Глава 11.4.

– Ч-что вам угодно? – Девица вскинула голову. Надо признать – почти не попятилась.

– Тебя на корм рыбам отправить, Кайто? Ты только что оскорбила будущую Первую леди своего клана, – звонко отчеканила великанша.

– Не стоит на корм... рыбам, – я шагнула вперёд и сладко улыбнулась. Надеюсь, никто не ждал, что я промолчу? – рыбы отравятся. А у леди нехорошо с головой. Дурная болезнь, да ещё и наследственная, – я скорбно покачала головой, – лорд Мориан понадеялся, что напасть отступила, но, похоже, это было временное облегчение. Нельзя сердиться на скорбных разумом. Мы обеспечим девочке самое лучшее лечение! Простите за эту безобразную сцену!

Я стёрла невидимую слезинку.

Стервьлядь позеленела. Ты забыла, с кем играешь, девочка. Эти маленькие детские разборки смешны. Глупы. И низводят их участниц до уровня наивных юных дебютанток.

– Что она такое говорит? Анаис больна?

– А знаешь, я видела, как она часто достает какой-то флакончик и нюхает его... Или капает себе в чай!

– Это бешенство? Как у отцовских псов?

– А почему её вообще приняли в академию?

– Может, это она свою подругу и отравила, а теперь на Тархи вину свалить пытается?

Милое женское общество. Нежная ядовитость, любовь к сплетням и готовность стервятников накинуться на слабую жертву.

– Думайте, что говорите, Тархи, – Анаис Кайто, вскинула голову. Холодный взгляд. Презрение. Надменное недоумение. Хороша лесса, – за такие нелепые обвинения вы можете отправиться в застенки несмотря на всех ваших покровителей.

– Думайте, что говорите, лесса Кайто. Вы подвергаете сомнению волю вашего главы? Быть может, ваша семья имеет что-то против тирлеса Мориана Кайто? – Я сцепилась с ней взглядом, не отпуская.

Страх? Его давно не было. Только жёсткая уверенность и решимость идти до конца.

Не я решила твою судьбу. Но теперь или я, или ты, юная лесса. И я всегда буду выбирать себя. Безжалостно? Но ты не стоишь моей жалости. Ты знала, на что шла. Ты бросалась обвинениями, понимая, что мне они могут стоить магии и даже жизни. Общество магов консервативно. Так будь готова держать ответный удар.

– Лорд Мориан женится на леди Каэрси, это всем известно. И знатная госпожа не потерпит в своем доме такое отребье, как ты, Тархи. Если никто не осмелился сказать тебе, боясь гнева лорда Мориана, то скажу я! – Девица раскраснелась.

Кукольное лицо ожило. Яркие светло-золотистые глаза засияли силой. Пальцы леди сжали край рукава – и тут же отпустили.

– Вот как? – Мой голос прозвучал ровно, с умеренной прохладцей.

– Тебе не место рядом с будущим главой клана. Как бы ни был увлечен наследник, он знает свой долг. Ты слишком зарвалась, безродная. А за мерзкие намеки и клевету я подам на тебя в суд. И, уверяю тебя, лорд Мориан быстро отвернется от той, что потеряла разум и забылась. Такие как ты, должны знать свое место, Льяна Тархи, – голос молодой женщины звучал приторно вежливо.

С едва заметной издёвкой.

Что же, её хорошо воспитали. Но там, где эта девочка училась, я могла бы уже преподавать.

– Суд? – Я позволила себе добавить в голос толику лёгкого интереса.

Уловила на себе внимательные жадные взгляды. И готовность вмешаться – от девицы великаншы. Не нужно. Я справлюсь сама.

– Леди Анаис Кайто, согласно уложению от пятого года со дня возрождения Второго союза Иллдрэггона волшебные существа неподвластны суду магов. Если же стало известно об их преступлении против человека, маги обязаны задержать преступника и уведомить любого из Стражей, назначенных Владыкой Сейлиром. Стражи заберут преступника и передадут его в руки представителя его народа. В случае фейри – это зелёная стража короля Актариэна. Но для этого преступление нужно доказать. Бездоказательные обвинения караются уже заключением самого обвинителя.

Как раньше я ненавидела законы тварей. Как яростно спорила с учителями, считая, что они ограничивают свободы магов.

Вот только преступников-магов также не оставляли без суда. Только в том случае, если были затронуты интересы волшебных существ, в суде обязательно участвовал их представитель.

– Законы тебя не спасут, полукровка, – молодая лесса склонила голову, намотав прядь волос на палец. Робкий румянец расцвел на её щеках, – бездоказательные обвинения другого мага в безумии и покушение на разум человека с помощью магии фейри караются на месте, без передачи дела нелюдям. Да и ты не признана ни одним из родов фэйри, а, значит, считаешься человеком. Я всё записала. И вызываю стражу академии!

Плавный шаг. Лёгкое движение вперёд. Нежная акулья радость от того, что добыча здесь, она попалась!

Как быстро мы перешли от обвинений в участи Олеары к обвинениям в магическом преступлении. Не потому ли, что Анаис Кайто этого и ждала? Провоцировала. Играла. Выводила на эмоции. Похоже, не всех своих подданных Мориан успел проконтролировать.

Так ещё немного – и окажется, что я на глазах у всех пыталась свести её с ума фейским флером очарования. Эта ни перед чем не остановится.

– Мне стоит вмешаться? – Неожиданно мягким, грудным голосом спросила воинственная великанша.

– Не думаю, – я качнула головой.

В глазах соперницы мелькнула настороженность. Почему жертва не бежит, не дрожит, не кричит? Неужели она где-то просчиталась?

– Я вызываю стражу академии, – четко проговорила Анаис Кайто.

На её запястье мелькнул дорогой браслет. Дымчатые камни мягко мигали и переливались. Сколько же стоило её семье получить право вмешательства стражи Мойэраати?

Впрочем, это неважно.

Жаль, что здесь сейчас нет Оллеара. Рыжий бы посмеялся. Давно соперники так легко не подставлялись.

Ширрас-шу в тени мигнул золотыми глазами.

– Мнеурр позвать хоссяина? Или морского гос-сподина? – Раздался шёпота моем разуме.

Морского? Ректора Си-Шаона? Пожалуй, обойдёмся.

Сердце билось ровно, хотя эта авантюра могла закончиться по-разному. И всё же я была уверена в одном. Это случилось не зря. Для меня – не зря. И этот вызов я не проиграю.