Глава 8.3.
Мориан Кайто, блестя черными голодными глазами, медленно выковыривал когтями из плеча стрелу.
Тонкое белое оперение. Рунная вязь, уже потухшая.
Капли крови с когтей падали на траву и растворялись.
– Кто это с-сделал? – Я сама не поняла, что шиплю.
Яростно, возмущённо. Мир подернулся черной пленкой. Кто. Посмел. Какая тварь? Посмотри мне в глаза и скажи, что тебе очень жаль, я тебе не больно добью!
Моя тварь! Моя! Рррр!..
Ужас мешался с болезненным желание помочь.
– Такие неосторожные нынче пошли охотники за головами, – сладко улыбнулся Моршерр Декерет, повернув ко мне голову.
Черные волосы рассыпались по плечам, болезненная бледность делала его кожу почти светящейся, а шипение пробирало до дрожи.
– Неосторожные? – Переспросила.
В небольшой сумке на плече имелся запас на все неприятности.
В том числе и неиссякаемый флакон с водой. Дорогой артефакт, но отец в свое время не скупился.
Я присела на корточки. Подол роскошного платья пропитался влагой. Пахло сырой землёй, травой, прелыми листьями.
Вон там, в корнях дерева, пряталась шырха, нечисть, любительница птичьих яиц и блестящих камушков, заряженных магией. Толстая белая шубка, пять рядов мелких зубов и неукротимый оптимизм в стремлении догнать и дожрать.
Откуда я это знаю, интересно?
Черный страшный глаз скосился на меня.
– Дергай, – рыкнул Моршерр Декерет.
Я порадовалась тому, что в перчатках. Вот как этикет в жизни помогает. А перчатки пропитаны магией.
Древко дрожало, как живое. Злая сила, дурная. Её желтое облако вызывало надсадный кашель.
Я зашипела себе под нос. Пальцы увенчались когтями.
– Матери Земле злое отдаю, черноту смой, тварь-лорда укрой! Листву призываю, воду прошу, зелёная кровь лечит, чужая ярость калечит...
Тихое бормотание превратилось в горловую песнь. Мягко зазвучала невидимая флейта.
Призрак предка закружился в неведомом танце вокруг нас, развевались полы одежды, мелькали синие искры. Мир пенился.
Я видела черноту, которая проникла в тело Мориана Кайто. Видела, как она стремится добраться до сердца, но суть энергата и тьма дракона не дают ей этого сделать.
Но заклятье хитро, оно легко может обмануть, спрятаться, ударить не сейчас, а немного позднее... Тогда, когда ты будешь готов к этому меньше всего.
– Давай! – Холод обжигал.
Благодаря Поцелую магии моя сила легко переливалась в Мориана – чистая, неотравленная.
Зелёные искры благословения фэйри.
Песня трав и лесов, песня реки и былинок, шуршание корней и танец невесомых цветочных лепестков на ветру.
Мир вращался вокруг нас, искра дара древнего амианта Тария разгоралась во мне всё ярче, мешаясь с тьмой энергата. Белое с чёрным. Огонь со льдом.
Где-то во тьме смеялись алые глаза древнего бога.
Есть только один шанс. Я никогда не просила о помощи – вот так.
– Владыка лесов и полей, тьма от тени, росток от ветки, лист от дерева. Король пущ древних и тварей лесных, прошу, даруй дочери рода, так славно тебе служившего, удачу фэйри!
Легендарный дар. Он даровался раз в сотни лет – и лишь на один миг. Но имея его, можно было сотворить любое чудо. Жаль, что мой предок истратил свой шанс раньше, чем попал в плен.
– Дитя... Я прошу за это дитя, Отец и Владыка, – шёпот.
Строгое лицо Ллиатароэна спокойно. Он и в посмертии готов служить своему миру и своим владыкам.
Лицо Мора исказилось. На миг в глазах Кайто отразилось изумление – от собственной слабости. И ярость. Такие человеческие эмоции.
Пожухла трава. Ветер сыпанул пыль, заскрипела ограда кладбища.
– Тебе, сын мой, – шепнули белоснежные цветы у подножия дерева-трона, – по просьбе твоей.
– Я не останусь в долгу, – ответила, зная, что не могу иначе. Голос и власть Зелёного Владыки было ни с чем не спутать.Рассыпались шелковым ковром от моих рук незнакомые травы.
На миг я оказалась былинкой в вихре урагана чужой силы. Меня несло, швыряло, крутило. Меня захлестывало с головой.
Руки дёрнулись сами. Резко. С противным хлюпом наконечник выскочил из раны, и к ней тут же ринулись незнакомые темно-зеленые ленты растений. Запищали фиолетовые венчики.
– Верни мне сына, моё маленькое дитя. И мы сочтемся, – засмеялся ветер голосом великого Актариэна.