Бонусная глава. Юля. «Сразу после свадьбы»

Дверь в наши покои закрылась с тихим щелчком, и внезапно стало так тихо, будто весь мир остался снаружи. Я стояла посреди комнаты, чувствуя, как дрожат мои пальцы, сжимающие кружева подвенечного платья. Эш медленно приближался, и в его глазах горел тот самый огонь, который я видела лишь несколько раз – когда он превращался в дракона. – Ты прекрасна, – его голос звучал хрипло, совсем не по-королевски. Он протянул руку и провёл пальцами по моей щеке, заставив меня вздрогнуть. – Дрожишь? – Немного, – призналась я, чувствуя, как жар разливается по всему телу. – Просто… я никогда… Он прервал меня поцелуем – мягким, но настойчивым. Его губы были тёплыми и слегка шершавыми, а запах напоминал смесь дыма, кожи и чего-то неуловимо мужского. Может, сандал? Когда он отстранился, я бессознательно потянулась за ним, но он лишь улыбнулся. – Не торопись, – прошептал он, обхватывая мои запястья и поднимая мои руки к своим губам. Каждый палец он целовал медленно, задерживаясь на кольце, которое сам же и надел мне несколько часов назад. – Я ждал этого момента несколько лет. Хочу запомнить каждую секунду. Он молниеносно нашел шнуровку на моей спине, принялся меня освобождать из изумительного наряда цвета слоновой кости. Я замерла, когда он начал развязывать узел за узлом, а его дыхание горячим веером касалось моей шеи. Платье медленно сползало с плеч, обнажая кожу, и я почувствовала, как по моей спине пробежали мурашки. – Эш…,– прошептала я, когда его ладони скользнули по моим бёдрам, помогая ткани окончательно упасть на пол. Он застыл, рассматривая меня в одном лишь тонком льняном белье. Его взгляд был таким интенсивным, что мне захотелось прикрыться, но он поймал мои руки. – Не прячься, – попросил он, и в его голосе звучала такая нежность, что у меня перехватило дыхание. – Ты совершенна, лучше тебя просто нет. Когда он коснулся остальных, я закрыла глаза, чувствуя, как сердце готово вырваться из груди. Шёлк соскользнул с моей кожи, и внезапно стало прохладно, но на одно мгновение. Его ладони обхватили мою талию, прижав к себе, я явственно ощутила жар его тела сквозь тонкую ткань рубашки. – Моя очередь, – прошептала я, дрожащими пальцами начиная расстёгивать пуговицы его камзола. С каждым освобождённым участком кожи я целовала его. Ключицы, грудь, тёплую кожу живота. Он застонал, когда мои губы коснулись шрама над рёбрами – следа от битвы с Кэмпбэллом, он не устоял. Подхватил меня на руки, я даже не успела испугаться от неожиданности, обвила его шею. – Эш! – Терпение – не моя сильная сторона, – признал он, неся меня к огромной кровати с балдахином. Голос молодого короля дрожал от сдерживаемого желания. – Особенно когда моя жена так прекрасна. Он опустил меня на шёлковые простыни, и в следующее мгновение его тело прижалось к моему. Кожа к коже. Сердце к сердцу. Его руки исследовали каждый изгиб моего тела, как будто он хотел запомнить меня на ощупь. А я… я тонула в его прикосновениях, в его поцелуях, в том, как он шептал мое имя, словно молитву. За тот год в Мороке я полюбила, когда меня называли по имени. Когда наступила боль, я вцепилась в его плечи, а он не торопился, давая мне время привыкнуть. Его губы нежно целовали мои слёзы, его руки переплелись с моими. – Я с тобой, – прошептал он, остановившись, и в этих словах было больше любви, чем во всех королевских клятвах. – Всегда. А после… После не было ни королевств, ни титулов, ни академий. Были только мы – два человека, наконец-то ставшие одним целым. Его движения стали увереннее, но не менее нежными. Каждое прикосновение, каждый вздох, каждый стон – всё слилось в едином ритме, уводящем нас всё выше. Когда волна наслаждения накрыла меня, я вскрикнула, цепляясь за него, чувствуя, как его тело тоже напрягается в кульминации. Он прошептал моё имя, и в этом звуке было столько нежности и боготворения, что у меня снова навернулись слёзы. Мы лежали, переплетённые, ещё долго. Он перебирал мои пряди волос, иногда прижимая к сеье и касаясь губами моего лба. – Я люблю тебя, Юль, – признал он. – Я не представляю другую жизнь, где тебя нет. Я подняла голову и посмотрела в эти знакомые тёмные глаза – глаза дракона, адепта Ходжеса, короля… моего мужа. – А я люблю тебя, – отозвалась, целуя его. – Зачем думать о мире, если меня там нет? Видимо, Эш пришел к похожей мысли. Мы оба задремали, а я запоздало подумала, что и весь Абердин может расслабиться. Его правитель счастлив. Теперь точно конец.