Глава 9.5.

Теперь он чуял. Знал. Видел.

То, о чём они говорили с ректором Си-Шаоном. То, что подтвердил племянник Даласского, мальчишка Оллеар. Портал на испытании сбила ведьма. Ведьма чуть не свела с ума нестабильную фейскую кровь. Ведьма была готова уничтожить всё на своём пути. Ведьма хотела получить Мориана Кайто. И почти наверняка отравить эльдлагского дракона по наущению папаши – или самостоятельно – а после и заморозить его насмерть вместе с хозяйкой – тоже решила Краена Каэрси.

Наша тварь везде поспела. Хотя какая она тварь? Тварь – это звучит гордо. А здесь...

От мощного всплеска ведьминской силы его затошнило. Было бы и правда забавно выплюнуть обед прямо на платье девки Каэрси. Но не стоило. С ней он ещё поговорит под её громки стоны... Не удовольствия. Совсем не удовольствия. Каждый, кто покусится на Льяну Тхи – отправится кормить мрак.

Она не особенная. Есть и красивее, и моложе, и умнее, и одарённее. Но почему тогда разорвать и уничтожить каждого, кто прикоснется с дурными намерениями к дочери его врага, стало делом принципа и священным долгом?

– Мориан, я преклоняюсь перед вашим умом. Статью. Тонким чувством юмора и тем, что превыше всего вы ставите долг клана, – голос у Краены стал низким, грубоватым, но таким завлекающе бархатным...

Сделать из неё сторожевого призрака? Как жаль, что это тело хоть и стало значительно сильнее, но ещё далеко вошло в прежнюю форму.

– Мне приятны ваши слова, лесса, но меня удивляет, что их столь вольно произносит юная леди, – едва не цокнул языком.

Побурела от злости? Даже воздух потрескивает.

– Позвольте, не стоит говорить с моей дочерью в таком тоне, юноша, – Найдж Каэрси нахмурился. Хищная птица. Нет. Стервятник. Колкие холодные глаза, – она немного восторженна, как всякая девица, и...

– И я не никак не могу на ней жениться, поскольку мы с прекрасной госпожой Тархи уже имеем обязательства перед магией. Поцелуй магии. Высшие силы – не шутки. – Он долго думал, стоит ли об этом говорить.

Но игра стоила свеч. Так его враги будут считать, что знают о нём всё. Будут считать, что они уже победили. Устранить Льяну... Мор дёрнул ухом – они всё равно собирались. Давно собирались, как только узнали о ней. Не зря Краена приехала в академию. О тех, кто её туда впустил в обход ректора – он ещё поговорит.

Мориан Кайто стеснительно улыбнулся.

– Вы поступили очень опрометчиво, молодой человек, – поджал губы архимаг.

Опасен. Очень. Виски сдавило. Пытается считать? Его? Какая наглость!

Голод и злоба вырвались вперёд. Холод сковал тело, откидывая его в те времена, когда он был Палачом из тьмы.

– Я был очарован! Вы наверняка тоже были без ума от матери прелестной Краены, господин архимаг! – Клыки кололи губу.

Без ума. Выбрал самую породистую кобылицу, проводил над ней ритуалы, сделал всё, чтобы цветущая красавица стала походить на бледную тень и умерла в родах – и всё равно – та родила Найджу Каэрси девку.

– Моя дорогая Ренария, – взгляд Найджа Каэрси потускнел. Губы архимага плотно сжались, – она было чудом, вы правы, мой друг. Молодость – прекрасная пора. Позвольте, я вас на секунду покину. Расчувствовался, – ледяным тоном произнес мужчина, отодвигая стул.

– Отец, вам помочь? – Щебет Краены.

Сердце сдавило. Мерзко-то как.

Ширрас-шу прислал сигнал тревоги. Он снова оказался прав.

Хотелось выпустить тьму, вихрем, серпом пройтись по этому гнездовью. Смотреть, как утекают жизни тех, кто продался за силу и власть. Выжать их досуха. Вам не нравится? Но отчего? Говорят, некоторые народы дальних миров строили себе пирамиды и хоронили там своих правителей со всяческими почестями! Специальные обряды придумывали, чтобы мумий сотворить!

А он быстро справится. Исключительно из альтруистических соображений. Вам что-то ещё не нравится? Подайте голодной твари на пропитание, не жадничайте!

Ишти бы пошутил... Интересно. Он скучает по мелкой тварьке. Готов клыками разорвать горло за Льяну Тхи. Испытывает... грусть, когда вспоминает о бездарно проигранной тварями войне, которую он сладко проспал в лавовых потоках.

Это делает его человечным?

Краена сбежала вслед за отцом.

С дядюшкой Бьюмертом они остались наедине. Моршерр-Мориан Кайто и тот, кто должен был стать опорой наследнику, его помощником и опекуном. И в этот момент тяжёлое молчание было нарушено. Кулак тиура Бьюмерта со всего маху врезался в столешницу, да так, что изящная салатница перевернулась, а нежные кусочки кальмара оказались повсюду – на скатерти, в других блюдах и на полу, а солонка упала под стол и раскололась.

– Дядя, как же вы так неосторожно, – мягко упрекнул Мориан Кайто.

Мгновение грозовой тишины. И бешеный, яростный рык.

– Мальчишка! Идиот малолетний! Где ты только отыскал это малохольную дуру? Это деревенщина и понятия не имеет о том, как быть леди!

Пудовые кулаки Бьюмерта Кайто сжались. Он весь – огромный, грузный, как медведь, вылезший из берлоги, зарычал, надвигаясь.

Сорвался? Нет.

Моршерр отчётливо видел злобный расчет в маленьких поросячьих глазках этого кабана.

– Тиур Бьюмерт, не смейте так говорить о моей избраннице, – Моршерр мягко поднялся.

Перетек из одной позы в другую. Вот только что сидел – и уже стоит.

Да, он хотел бы броситься за Льяной. Или подслушать, что творится в семействе Каэрси. Но иногда приходится выбирать не то, что хочется, а то, что надо. Впервые ему пришлось для этого сделать над собой усилие. Вспомнить о долге.  Он не мог сорваться. Сейчас... не имел права поставить под удар всё, над чем они работали. За фейским шипом его души присмотрят, обязательно. А потом он посчитается. Со всеми...