Глава 24 — Ценность

— Данияр Эльдарович, Шахову с племянником привезли. Проводить?

— Нет, — рычу я. — Пусть ждёт. Мальчишку проводи в комнату для гостей. Телефон у него заберите. Проверьте. Назад пока не возвращать.

— Он отказывается отходить от неё.

Силой, блять, проводи! — хочется рявкнуть мне.

— Не трогай. Пусть с ней будет…

Как вампир реагирую на пакет со свежей кровью — сердцебиение ускоряется. Словно у голодного при виде куска горячего румяного мяса.

Мне все ещё лучше от переливаний.

Вставляю сам себе иглу в катетер. И валяюсь, чувствуя, как капает в меня жизнь.

Сегодня, я хочу быть сильным, с нормально варящей башкой.

Вынув иглу, встаю с кушетки. Распаковываю бритву.

Время под опиоидами летит очень быстро. А мне жаль с некоторых пор каждой минуты.

Поэтому со вчерашнего дня дозу держу низкую. Хватит комы.

Глядя в зеркало, сбриваю щетину. И отмечаю, что руки мои уже не виснут вдоль тела от бессилия каждые тридцать секунд, как это было ещё неделю назад.

И цвет лица поменялся с бледно-зеленого как у зомби на что-то более человеческое.

Но выглядеть я стал старше… Словно не несколько месяцев прошло, а лет пять.

— Сэм, пусть мне костюм принесут, рубашку, туфли.

— Но… Вам же ещё нельзя выходить.

— Исполнять.

Сэм как наседка…

Но это моя наседка, практически уже родная. И оказавшись в клетке, я сполна оценил его преданность.

Поэтому, пересилив свой нелегкий характер, я всё-таки поясняю ему мои намерения.

— Я не собираюсь выходить. Мне просто нужен костюм.

— Сейчас будет, Данияр Эльдарович.

Я вырос сам, в тени деда и отца, но практически без участия взрослых в моем воспитании. Отцу некогда было заниматься мной. В этом есть свои плюсы. Я научился с детства добиваться своего и вертеть этот мир. Но есть и свои минусы… Отец считал, что я слишком своенравный и вольный. И если мои мощности не упаковать в систему и правила, я себя разрушу.

И как-то я здорово влетел по криминалу. Отец вытащил, но… его отцовская воля была — отправить меня в военно-дипломатическую академию.

Дипломат из меня никак не лепился, и через пару лет я двинулся в силовом направлении. В сопровождение государственных вип-персон. Быстро шагнул по "лестнице" вверх. Получил в распоряжение взвод… Сэм и Стас, были моими бойцами.

— Светлый или темный? — уточняет Сэм.

— Темный…

— Галстук?

— Ну и медаль давай прицепим, чо уж! — закатываю я глаза.

— Понял. Не надо галстук… — слышу, как передает кому-то дальше.

Дожидаюсь пока привезут.

— Данияр Эльдарович, Шахова просит телефон.

— Я отказываю ей в этой просьбе, — цежу я.

Отглаженный костюм вывернутым наизнанку дезинфицируют в ультрафиолете.

Но ощущение у меня, что это излишняя уже процедура.

Я, кажется, возвращаюсь к жизни и готов сопротивляться любой угрозе самостоятельно. Ещё немного и я буду полноценным человеком.

Выпиваю большую горсть таблеток. Быстро ужинаю, отмечая, что мой аппетит возвращается, даже под таблетками. А может просто ем от злости, ища в еде силы.

Но есть и новый нехороший симптом. В груди — нерассасывающийся тяжёлый камень.

Прокручиваю на репиде эпизод поцелуя Марго и Марка. Несколько раз…

Мои чувства сумбурны.

Женщина всегда была моя, стоило только обозначить свое внимание. А с Марго неувязочка.

И то ли женщины были не те, то ли с Марго что-то не так.

И первый порыв, конечно, был посадить их обоих в тачку и отправить в путешествие с высокого моста.

Но…

Во-первых, мой сын, как теленок ходит за Марго. И его это наверняка расстроит.

Во-вторых, второй такой как Марго я не найду, чтобы так запросто разбрасываться этой.

В-третьих, Марк… мне важно, чтобы он жил. Чего бы там он обо мне не думал… А поводов у него дохера! Я не тот, кем он меня считает. А он, точно не заслуживает смерти. Даже за этот ёбанный поцелуй!

Поэтому, скинув их раз десять с моста мысленно, я кое-как причесываю свои ревнивые чувства.

— Данияр Эльдарович…

— Да, Сэм.

— Маргарита Андреевна… о-о-очень хочет Вас видеть.

Маргарита Андреевна наказана!

— Ладно, проводи ее ко мне.

Выгребаю из бокса свои часы, кольцо, ремень… Я хочу вернуть себе свою нормальную жизнь, и они словно символы.

Застегиваю часы на руке привычным движением. Это подарок отца.

Надеваю на большой палец обод широкого кольца.

Как-то по-приколу общался с одним шаманом. Он "прописал" мне носить на большом пальце. Это сделает меня непобедимым, обещал он.

Не то, чтобы верю, но ношу.

Стуча каблуками, Марго не спеша входит ко мне.

— Здравствуй… — поднимаю на нее взгляд исподлобья, застегивая ремень. — Ты плохо себя вела…

Бросает беглый взгляд на меня — сверху-вниз.

А я оглядываю ее.

Марго шикарна… Немного растрепалась прическа и смазался макияж. Но так даже горячее.

Швыряет горсть пластиковых побрякушек об стекло на уровне моего лица. Они скачут по полу. Камеры…

— Да ладно, — фыркаю я. — Маленькая шалость.

— Если бы ты сообщил мне о своем желании подглядывать, мы бы могли вкусно поиграть в это. А так — пошел к черту!

— На свидание с Марком собралась?

— Это тебя не касается.

— Я сам решаю что меня касается. Ты что-то там шипела мне в трубку. Повторишь?

— Я выполнила свою часть контракта, — дёргает бровью. — Диагноз поставлен, лечение проведено, оно даёт положительную динамику. Так?

— Твоим делом занимаются. Если ты об этом. Ты вернёшься в практику. Не мгновенно, конечно.

— Значит, я свободна.

— Нет. Ты пыталась "потерять" моего сына.

— Да, — кивает она. — Парню давала обещания я, а не ты. И поскольку обещание данное мной выполнить невозможно, я делала то, что было в его интересах.

— Стать заложником в его интересах?

— А надо предупреждать, что есть ещё какая-то сторона, если уж мы в одной команде! Я же была извещена только о Краморе! И обходила только этот угол.

— А не надо проявлять инициатив, если ты не знаешь всех сторон конфликта! И бегать от моих людей! Они не для пафоса за вами присматривают! И заигрывать с командой Крамора тоже не стоит!

Поднимает ладони, останавливая спор.

— Я хочу выйти из этой истории, пока не стала в глазах твоих врагов представлять какую-то ценность для тебя. И не попала в разряд потенциальных заложников.

Поздно! Поздно, дорогая моя…

— Хочу сохранить свободу. Так яснее?

Зло смеюсь.

— То есть, ты думаешь, они пытались там похитить мальчишку?

— Ну не меня же.

— А кому ты говорила, что он мой?

— Никому.

— И я никому. Знаем только ты и я. А вот про тебя я сказал… брату.

— Что я твой врач? Врач — это не ценный заложник. Это персонал. Персоналом легко жертвуют. Персонал не знает даже твои локации. Нет смысла меня похищать. Что я могу им дать?.. Они же не дураки.

— Я сказал брату, что… что…

Ну, чо ты, давай! — раскачиваю я себя.

Как пацан тушуешься, сказать не можешь? Это же правда. А “правду говорить легко и приятно”!

Ну да… ну да…

Наблюдаю за Марго. Кобра какая… Только капюшон раскрыть осталось. Но я всё равно буду тебе говорить всё, что захочу! А ты… ты будешь это принимать!

— Что — влюблен и женюсь на тебе, — смотрю ей в глаза.

— Что?.. — опешив, делает шаг назад.

Развожу театрально руками, пытаясь немного сгладить излишнюю уязвимость в ощущениях.

— Выбора у тебя нет, — по старой привычке бросаю взгляд на часы, но стрелок не вижу. — Мне заранее озвучить все свои желания, чтобы ты не кидалась девайсами? Или как там желает моя королева?

Она закрывает глаза. Замечаю, как вспыхивают ее щеки.

— Как ты посмел… меня подставить?

Все ошибаются…

— Что сделано, то сделано.

— В таком случае, я выбираю защиту Марка.

Это бьёт по яйцам, да.

— Марго… Ты говоришь это, чтобы уязвить меня. Но на самом деле, хочешь ты меня, а не Марка. Останься.

Ну, ещё на колени упади, умоляя! — психую я на себя.

— На столе… Там… — киваю ей за спину. — Возьми, пожалуйста.

— Что это? — растерянно поднимает коробочку для драгоценностей.

— Открой, — тяжело сглатываю. — Надень. И будь хорошей девочкой.

— Нет! — как ужаленная роняет ее на стол. — Так… Я в такие игры не играю. Я вылечила тебя. На этом всё, Данияр. Веди себя хорошо. А я пошла вести себя плохо.

Смотрю вслед этой роскошной дряни, беспомощно толкая ладонью толстое стекло. Дверь за ней закрывается…

Ну я же сказал — нет выбора! Нахера все усложнять?!

— Охрана! Остановите её. С этого момента Шахова — пленница.

— Но ей же была обещана полная безопасность, Данияр Эльдарович

— Не спорить! Исполнять…