Глава 6.2.
Лёгкое светлое платье девице очень шло. Кружева подчеркивали высокую налитую грудь.
– Лесса Каэрси, – усмехнулся Мор про себя.
Ноздри жадно втянули воздух.
Так и есть. Пустота. Почти. Сколько глушащих амулетов! О, они бы помогли. Но не от него.
Расчет. Что-то холодное и склизкое. Интерес. Его оценивали, как породистого жеребца. Тупая девка. Жадность. И тщательно запрятанное презрение. Вот на такое когда-то повёлся Сейлир? Впрочем, не стоит их равнять. Владыка Сейлир тогда был почти мальчишкой. Юным, глупым и неискушенным. Против него амулеты работали безотказно. Были раньше мастера.
– Лесса, рад был увидеть вас. Но мне нужно готовиться к занятиям. Вы приехали поступать? Пока набор закончен, но у вас есть все шансы успеть к следующему году, – равнодушная улыбка на лице.
Растерянный чужой взгляд. Не ожидала? А чего ожидала?
Ноздри забил неприятный сладковатый запах, от которого помутнело разом в голове и начали резаться когти.
– О, простите, лес, не хочу вас задерживать, – облизала губы. Красивые. Он бы с ней позабавился, – вы не проводите меня... к господину ректору? Никого не могу найти, не хватало мне заблудиться!
Голос тёк нежно. Он усыплял бдительность, делал странно безвольным.
– Если только к ректору, – хрипло прозвучал собственный голос, – лесса?
– Благодарю вас, лес Кайто. Простите, что потревожила, слышала, как к вам обращался ваш друг...
Голова налилась тяжестью. Теплая ладонь в его руке. Манящая полоска белой кожи на шее, к которой клонится голова.
В груди вдруг стало тесно. Зарычал со дна души дракон. Гневно, зло.
Вены обожгло огнём. Отчаянье. Безысходность. Ярость. Боль. Решимость. Гнев. Голод.
Не его чувства. Чужие. Льяна?!
Тьма, куда опять успела влезть эта девчонка?!
Он резко вырвал свою руку из руки ведьмы. Мерзкая тварь. Свернуть бы ей шею – прямо здесь и сейчас. Или нет. Это слишком быстро. Обхватить ладонями её хорошенькое личико, гнилое, как перезрелая груша, и пить, пить её силу, душу, эмоции, магию до тех пор, пока не останется одна высушенная оболочка!
Голод удавкой сжал шею.
– Лорд Мориан? Что случилось? – Искреннее недоумение в голосе.
Мерзавка. Зря он осуждал Сейлира. Если даже его так пробрало от чужих чар.
Вместо ярости на его лице появилась растерянная и виноватая улыбка. Рука опустилась на живот.
– Ох, лесса, я должен принести вам свои извинения! Прошу вас, идите прямо, а потом – направо и ещё раз направо! Там обязательно будут адепты, – полуголые и разгоряченные оборотни, – которые вам помогут, – лишиться платья и разума, – у меня, боюсь, возникли некоторые проблемы со здоровьем! Ещё раз прошу извинить!
Мерзко притворяться. Мерзко лепетать, когда хочется с хрустом сжать тонкую шеи этой дряни.
Из-под кустов блестят глаза инкишира, мелкой твари размером с белку. Жёлтые круглые глаза нервно следят за шуршащим платьем леди. Инки обожают ткани. А зубки у них...
Коготь незаметно поманил сжавшуюся тварьку. Иди сюда, малыш. Вот и твой обед.
И прежде, чем леди успела добавить что-то ещё, Моршерр исчез в кустах.
Переход в тень дался легко, хотя тело всё ещё бил озноб.
Грудь тянуло. Горела огнём кожа.
Дурная девчонка, что опять? Ну что, а? Тьма, почему чувства – это так хлопотно?
И почему так мерзко от того, что сейчас на их месте – пустота? Вместо теплого огонька. Кто спровоцировал нестабильного юного энергата? Оторвать тому голову!
И он сам себе бы не признался, что чувство в груди называется беспокойством. И он волнуется вовсе не за будущую подчинённую. А за женщину. Его женщину. Его острый шип, который кто-то посмел обидеть.
Сссс. Как же вс-сё это!
А ведь ещё с Дайнаром придется разбираться. Пока он папашу Тхи не прикончил!
Тени подхватили, обняли, взволнованно зашумели, опознав Моршерра Декерет. Поделились последними сплетнями.
Не хотел он этого делать. Да, силы прибавилось, но до прежней... И всё же – придётся.
Вспыхнули во тьме теней алыми углями глаза. Поползло шипение. И прозвучали слова.
– Именем Первого, во Тьме рождённого. Слушайте мой приказ. Проследить за девицей Краэной Каэрси и её отцом Найджем Каэрси. Выяснить планы семейства в отношении рода Кайто. Найти доказательства их сговора с тиуром Бьюмертом Кайто и их участия в покушении на Льяну Тархи.
Заволновалась, засомневалась, заколыхалась тьма. Замерли в ней безмолвные силуэты других энергатов. Давление возрастало.
Он сжал зубы. И выплеснул все накопленные эмоции, опустошая себя.
– Я сказал – выполнять! – Холод обжёг.
Как выморозило.
– Да, господин... – шелестнули тени.
Послышался издевательский смешок Дайнара.
И умолк.
– Моршерр... – шёпот.
– Я сам! – Ответил.
Не беспомощный.
Напрягся. Ощутил вдруг волну жара. Дракон? Проснулась, ящерица безмозглая? И помчался в тенях туда, где слышался зов юного энергата.
Льяна...