Глава 28

Вика.

– Доброе утро, – тихий шепот, его жаркое дыхание касается моего уха, вызывает мурашки по всему телу. Шершавая ладонь гладит бедро, поднимаясь вверх и спускаясь обратно вниз.  

– Доброе, – также шепчу, пытаюсь повернуться лицом к моему искусителю, но он сильно обнимает меня, прижимает к своей груди спиной, защищая своими руками от всего мира.  

– Устала ночью? – тихо смеется, утыкаясь мне в шею носом, на этот раз поглаживая живот.  

Смущаясь, опускаю взгляд на его руку, которая дотрагивается до груди. Стесняюсь смотреть ему в глаза.  

Ночь действительно выдалась нелегкой. Демьян снова заставил почувствовать себя самой желанной женщиной на свете. Наверное, мне не хватит слов, чтобы описать его. Понимающий. Безумно заботливый. Мы с дочерью уже четыре дня живем словно в сказке! Каждое желание Дины для Огнева – закон. Каждая просьба должна немедленно исполняться.  

Демьян рассказал мне всё... Абсолютно всё, о чем говорил со своим отцом. Я, честно говоря, была в шоке от услышанного. Не ожидала, что у мамы мог быть роман именно с Огневым-старшим. 

Совпадение? Демьян говорит, что это судьба.  

После нашего ухода из дома родителей любимого он не мог прийти в себя. Стал совсем далеким и молчаливым. Настроения не было ни у кого. Не знаю, возможно, из-за того, что я бродила по дому бледная, Дем начал делиться со мной всем, о чем разговаривал с отцом. А возможно, сам захотел. Но только одну тему не тронул: что сказал ему Костя. И я не стала расспрашивать.  

Единственное, что меня волнует до сих пор, так это испорченные отношения матери и сына. Я на миг представляю себя на месте его мамы и думаю, а что было бы, если бы мой сын тоже выбрал «какую-то девку». Да! Для его матери я именно «какая-то девка». Не знаю. Но я бы отнеслась к выбору сына с уважением... Аж мурашки по телу ползут от этих мыслей... 

– Устала, просто у меня никогда не было такой страстной и долгой ночи, – честно признаюсь. Он же мой первый и единственный мужчина. Любимый. Незаменимый.  

– М-м-м-м, люблю тебя,  – прикусывает мочку уха, заставляя вздрогнуть. – Но прекращай меня стесняться.  

– А я не стесняюсь! – шепчу неуверенно, рывком поворачиваюсь и всматриваюсь в его черные глаза. Тону в его взгляде. 

Дотрагиваясь ладонью до его щеки, кончиками пальцев провожу по шее, груди. Он не моргая смотрит на меня, а я на него.  

Иногда становится слишком больно от тревожных, совсем неуместных мыслей. Демьян не давал мне повода думать о такой чуши, но всё равно... А вдруг всё перевернется вверх дном? Вдруг что-то случится и нам придется расстаться? Да я его забуду, если только сердце мое из груди вырвут. Если память потеряю и ничего о нем не буду помнить. Иначе никак! Я люблю его так, что даже представить не могу с другой... Эта мысль вышибает весь воздух из легких. Дышать становится невозможно.  

– Посмотри на меня, Вика. Я вижу, что ты думаешь черт знает о какой херне, – говорит Демьян, поднимая мой подбородок вверх.  

– Откуда знаешь?  

– Когда ты счастлива, Вика, у тебя глаза сверкают. А когда какие-то совсем ненужные мысли проникают в голову, ты часто поджимаешь губы и сжимаешь руки в кулаки. Мне понадобилось несколько дней, чтобы изучить тебя, – тихо смеется, а я прижимаюсь к нему крепче, утыкаюсь носом в шею. Тут пахнет еще сильнее.  Так притягательно,  отпускать не хочется.  

– Мама! Мамоцка! – Дина тихо стучит в дверь, а Лариса пытается что-то объяснить.  

– Черт! – хрипло смеется Дем.  

– Что? Помешала? Были другие планы? – шутливо бросаю, чуть отстраняясь.  

– Да нет, – снова смеется. – Я просто... Несколько лет об этом мечтал.  

– О чем?  

– Чтобы вот так дети вбегали в комнату и не давали возможности... 

– Ладно, я поняла, – легонько целую его в губы, встав с кровати, натягиваю на себя рубашку Демьяна.  

На самом деле он прав. Мне всё еще стыдно вертеться перед ним голой, и я чувствую, как мои щеки уже горят. Но всё же заставляю себя смотреть на него, замечая, как он взглядом скользит по моему телу, а уголки губ разъезжаются в соблазнительной ухмылке.  

Демьян надевает шорты и свободную футболку. Дочь нетерпеливо стучит в дверь, хоть мне казалось, что она ушла.  

– Доброе утро, Дина.  

Малышка вбегает в комнату, лишь кивая мне. Направляется к отцу, а он, взяв ее под мышки, поднимает над головой. Кружит.  

– Папа! Я хоцю молозеное! – Хитрая прямо как отец! А ведь зимой мороженое есть опасно! 

Демьян затрудняется ответить, ведь он знает мое мнение.  

– Дин... Если мама говорит, что нельзя, значит, нельзя. Тем более у тебя часто болит горло.  

– Ну, па-а-ап! Я совсем цутоцку!  

Под умоляющим взглядом Дины Демьян быстро тает.  

– Вик... – смотрит на меня, а я лишь кусаю губы, мол, хорошо. – Мама согласилась, родная. Но совсем чуточку, договорились? Вечером куплю, попробуем все вместе, хорошо?  

– Да! Да! Спасибо, мама! Спасибо, папа! Идите узе завтлакать! Лара все плиготовила! 

Приняв душ, мирной, счастливой семьей садимся за завтрак. Лариса слишком молчаливая. Так и ковыряется в своей тарелке. И это замечаю не только я.  

– Лар, что тебя беспокоит? – напрямую задает вопрос Дем, а сестра буквально съеживается на месте.  

– Да нет! Ничего такого! – грустно улыбается, но и меня начало волновать ее поведение.  

– Лар?! – сверлю ее злым взглядом. Ведь я ничего от нее не скрываю! Даже про отношения мамы с отцом Демьяна рассказала! 

– Папа, – глубоко выдохнув, отвечает, но продолжать явно не хочет. – Короче, говорит, что по Дине соскучился. И нас, дочерей, видеть хочет.  

– Дай адрес. Пусть вечером приезжает. Я не хочу, чтобы вы виделись где-то... На стороне.  

– Демьян, ты уверен? – распахиваю глаза от удивления. Ведь если папа придет сюда... Снова чушь всякую нести будет. И скорее всего, напьется .. 

– Абсолютно.  

Дальше тишина. Даже дочь будто чувствует, что разговор недетский, и молчит. Демьяну не нравится наш отец. Не понимает, как человек может любить одну дочь, а вторую буквально ненавидеть.  

Сестра с дочерью отправляются в садик, а мы едем в компанию Демьяна. Я была там уже три раза за несколько дней проживания в этой квартире.  

– Привет, Тамар, – здороваясь с секретарем, Огнев заходит в свой кабинет, оставляя нас наедине.  

Когда я впервые пришла на его рабочее место, он сразу познакомил меня с Тамарой. Почему-то я всегда думала, что секретари постоянно спят со своими боссами. Какая-то детская мысль, но я действительно в это верила. Даже почувствовала себя очень плохо, не в своей тарелке, когда секретарем оказалась такая красивая, голубоглазая блондинка с идеальной фигурой. Ухоженная и самоуверенная. Но, пообщавшись с ней тет-а-тет, я поняла, что ошибаюсь. У нее есть любимый мужчина, и она пойдет работать на его этаж, как только научит меня всему, чем занимается сама. Так распорядился Демьян!  

Улыбка не сходит с ее лица уже несколько дней. Ведь она так стремилась попасть к своему Олегу как можно ближе!  

– Вик, я жду кофе, – доносится до меня голос из кабинета моего босса-искусителя. 

– Он стал таким спокойным... И не придирается ни к чему. Это все любовь. – Шепчет Тамара, улыбаясь. – Я терпеть не могла Ольгу. 

А я лишь пожимаю плечами, выполняя задание любимого, при этом глупо улыбаюсь. 

– Ваш кофе, Демьян Вячеславович, – ставлю поднос на стол и делаю шаг назад, но мой мужчина, схватив меня за руку, резко тянет и усаживает к себе на колени. – Демьян! Что ты делаешь? Дверь открыта!

– Ну и что? – наклоняется к шее и с шумом, жадно вдыхает воздух, почти касаясь кожи губами. – Пусть все знают, что я люблю тебя. И что мы будем вместе несмотря ни на что. Мои любимые...

Меня всю насквозь будто током прошибает от его хриплого голоса. Низкого баса. И снова этот взгляд на мои губы. Темный, тягучий.

Обнимаю его за шею, чувствуя неповторимый аромат цитрусового парфюма. Демьян прижимает меня к себе сильнее, а обжигающие прикосновения сводят с ума.

– Прекрати, увидят же… – шепчу, гладя шею мужчины.

– О-о-о, – сзади раздается до боли знакомый голос. Костя… Хочу встать, но Демьян не позволяет. – Вы тут, как я вижу, размечтались, голубки… Думаете, станете счастливой семьей? – противно ухмыляется, скрещивая руки на груди.

– Пошел вон, брат, пока я тебя не убил! – рычит Дем, не отпуская меня.

– Нет-нет! Я выскажусь и только потом уйду, – снова та самая кривая улыбка. – Викусь, ты же под воздействием некоторых препаратов не помнишь, с кем переспала в ту ночь, да? Так вот, боюсь тебя разочаровать, но это был я. И Дина, естественно, моя дочь! И я, Константин Огнев, отниму ее у тебя, – заявляет мой враг, без особых усилий переворачивая мою жизнь с ног на голову.