крепко так спит. Его Лин караулит. Ты сама-то как?

— Да ничего вроде. Слабость только в теле да виски гудят. А так терпимо.

— Что у вас произошло? У тебя вышло?

— Кажется, — неуверенно сказала я, но потом подумала и решительно полезла с кровати. Кажется, это постель Вана, куда меня уложили, как сомлевшую принцессу. — Погодите, я хочу проверить.

— Куда?! — тут же попытался перехватить меня Бер, но я ловко вывернулась и, прошмыгнув у него между рук, торопливо поползла к соседней кровати. На карачках, потому что ноги действительно держали плохо. — Стой! Гайдэ!

Я упрямо добралась до постели и с тревогой посмотрела на бледное лицо Гора: оно было странно спокойным. Глаза закрыты, кожа сухая, губы плотно сомкнуты и едва заметно шевелятся, будто он с кем-то до сих пор говорил. Дышит ровно, руки привязаны, но не скручены судорогой, тело расслаблено.

— Гор? — я тихонько провела ладонью по его щеке. Скарон что-то тихо выдохнул и улыбнулся, а у меня словно гора с плеч свалилась. — Ну, слава богу. Кажется, порядок… ой!

Какая-то сила вдруг подхватила меня с пола и решительно взметнула наверх.

— Бер!

— Все, — строго сказал брат, бесцеремонно сгребая меня в охапку. — Ты идешь отдыхать. За Гором мы присмотрим. Будем по очереди караулить. Как проснется, скажем.

— Но…

— Спать, — еще строже посмотрел он. — И никаких гвоздей. Поняла?

Я обреченно вздохнула: блин, когда он начинает играть в Большого Брата, с ним просто невозможно договориться! Куда только девается улыбка? Куда пропадают веселые смешинки в зеленых глазах? Прямо скала, а не человек! Хрен такую прошибешь! Да еще Ван смотрит с неодобрением! А Ас даже не пытается меня спасти! Просто заговор какой-то!

Я жалобно посмотрела на одного, другого, третьего. Затем с надеждой покосилась на сидящего возле дальней стены Лина, но тут же поняла, что никто за меня не вступится, и покорно обвисла в руках Бера, как старая тряпка. Тот, не особо церемонясь, перехватил свою «ношу» поудобнее, нахально меня похвалил (мол, молодец, хорошая девочка) и, провожаемый нашим дружным молчанием, бодро вышел. Потом так же бодро добрался до спальни, осторожно сгрузил мою слабо блеющую о справедливости тушку на постель. Придирчиво проследил, чтобы я разделась и заползла под одеяло, а потом ласково так сказал, что если заметит меня поблизости от соседней комнаты, то устроит такое наказание, что милые шалости «маркиза де Сада» покажутся мне детскими развлечениями. Я вняла. Я содрогнулась.

Я обиженно забилась под одеяло и сердито кинулась в вымогателя подушкой. Но он невозмутимо перехватил ее прямо в полете, так же невозмутимо вернул на место, быстро чмокнул меня в щеку и испарился, предварительно задвинув щеколду на окне и плотно притворив за собой дверь. Вот ведь засада…

Я устало зевнула, а потом плюнула на все и решила, что это к лучшему: зато высплюсь, как уже давно мечтала. А то эти подушечные бои, игры в догонялки по лестницам, вечерние тренировки до полного изнеможения… все. Баста. Сегодня, наконец, отосплюсь всласть, а уж завтра буду пытать Гора насчет того, помнит ли он хоть что-то из сегодняшнего эксперимента и ждать ли мне в ближайшее время его ночного визита для совместного просмотра какого-нибудь нелепого сна. Хорошо бы — не эротического, иначе стремно будет. Хотя ему, может, и интересно. Вдруг что-то новое для себя почерпнет? Главное, чтобы сон был без моего непосредственного участия, не то поутру просто сгорю со стыда.

Я снова зевнула, строго наказав себе больше никогда не видеть эротики, и благополучно закрыла глаза, клятвенно пообещав, что потом щедро расквитаюсь с Бером за самоуправство. И еще стребую с него обещанные пирожные, про которые он сегодня благополучно позабыл.

Во второй раз я проснулась уже поздним вечером — от поразительной тишины, царящей в доме, и от того, что по комнате витает восхитительный аромат свежеиспеченных булочек. Видимо, он так долго и аппетитно дразнил мои ноздри, что уставшее тело не больше смогло сопротивляться искушению и решило, что непременно хочет подкрепиться.

Набросив на плечи легкий шелковый халат, я бесшумно спустилась на первый этаж и, воровато оглядевшись, на цыпочках прокралась к кухне. Почему на цыпочках? Да потому, что не была уверена, что ребята не вернули слуг обратно. Сами-то они вряд ли занялись готовкой, так что или вызвали девчонок, чтобы напекли всякой вкуснотени, или же заказали в ближайшем трактире… правда, я не могла себе представить, сколько надо было в таком случае заказать еды, чтобы ТАК сильно и вкусно пахло по всему дому.

— Уже встала? — вдруг вкрадчиво шепнула темнота у меня за спиной.

Ей-богу, я чуть не подпрыгнула от неожиданности. Визжать, конечно, не визжала — от этой дурной женской привычки меня давно и прочно отучили Твари, но, честное слово, сердце все же екнуло. Правда, только на миг. Мгновением позже рука сама собой метнулась вперед, метя точно в челюсть незнакомца. А потом из незаметной ниши возле лестницы выступила рослая фигура, озорно блеснув зелеными глазами, и я лишь в самый последний момент остановила удар.

— Бер! Опять ты!

— Я, сестренка, — рассмеялся скарон, когда я разжала кулак и сердито пихнула его в плечо. — Какая ты у нас теперь грозная! Чуть что — сразу в морду. Может, пойдем, перекусим? Уже брюхо сводит от голода. Я вздохнула и, больше не таясь, зашла на кухню.

— А где Гор? — спросила первым делом, обнаружив за столом только Аса и Вана. Ну, и огромную корзину с выпечкой, от которой шел просто умопомрачительный аромат. Ребята вскинулись, удивленно повернули головы, но тут же улыбнулись.

— Спит еще. Так и не просыпался.

— Это не плохо? — озаботилась я.

— Нет, не должно быть плохо. Его Лин караулит и пока чувствует себя спокойно.

— Тогда ладно… откуда плюшки?

— Бер сбегал, принес.

— Куда это он сбегал? — удивилась я, усевшись рядом с братьями и потянувшись за ближайшей булочкой. Однако парни лишь хитро прищурились, многозначительно промолчали, а Бер недовольно насупился и мрачно зыркнул на них из-под бровей. По достоинству оценив разыгранную пантомиму, я хихикнула.

— Так к кому именно ты сбегал, братик? К Рисе или к Нике? Которая из наших симпатичных служаночек тебя так щедро одарила?

— Наверное, обе, — хмыкнул Ван, утащив еще одну плюшку. — Его слишком долго не было. Причем, наверное, его даже покормили, потому что он сегодня что-то вяло ест. Бер фыркнул и демонстративно отвернулся.

— Я всего лишь зашел спросить, не окажут ли нам услугу и не покормят ли голодных воинов в трудный период одиночества?

— Правда? И ради этого ты почти полтора оборота где-то отсутствовал?!

— Мы отправили тебя за едой, — неестественно спокойно сказал Ас.

— Угу. В трактир.

— Вы хотели, чтобы было вкусно? — насупился Бер. — Вот вам вкусно. Чего еще надо?

— Ничего, — хмыкнул Ван, ехидно сощурив синие глаза. — Просто до трактира полоборота ходу. Полоборота туда, полоборота обратно… а тебя не было слишком долго.

— Ника слишком далеко живет, — оскорбившись, проболтался брат, и я, не сдержавшись, громко расхохоталась.

— Потрясающе! Значит, хотя бы одну нашу красавицу ты все-таки соблазнил, негодяй! Парни, у нас тут, оказывается, завелся змей-искуситель!

— Никого я не соблазнял! — окончательно взвился Бер, неуловимо порозовев. — Ника просто оказала мне услугу. И вообще…

— Конечно, услугу, — закивала я, азартно жуя вкусную булочку. — За просто так такую вкуснотень не пекут и не дарят. Я не сомневаюсь, что когда ты пришел, она уже готовила это чудо и ты просто полчаса ждал, когда же они поспеют.

— Вот именно!

— Я верю, верю. Что же еще можно делать наедине с красивой молодой девушкой? Поздним вечером, в ее пустом домике на берегу реки… она ведь еще не замужем, правда? Бер аж раздулся от возмущения.

— Гайдэ! Да как тебе не стыдно?!

— Никак, — невозмутимо дожевав, я потянулась за второй булочкой. — Надеюсь, девушка хоть осталась довольна?

— Гайдэ!!

— О боже, ладно… стеснительный ты наш! — я всплеснула руками. — Ладно! Все, умолкаю. Я только прошу тебя не относится к этому слишком серьезно и не вздумать ни в кого влюбляться! Бер тут же помрачнел.

— Не волнуйся, я помню: у меня нет на это права. Я, напротив, посерьезнела и, протянув руку, коснулась его плеча.

— Это только на время, брат.

— Я надеюсь, — невесело кивнул Бер. — И хорошо понимаю, что ничего серьезного в нашем положении быть не может. Ни постоянной подруги, ни семьи, ни детей… какие дети у мертвеца? Я тут же поднялась и в полной тишине обняла удрученного скарона.

— Мы что-нибудь придумаем. Это пройдет. Мы найдем для вас выход. Он слабо кивнул.

— Год назад вы были всего лишь Тенями, не больше, — шепнула я, ласково погладив его руку. — Просто Тенями. Душами. Призраками. А теперь у вас есть тела. Вы живете, чувствуете, желаете, радуетесь… но когда-нибудь мы вернем вам резервы полностью. И когда-нибудь у вас будет все, что нужно. Прошу тебя, не забывай: вы больше не мертвецы. И никогда ими по-настоящему не были. Тени не мертвы по своей сути. У вас просто не было тел. А сейчас, когда тела вернулись, вам всего лишь нужно время. Просто немного времени, чтобы они стали такими же, как раньше. Бер тяжело вздохнул.

— Прости. Иногда на меня накатывает…

— Я все понимаю.

— Когда мы были в Тени и не имели даже надежды, было проще, — невесело хмыкнул он. — Все было ясно. Все предопределено. Все известно. И никакого выхода не оставалось. Но потом оказалось, что это не так, что все еще можно изменить, и у нас есть еще шанс вернуться. Наверное, я слишком нетерпелив? Я покачала головой.

— Проведя столько лет в Тени, тебе бы следовало сорваться в продолжительный загул. А ты — так, лишь пошаливаешь временами. Очень и очень, надо сказать, скромно. Для твоего состояния это — просто вершина терпения. Поверь, я все понимаю и не собираюсь читать никому мораль. Но мне бы очень хотелось, чтобы потом обиженных не осталось. И чтобы за тобой не носились по всей Рейдане обманутые мужья с заточенными вилами.

— Она не замужем. И я уже все объяснил, — неслышно вздохнул скарон. — Но она не против. Тем более что в столице такое не редкость — нравы тут более чем вольные, так что я у нее не первый и, наверное, не последний.

— Тогда и говорить не о чем. Главное, чтобы сердцем не зацепился и душой не прикипел. Не думаю, что Ника — твоя судьба. Бер криво улыбнулся и кивнул.

— Скароны берут в жены только женщин своего Клана, ты же сама читала. Особенно, Старшие. Магия не позволяет нам поступать иначе. Да и традиции… правда, мы от них сейчас довольно далеки, но все равно: не думаю, что если моя сила проснется, она позволит мне и дальше, как ты выражаешься, шалить.

— Так ты поэтому сейчас отрываешься? — я взъерошила его макушку. — Думаешь, потом возможностей не будет?

— Не знаю, что будет потом. А сейчас… иногда в меня словно шейри вселяется.

— Да, я заметила. И девушки по всей округе — тоже. Можешь мне поверить. На тебя даже в Библиотеке все встречные леди оборачиваются. Причем, любого возраста и положения.

— Это у него в крови, — вдруг сказал Гор, неожиданно появляясь на кухне и выразительно поведя носом в сторону корзины с выпечкой. — Изумруды всегда умели играть чужим настроением.

— Гор!! Я мигом слетела с табурета и кинулась к брату.

— Как ты?!

— Неплохо, — задумчиво кивнул Гор, рассеяно коснувшись губами моей макушки. — Как ни странно, весьма и весьма неплохо. Хотя ощущения, конечно, необычные. Я словно нахожусь в двух мирах одновременно. Слышу и вижу все, что происходит и там, и тут.

— Ты помнишь?! Хоть что-нибудь помнишь?! Он ласково улыбнулся и открыто посмотрел.

— Я все помню, сестренка. Все, что мне нужно.

Я несколько мгновений всматривалась в его черные глаза, в которых на миг снова промелькнули крохотные звездочки, но потом едва выглянувшая оттуда Тень отступила, и он освобождено вздохнул. После чего осторожно взял меня за руку и под напряженными взглядами братьев поднес ее к губам.

— Я могу услышать то, о чем ты думаешь, — прошептал он, снова посмотрев на меня изменившимися, абсолютно черными, пылающими Тьмой глазами. Причем, они вспыхнули так быстро, что я даже испугаться не успела. А потом заворожено замерла, не в силах оторваться от этого ужасающе великолепного зрелища. — Могу почувствовать то, что чувствуешь ты. Могу взять твою дейри… если ты позволишь… и могу не трогать ее, если сам этого не захочу. Я знаю теперь: тот, у кого я возьму хотя бы частицу дейри, отныне станет открыт для меня, как книга. Я могу даже подчинить его разум, забрать волю, заставить сделать то, что нужно мне. Я могу призвать свою Тень и в любой миг отправить ее обратно. Я многое могу… очень многое… я вспомнил, в чем сила Адаманта. Но вспомнил теперь и то, как держать ее в руках. Я бесстрашно подошла ближе.

— ОН сейчас с тобой?

— Конечно. ОН всегда со мной. Даже когда я этого не чувствую. И ОН тоже тебе благодарен.

— Ты читаешь меня?

— Нет, — улыбнулся брат. — Хотя очень хочется.

— Ты можешь это сдерживать?

— Теперь могу. Мой брат помогает держать Тень в себе. И не дает ее выпустить наружу. Она неопасна больше. Пока мы вдвоем, я не подчиняюсь ей. Да, я — Тень. Такая же, как многие в Ней, но я больше не ЕЕ Тень. Я свободен. И мой брат свободен тоже. Я облегченно перевела дух.

— Какое счастье… значит, мы не зря старались. Скажи, о чем я сейчас думаю?

— Ты разрешаешь мне посмотреть?

— Да.

Гор на секунду задумался, рассеяно погладил мои пальцы, обдав их легким, щекочущим и совсем не страшным холодком. А потом вздрогнул, нахмурился и с отвращением посмотрел на выжидательно замершего Бера.

— Опять?! Как у тебя только времени хватает, кобелина?! Я прыснула.

— Приехать еще не успели, а он уже опять кого-то нашел! Тьфу! Тебя привязывать пора! И отдельные части тела привязывать тоже, пока не научишься их контролировать! Желательно — цепями! Из адарона! Иначе порвешь! Причем, я даже могу сказать, каким именно местом ты это сделаешь!

Скароны дружно переглянулись, затем скрестили взгляды на ошарашено замершем брате, а потом разом заржали так, что бедняга Бер сперва неприлично разинул рот, но вскоре покрылся самым настоящим румянцем.

— Твою… ты что, и ЭТО видел?! Отпустив мою руку, Гор сокрушенно покачал головой.

— Я все, конечно, понимаю: Изумруды всегда были невоздержанными на эмоции. Но он еще даже не проснулся! Гайдэ, я тебя очень прошу: держись от этого чудовища подальше.

— Почему? Что не так с Изумрудами? — спросила я, неприлично хихикая. — Они, оказывается, невоздержанные?

— По сравнению со всеми остальными — да, — кивнул Гор, осуждающе глянув на пришибленного Бера. — Я раньше думал, что это сродни болезни. Что его надо лечить и стучать по голове, пока не остынет. Но сейчас вспомнил — нет, они все такие. Причем, чем больше сила, тем больше они привлекают внимание. Это в их природе — привлекать к себе людей. Они — как свечки, вокруг которых охотно собирается любопытная мошкара. Яркие, пышущие жаром страсти, заманчивые и… опасные. Его истинная сила не в том, чтобы управлять природой. Вернее, в этом, но далеко не только. Изумруды — превосходные… есть в твоем языке такое слово… эмпаты. Они чувствуют чужое настроение, легко под него подстраиваются. Они — лучшие в мире ораторы. И отлично умеют расположить к себе. Даже в огромной толпе ты никогда не потеряешь настоящего Изумруда. Это — их рок, сестра. Их дар и, вместе с тем, слабость. Людей влечет к ним с такой силой, что этому порой невозможно противостоять. Они могут стать твоим отражением. Как зеркало. А с таким собеседником почти невозможно спорить: как можно спорить с самим собой? Именно поэтому Изумруд стоит так высоко: с подобными умениями им просто нет равных в политике. И только благодаря им Скарон-Ол до сих пор сохраняет свою доминанту. Я кашлянула.

— Ого. Бер, да ты у нас, оказывается, сокровище. Бер окончательно насупился.

— Конечно!

— Он действительно — сокровище, — согласился Гор, пройдясь по брату еще одним осуждающим взглядом. — Особенно когда дело касается переговоров. Поэтому среди Владык нашего народа всегда есть один Изумруд. Но когда ВОТ ЭТОТ проснется по-настоящему, от него лучше держаться подальше. Хотя бы первое время. Наш личный Изумруд пренебрежительно фыркнул.

— Ничего я не чудовище. И Гайдэ не трону — она неприкосновенна. Понял?

— А с Алыми что? — видя неподдельное смущение Бера, я деликатно перевела разговор на другую тему. — Гор, ты об Алых что-то вспомнил? Гор кивнул.

— Да. Камень Алых — Рубин. Дух Клана — Огонь. И они полжизни учатся им повелевать, со временем роднясь так же тесно, как я с братом. Алые — самый сильный Клан в Скарон-Оле. И самый агрессивный. Он всегда занимал доминирующую позицию среди всех остальных. И его всегда приходилось сдерживать усилиями других Кланов. Поэтому Ас всегда впереди: он — Алый. Это — в его природе и в его крови. По-другому он уже не умеет, не смотря на то, что давно забыл о своем прошлом.

— А Ван?

Рассеянный, полный загадочной черноты взгляд Гора на миг остановился на синих глазах брата.

— Ван — Сапфир. Глубокий. Спокойный и невозмутимый, как море. Его дух — Волна. Плавная и неторопливая. Он всегда сглаживает углы. Всегда держится между остальными. Он — как вода, умеющая принимать форму сосуда, в которую ее налили. Он не станет кричать, поддерживая чужой спор. Но он загасит его, как гасит вода разбушевавшееся пламя. Сапфир и Рубин — давние соперники. Хотя и не враги. Уже очень давно не враги. Если бы не Сапфир и не его умения, Скарон-Ол, вероятно, развязал бы не одну войну с соседями. Однако Владык для того и есть всегда четверо, чтобы не случилось никаких перекосов: Рубин наверху, Адамант внизу, Сапфир и Изумруд всегда между ними. Таков Закон. Я тихо вздохнула, а потом лукаво покосилась на братьев.

— Вот, значит, какие вы на самом деле, камешки мои драгоценные?

— Да ну тебя, — снова фыркнул Бер. — Мы, хоть и скароны, давно не принадлежим Кланам.

— Но невинных девушек тебе это соблазнять не мешает, — скупо усмехнулся Ван.

— Да кто невинный? Видел бы ты эту невинность!

— Да я видел. И не раз.

— Когда?! — опешил Бер.

Ван пожал плечами и с самым невозмутимым видом отвернулся, принявшись насвистывать под нос какую-то неизвестную мелодию. А я, наконец, не выдержала и расхохоталась в голос.

— Превосходно!! Оказывается, и Сапфирам не чужды плотские удовольствия! Только, в отличие от некоторых, он их не афиширует! В тихом омуте, как говорится… Ван, ты поразил меня в самое сердце!!

— Я рад.

Бер, чуть не задохнувшись от возмущения, погрозил нахальному брату кулаком, но тот только засвистел еще независимее и легкомысленнее. Да так, что теперь рассмеялись уже все, включая сдержанного на эмоции Аса и неодобрительно качающего головой Гора. Ну, кроме Бера, конечно, который внезапно обнаружил, что у него появился серьезный конкурент.

— Ладно, — утирая слезы, сказала я, когда возмущение Бера дошло до критической точки. — Хорошо, что все хорошо кончается. Я рада, что у вас все в порядке на личном фронте. И еще больше рада, что касательно ваших способностей все, наконец, более или менее стало понятным. Спасибо Гору и его Тени. У меня другой вопрос: кто-нибудь из вас додумался отправить весточку Драмту о том, что у него сегодня не будет урока? Я же проспала, так что сегодня к нему точно не успею. А он, наверное, волнуется. Ас кивнул.

— Я отправил слугу. Маг уже прислал огорченный ответ и сообщил, что будет ждать тебя завтра.

— Родан заходил, — тут же сообщил Ван, отпихивая от себя горящего жаждой мщения Бера. — Привет передал, узнал, как у нас дела, и ушел. Решил не дожидаться, пока ты проснешься. Эррей тоже был, но недолго — у него какие-то дела с отцом.

— Дагона не было? — улыбнулась я.

— Нет. Его пока не видели. Однако да Миро прислал тебе весьма любопытное письмо.

— Что за письмо? Какое?

«Я как раз дочитываю, — невнятно сообщил из гостиной Лин, а потом гордо зашел, держа в зубах измятый листок. — На. Погляди: грозный начальник Тайной Стражи Валлиона больше не рискует зайти к нам в гости. Кажется, испорченные „сигналки“ его сильно впечатлили. Поэтому он решил не рисковать и приглашает тебя на легкий завтрак в своей неприятной компании».

Я выхватила испорченное письмо, которое, кажется, уже успели прочитать все, кроме меня, мельком оценила качество бумаги, смутно подивилась, что лорд Усатый Лис вдруг расщедрился на эту роскошь, а потом быстро вчиталась.

«Уважаемая леди Гайдэ, — сообщало письмо аккуратным мелким почерком. — Весьма сожалею, что не смогу исполнить данного Вам обещания и посетить Ваш дом, как планировал. Прошу прощения за этот невольный обман и надеюсь, что небольшая беседа за легким завтраком скрасит сей непростительный проступок. Буду безмерно рад видеть Вас в своем доме завтра. Экипаж появится у Ваших ворот в первой дюжине. Лорд да Миро».

— Очень мило, — фыркнул Бер, когда я прочла сомнительное послание вслух. — Вроде как приглашает, но экипаж уже точно «появится».

— Да. Письмо составлено так, что отказаться сложно, — задумчиво оборонил Гор. — Кажется, господин да Миро очень жаждет пообщаться с тобой наедине.

— И ни словом не намекает на оставленные у тебя бумаги, — согласно кивнул Ван. — Хотя наверняка имеется в виду, что ты возьмешь их с собой. Ас прикусил губу.

— Придется ехать.

— Я знаю, — кивнула я. — От таких предложений не отказываются. И господина начальника Тайной Стражи не игнорируют.

— Это серьезно, Гайдэ.

— Да, брат, — я нахмурилась и снова перечитала письмо. — Это уже очень серьезно. Потому что, кажется, только теперь и начинается настоящая игра.

Конец первой книги

© Copyright Лисина Александра (Al.Lysina@yandex.ru) 01/04/2012. Взято из Самиздата, http://samlib.ru/k/kozhewnikowaad/slovoishty1.shtml