Глава 9. Между двух рас

Когда мы втроем достигли нужных дверей — Бейлз опять опережал всех и ушел бы на сверхскорости, если бы представлял точку, куда мы бежим, — то приблизиться к ним мешала толпа студентов. В основном оборотней, но и ведьмы, и вампиры тоже есть. В общем, сгрудились пропорционально количеству учащихся в академии.

Я создала энергетический шар, чтобы продемонстрировать серьезность намерений, ну и нельзя терять время — никакой магической защиты во время проведения занятия быть не может. Каждый должен иметь возможность беспрепятственно войти и выйти. Потому что иногда это вопрос жизни и смерти.

Студенты при виде шара равномерно облепили стены. Оказаться под ударом не хотел никто. Получив полный обзор, я поежилась. Дверь на самом деле открыта: кто-то распахнул перед тем, как Аделаида заблокировала помещение. Разъяренная вампирша выглядела чудовищно.

И это говорю я — женщина, у которой отрастают когти почти в длину человеческих пальцев. Считается, что у Полной Луны самая массивная челюсть среди всех кланов, потому что по праву рождения наш Дом имеет монополию на убийство. На мой взгляд, даже в полуобороте ни один из нас не внушал больше ужаса. В целом Аделаида сохранила человеческий облик, однако больше походила на гуманоида-пришельца, как их рисуют в комиксах. Только в длинном старомодном платье и не лысая — а с длинными пышными волосами.

Огромные глаза-блюдца, отсутствующий нос, вместо рта и тем более губ — дыра, откуда доносится беззвучный для человеческого уха крик на низкой частоте. Она создавала мощнейшие инфразвуковые колебания, которые скверно сказывались на людях, а волков-то и вовсе сводили с ума, вызывая состояние помутнения и паники, обмороки и даже кому. Это плохо. Хуже худшего.

В аудитории во время занятия находились около сорока оборотней, обе группы сразу. Часть из них так и не поднялись с парт. Головы закрыты руками, лиц не видно. Несколько человек упали у выхода, почти успели выбраться. У ног Аделаиды лежали десять волков, трое из них сохранили человеческое тело, остальные обратились. У противоположной от кафедры стены четверо успели создать вокруг себя что-то вроде защитных костюмов и пока держались на ногах.

Среди них я узнала Арменроута, лучшего на этом курсе. Еще вчера он помогал мне ставить защитные пологи для церемонии открытия, потому что в конце весны, из-за внезапной влюбленности, не успел вовремя сдать зачет. Это было удобно: он как раз закрывал долг по магзищате, а мне не пришлось тратить ресурс преподавательского состава. Как позже выяснилось, он нам действительно понадобился.

Боюсь, мне не показалось, из ушей у Арменроута шла кровь. Я пыталась не присматриваться к другим ребятам, боялась их узнать. Сейчас — это лишнее. Нельзя впадать ни в отчаяние, ни в ярость. Немедленно взломать первый из слоев, поставленный этой сатаной. Я ударила в перекрывавший дверь полог, почти не целясь. С такого расстояния невозможно промахнуться.

Однако, к моему изумлению, шар немного отклонился и влетел не в центр, а чуть выше. И только потом я почувствовала появление Маркуса за спиной; так хорошо работали его обновленные нейтрализаторы. Это он усилил мою энергетическую сферу. Сложно сказать, во сколько раз, но защиту пробило с первого же удара. Новый шар так и остался сиять у меня в руке.

Маркус не дал мне войти первой, закрыл своим телом, и атаковал Аделаиду тут же, до того, как мы оказались в аудитории. Вокруг нее я насчитала как минимум три слоя: через первый шар прошел, как по маслу, на втором дернулся и сместился, а на третьем, зашипев, погас. За ним последовал мой, и потух на четвертом слое. Сколько же их там?

Вампирша, сообразив, что ее инфразвук эффективен только в помещении, а два противника находятся чуть в стороне и с активированным рассеивающим пологом, ушла в глухую оборону. Она захлопнула рот, практически полностью вернула себе обычную внешность и замкнула сама себя в отчетливо видимом облаке.

Скорее всего мы с ней справимся, но отвлекаться нельзя. С другой стороны, кто-то должен вывести отсюда наших взрослых детей и поскорее. И понадобятся носилки — наберется ли нужное количество? Краем глаза я заметила, что уже забегают преподаватели с профильной кафедры энтологии млекопитающих, расположенной на этом этаже. Среди них были и самые мощные волки, занимающиеся физподготовкой. Эти должны вытащить Я с облегчением услышала знакомые препирательства Ирмы и Винсента.

Аделаида тем временем продолжала метаморфозы. Без всякого пограничного состояния она обернулась летучей мышью. Ни одному оборотню такое не снилось. Она метнулась к окнам, которые находились под потолком — специально, чтобы темпераментные учащиеся не выпрыгивали, когда им вздумается. Но пробиться через них не смогла. Там протянута дополнительная сдерживающая сетка. Да мы ее с тем же Арменроутом проверяли. Что поделаешь, я вчера была решительно настроена.

Маркус продолжал атаковать, но не успевал за ее кружением. Она умудрялась уворачиваться от шаров, как будто предчувствуя точку, куда он нанесет удар. Думаю, если бы и здесь действовали сообща, то поймали бы ее в ловушку, но я отвлеклась и помогала левитировать студентов на носилки. Великий человек, доктор Пенн, уже прибыл и командовал нами так, будто занимался случаями массового поражения каждый день.

На моей памяти это самое серьезное происшествие по количеству пострадавших. О таком необходимо сообщить родителям; повезет, если в письмах будет сказано про «незначительные повреждения» и «легкие контузии». Пенн сохранял невозмутимость, и по его лицу невозможно прочитать, насколько все плохо.

— Ох, Дарриа, я не поверил бы, если бы не увидел собственными глазами. Одна маленькая женщина против сорока крепких оборотней. Вампиры умеют воздействовать точечно, когда зажимают тебя в переулке. Ну и под укус лучше не попадаться. Но то, что она натворила,объяснению не поддается.

Мне показалось, что в его голосе звучит неуместное в данном случае благоговение. И к кому? К вражине, которая ни появись мы, неминуемо сделала бы инвалидами наших лучших ребят.

— Не злись, ты чего. Я про то, что здорово было бы выяснить, как она так умеет. Хотя бы для того, чтобы этот дьявольский крик снова не применили против нас. Надо взять живой.

Аделаида после нескольких неудачных попыток выйти то через одно окно, то через другое, камнем упала на пол и поднялась в том виде, в котором я ее впервые увидела. Не слишком примечательной полноватой дамы средних лет. Она забилась в угол, потому что оттуда можно создать отражающую поверхность минимальной площади. Это куда же она собралась расходовать оставшуюся энергию?

Вопрос недолго висел в воздухе. Прислонившись спиной к стене, она принялась уплотнять свою собственную энергетическую сферу — цвета темной венозной крови. О том, что эта штука получится убийственной, свидетельствовали потрескивания, которые шли от ее центра на поверхность. Решила очистить себе проход, уложив нас, как кегли? Обугленные кегли. А ведь не всех детей еще вынесли.

Маркус снова попытался заслонить меня громадой собственного тела. Не в этот раз. Я вынырнула слева от него. Надо сообразить, что мы генерируем — двойной удар или двойную защиту. Но тут вмешался невесть откуда взявшийся папочка. Он встал по правую руку от дер Варра и рыком приказал нам убраться. Наверное, головой двинулся от внезапно приключившейся битвы. Если мы уложим ее втроем, это самый удачный расклад — одному ему рассчитывать не на что.

Аделаида при виде отца занервничала, и создание шара застопорилось. Не завершив, она, тем не менее, его метнула, целясь исключительно в папу. Он отмахнулся от него одной рукой, как от назойливого насекомого. Только тут я увидела, что отец в полуобороте. Его сила и ярость многократно возросли, а вот способность к магии испарилась.

В этом облике он не так огромен, как Маркус, скорее, поджар. Но папа не преувеличивал, утверждая, что и сейчас может сразиться с кем угодно. Он концентрировал силу в себе, клокотал этой сдерживаемой яростью, не распыляясь на лишние движения. Ровно через мгновение, в прыжке, вытянув передние лапы, он вскрыл ими защиту Аделаиды, как консервным ножом.

По-моему, я закричала. Маркус опять загородил мне весь белый свет, и если эта дрянь пожирала папу, то я ни чем не могла воспрепятствовать. Уловила звук падающего тела и рванула в обход оборотня. Невероятно — Аделаида в обмороке на полу, а отец наклонился над ней и снимает последние слои защиты.

— Какая кошмарина, — не удержался Маркус. — А так и не подумаешь. Рудольф, тащи ее к Пенну, заберем в лабораторию. На опыты. Но не успела я подумать, что прежде всего необходимо уточнить статус вампирши — подать жалобу в межвидовую комиссию, связаться с Зеркальницей, предоставить записи с магических шаров (один из них точно не поврежден, я смотрю прямо на него), запросить суд наконец — как отец угрожающей зарычал. Так, что у меня на загривке зашевелились отсутствующие в данный момент волосы.

— Она моя. Лапы прочь. Я сам с ней разберусь, — отчеканил он неузнаваемо низким голосом. И, перекинув женщину через плечо, в несколько прыжков пересек аудиторию.

Все находившиеся в сознании оборотни, онемев от изумления, наблюдали за ним. И тут к нам пожаловал Вернон, который осторожно сунул нос в дверной проем.

— Что за погром? Я пропустил драку?

— Что вы, ректор, — дер Варр язвительно поклонился. — Ваша с Вольфдерлайном концепция работает идеально. Просто Аделаида окоченела среди гуляющих по замку сквозняков, и он помчался чинить ей камин.