Глава 25. Вика

Перед работой мы с Максимом встречаемся у здания суда, чтобы подать заявление о разводе. Макс ждет меня у входа. Я рассчитываюсь с водителем такси и, зарывшись лицом в ворот теплого пальто, иду к нему.

– Привет, Вик, хорошо выглядишь, — обводит меня взглядом. Мы после выступления Алисы и того разговора на эмоциях ещё не виделись,

– Спасибо, ты тоже, – мягко улыбаюсь ему, а сама с трудом сдерживаюсь, чтобы не начать выпытывать подробности его жизни. Все же не чужие друг другу люди, мне очень хочется посмотреть на сына Максима, познакомиться с его избранницей.

– Так что изменилось? – интересуется он, распахивая передо мной дверь, – Ты сказала, что нас разведут быстро и без проблем.

Я вхожу в теплое помещение, стягиваю с головы шапку и поправляю волосы. Оглядываюсь по сторонам, пытаясь понять, куда нам идти.

– Ну, – медлю я, не решаясь сказать другу все как есть, – помнишь Руслана Алмазова? Ну, того мужчину, который…

– Который постоянно рядом с тобой вертится? Помню, – как-то слишком зло процедил он, словно к Руслану испытывал негатив. — Он, что ли, посуетился? Чтобы поскорее стать единственным мужчиной в твоей жизни? 

– Он отец Алисы, Максим, и мы на днях оформили отцовство и переделали ее свидетельство о рождении, — выпаливаю на одном дыхании, не видя смысла тянуть. —  Поэтому у нас с тобой теперь не числятся дети и нас разведут быстро. Только документы нужно все предоставить.

Я внимательно слежу за реакцией Максима. Он много раз пытался узнать у меня, от кого же я забеременела, но я молчала. 

– Алмазов отец Алиски? – излишне громко переспросил он, и люди вокруг обернулись в нашу сторону.

– Да.

– То есть ты хочешь сказать, что ты родила дочь от богатого мужика, но вынуждена была воспитывать ее сама и хвататься за любую работу, чтобы прокормить, а он спокойно жил своей жизнью? — Он сверлит меня злым взглядом. Такой реакции от Макса я точно не ожидала. 

– Не совсем так.

– А как?

Я не отвечаю. Сжимаю губы в тонкую линию и чувствую себя неуютно под его взглядом. 

— И теперь ты вот так легко его простила, еще и дочь на него записала? Он небось тебе наплел всякой чуши, а ты и купилась.

– Максим, ты все перекручиваешь. Там все не так.

– Но ты простила его, да? И вы теперь вместе?

Я тяжело вздыхаю.

– Что-то вроде того. — Отвожу взгляд в сторону. Из уст Максима все звучит совсем иначе. 

– Он оставил вас, Вика, а ты вот так просто все забыла.

– Ты свою Олю тоже оставил. Беременную. Но она ведь тебя простила, — не выдерживаю и раздраженно произношу я. Максим не имеет права меня осуждать. Это моя жизнь. В своей пусть разберётся для начала. 

– Ты права, — сдается он, говорит уже спокойней. — Я ничем не лучше его, но я волнуюсь за вас, Вика. Вы мне не чужие. И я не хочу, чтобы какой-то хрен разбил сердечки моих любимых девочек.

– Мы справимся, Максим. Все хорошо будет, — заверяю его, и самой хочется в это верить. — Руслан не так плох, как кажется. Ну и я уже не та двадцатилетняя девочка.

– Я надеюсь не это. Но знай, что я всегда готов прийти на помощь.

– Спасибо, Максим. – Касаюсь его предплечья и понимаю, что на глаза наворачиваются слезы. Ведь мы с ним и  в самом деле столько всего вместе прошли. И мою беременность, и рождение Алисы, ее болезни, первые шаги и выступления в детском саду.

– Пойдем. – Берет меня за руку. – Знаешь, в день, когда мы расписались, я искренне верил, что мне удастся тебя завоевать и ты моей станешь. Но, наверное, эта идея с самого начала была провальной. Даже не думал, что жизнь вот так все закрутит. 

– Ты помог мне так, как никто другой. И я всю жизнь буду благодарна тебе за это. Не теряйся, Максим. И  я очень надеюсь, что нам удастся дружить семьями.

– Оля к тебе ревнует, поэтому пока ничего обещать не могу, – смеется он.

– Переревнует. Когда поймет, что мы друзья.

Спустя полчаса мы выходим из здания суда, Максим подвозит меня до работы. В душе царит какая-то ностальгия. По тем временам, когда Алиска маленькая совсем была и мы по вечерам все вместе гулять ходили, болтали много, играли. Так быстро время бежит, и так все меняется. 

– Ты уверена, что Алмазов тот человек, которому стоит доверять? – разрушает Макс молчание между нами.

– Мне очень хочется верить в это. Потому что я, кажется, до сих пор его не разлюбила, — признаюсь и отворачиваюсь к окну, чтобы Максим не смог разглядеть румянец на моих щеках. Сама не ожидала от себя такого признания.

Вечером я забираю Алису от мамы, ей стало лучше. К счастью, завтра суббота, а с понедельника школа вновь начнет работать, и не нужно будет голову ломать, с кем оставить дочь. Мы, кстати, так и не забрали портфель Алиски из класса.

– Ужинать будешь? — спрашиваю дочь, когда оказываемся в нашей квартире.

– Нет, я у бабушки поела.

– Хорошо, а я жутко голодна. Уже дождаться не могу, когда ты вырастешь и будешь мне готовить всякие вкусняшки, – шучу я, открывая холодильник. Вчерашний салат и пельмени для ужина сойдут. Когда тянусь за тарелкой, телефон в кармане оживает.

Звонит Руслан. Он, кстати, сегодня мне только утром написал. Что весь день занят будет, у него на работе что-то случилось, поэтому забрать нас с Алиской и отвезти домой сегодня не сможет.

– Алло?

– Вик, привет, ты с работы уже домой добралась? – его голос как-то уж слишком взволнованно и нервно звучит.

– Да, вот только зашла.

– А куда-нибудь собираешься?

– Эм-м, нет.

– Хорошо. Я приеду. У меня просьба есть одна. Очень важная. Ты же свободна этим вечером?

– Ну, я с Алиской. А что, хочешь предложить что-то? — усмехаюсь я, мой голос пропитан флиртом. Мне отчего-то кажется, что Руслан решил с нами время провести. 

– Можно и так сказать, – тяжело вздыхает он, не разделяя моего игривого настроения. – Я буду минут через сорок, Вик, у меня тут ЧП случилось, не телефонный разговор. 

— Хорошо, — растерянно произношу я, слушая в трубке короткие гудки, потому что Алмазов уже отключился. 

Аппетит сразу же пропал, внутренняя тревога нарастала и не отступала. Я не знала, чем себя занять, слонялась по квартире, складывая вещи. Наконец-то раздался звонок, я вздрогнула и пошла открывать дверь. Отчего-то сомнений, кто за ней находится, не было. 

Я открываю дверь и резко выдыхаю. Руслан стоит за порогом, смотрит на меня взволнованно и виновато. А потом я взгляд вниз опускаю и мои глаза расширяются от удивления и недоумения. Потому что там мальчик, на вид не больше трёх лет ему, вцепился в штанину Руслана и выглядывает из-за его ног пугливо. Лицо заплаканное, глаза красные, смотрит на меня и икает. 

— Войти можно? — спрашивает Руслан, и я киваю, все ещё не понимая, что происходит и чей это ребёнок. 

Я растерянно смотрю на Руслана и часто-часто моргаю. Делаю несколько шагов назад, освобождая проход, и наблюдаю за тем, как Алмазов берет малыша на руки, проходит в квартиру и закрывает за собой дверь. Руслан снимает с головы мальчика шапку с огромным помпоном, целует в лоб, а потом возвращает взгляд ко мне. Прочищает горло и говорит то, что я ожидала услышать меньше всего:

– Вик, познакомься, это Артем, мой сын.

И смотрит на меня, ожидая реакции на внезапную новость.

Я открываю и закрываю рот, не зная, что сказать. Единственное, что с трудом выдавливаю из себя:

– Не знала, что у вас с Софи родился второй ребенок.

Выходит глухо и совсем не доброжелательно, но я все еще не могу понять, какого черта он привел к нам их сына. Чтобы что? Показать, какой у него славный малыш? Предоставить доказательства того, что их с Софи брак был не так уж плох и даже дал свои плоды? Сюр какой-то, честное слово.

Я начинаю злиться на Руслана. Настроение катится в пропасть. Малыш, конечно, славный, милый такой, на Руслана похож, глазки большие, карие, но проникнуться к нему любовью не удается. Потому что он очередное напоминание о существовании другой женщины в жизни Руслана. Женщины, которую он так безумно любил и ради которой готов был на все.

– Артем не от Софи, Вик, – негромко произносит он, в очередной раз вгоняя меня в ступор.

– Что? А от кого тогда?

Его слова сбивают меня с толку.

– Это… приятная ошибка молодости, если можно так сказать. Я хотел познакомить вас иначе, думал, подготовлю тебя к такой новости, заскочу в воскресенье, но…

В этот момент у него звонит телефон, Руслан опускает Артема на пол, тот сразу же рукой в полы его пальто вцепляется. Я внимательно разглядываю малыша, теперь совсем по-другому смотрю на него.

– Да? – громыхнул голос Руслана. – Скоро буду. Да. Без меня ничего не предпринимать.

Резким движением он вернул телефон обратно в карман. Стал вдруг злым и напряженным. Сделал глубокий вдох и потер переносицу, снова на меня посмотрел. С сомнением. Словно идея знакомства теперь кажется ему не такой уж хорошей.

– Вик, у меня там на объект технику не впускают, один человек заинтересован в том, чтобы этот участок земли перешел к нему, поэтому организовал небольшой митинг «зеленых». Я вчера няню уволил, не сошлись с ней взглядами, я думал Тёму на Софи оставить, мы вчетвером часто время проводим, он Киру обожает, но дочь набедокурила и на Тёмку все свалила, а Софи так разоралась, что я после того, как приехал, еще часа два успокоить его не мог. – Взгляд его при упоминании Софи становится злым и колючим, явно указывая на то, что уехал он от нее не без скандала. – Не могла бы ты, пожалуйста, присмотреть за ним несколько часиков? Я понимаю, что не должен тебя об этом просить, но я действительно не могу его сейчас никому доверить, а искать няню нет времени, мне ехать нужно. Он пацан взрослый, на горшок сам просится, не капризничает, только очень стеснительный и необщительный…

– Хорошо, Руслан, не беспокойся, – перебиваю его поток речи. Он очень взволнован сложившейся ситуацией, перед ребенком выяснять отношения не хочу, понимаю, что не расскажет больше ничего до тех пор, пока не вернется. –  Но я для него чужой человек, он впервые видит меня, что мне делать, если он начнет плакать и проситься к тебе? – с сомнением смотрю  на мальчика.

– Не начнет, – заверяет меня Руслан. – Все хорошо будет, правда, Тем? – Руслан расстегивает его куртку, помогает снять сапожки, потом берет его на руки и ко мне подходит. Так необычно наблюдать за тем, как он с маленьким ребенком возится. – Смотри, какая красивая тетя, сын, нравится?

Я улыбнулась, стараясь казаться доброжелательной и понравиться малышу.

– Привет, зайчик. – Беру его маленькую ручку в свою и ловлю его ответную улыбку, прежде чем он жмется к отцу и отворачивается, обнимая того за шею.

– Я тебя оставлю с Викой, Тём, мне поработать надо. Если ты себя хорошо вести будешь, она может стать твоей мамой. Ты же хочешь такую маму, правда?

Я шокированно смотрю на него. То, что он говорит… неправильно. Я ведь не его мама. Как он вообще додумался ребенку такое сказать? 

И вдруг понимаю кое-что важное:

– Ты сам его воспитываешь?

Руслан кивает, подтверждая мою догадку, вызывая во мне еще большее замешательство и абсолютное непонимание ситуации.

– Я, как вернусь, все тебе расскажу. Я и в самом деле не хотел затягивать, просто думал сделать это красиво.

Красиво... я вообще не понимаю, как можно красиво сообщить о том, что у тебя есть еще один ребенок, о котором ты до этого и словом не обмолвился. Шок – вот что я сейчас чувствую. Шок и абсолютное непонимание ситуации.

Из комнаты выбегает Алиса, услышав голос отца.

– Папа, ты к нам? – спрашивает и застывает, с интересом рассматривая Артема. – А это кто?

Мы с Русланом переглядываемся.

– Это твой братик, Алис, –  беру инициативу в свои руки. – Ты ведь всегда хотела братика или сестричку.

– А почему он такой большой? Разве братики и сестрички не появляются маленькими крохами?

– Потому что он жил с папой все это время.

Руслан опускает Тёму на пол, малыш испуганно разглядывает нас с дочкой. Алиса подходит к нему, протягивает птичку, с которой выбежала в коридор.

– Хочешь со мной пойти поиграть? У меня есть игрушки и книжки с картинками.

Глаза малыша загораются, он несмело тянется за птичкой, голову поворачивает к отцу, как бы спрашивая разрешения.

– Девочку Алиса зовут, Тём, иди поиграй с ней, а я скоро вернусь.

– Тетя хорошая? – спрашивает малыш.

– Очень. У нее есть конфетки, я сегодня разрешаю съесть две. – Руслан такой милый сейчас, что просто невозможно злиться на него. Он отличный отец. Просто невероятный, раз в одиночку смог воспитать такого прекрасного малыша.

Артем все еще с сомнением на меня смотрит. У Руслана звонит телефон, он скидывает.

– Все, мне бежать пора. Тём, тебя никто не обидит, тетя Вика очень хорошая, она присмотрит за тобой.

– Мама плохая, – внезапно сообщает он.

– Софи мама Киры, Тём, не твоя. – А потом ко мне обращается: – Прости, у него сейчас такой возраст, когда он то няню, то Софи мамой называет. Тем более что он слышит, как Кира «мама» говорит, и не может понять, почему у всех она есть, а у него только я.

– Она мама? – Артем показывает в меня пальцем и смотрит на Руслана, ожидая от того ответ.

У меня в горле ком застревает. Я не могу сказать, что я его мама, но и обратное выдавить из себя не получается. Поэтому пытаюсь сгладить острые углы словами:

– Давайте все вместе пойдем искать конфетки. А ты ужинал, Тём? Или кушать хочешь? – мой голос дрожит от переполняющих меня эмоций и волнения. Я понимаю, что если у нас с Русланом все получится, то в моей жизни еще один ребенок появится. И ответственность за него я разделю вместе с Алмазовым.

– Конфетки, – выдает он и берется за мою протянутую руку.

– Хорошо, тогда съедим по конфетке, а потом будем сказки читать. – Я веду детей к кухне, оборачиваюсь и ловлю на себе благодарный взгляд Руслана. Он кивает мне и тихонько открывает дверь, чтобы Артем не заметил его ухода. А я все прокручиваю в голове, что могло произойти с матерью мальчика и кто она вообще такая.

***

У Руслана чудесный малыш. Слишком пугливый, но красивый и милый. Он теряется в новой обстановке, смущенно улыбается, когда Алиса его рассмешить пытается, я же наблюдаю за ними и не могу понять, что к мальчику чувствую.

Я все еще пребываю в шоке. Ребенок – это ведь не собачка, о которой забывают тебе сообщить. Это живой человечек, полноправный член семьи. Я, конечно, понимаю, что всего неделя прошла с тех пор, как мы с Русланом решили все заново попробовать, но разве не должен он был сообщить о наличии сына до того, как предлагать мне поиграть в семью?

Я стараюсь скрыть свое раздражение, потому что дети слишком остро чувствуют изменения настроения взрослых. К счастью, Артем оказывается спокойным мальчиком, несколько раз норовит расплакаться, но нам с Алисой удается отвлечь его. Он пока плохо разговаривает, в его возрасте Алиска уже вовсю щебетала, но детки разные, кто-то раньше начинает говорить, кто-то позже.

– Так, давайте переоденемся в пижамки и будем слушать сказки, – предлагаю я, когда понимаю, что уже одиннадцатый час ночи, а от Руслана ни звоночка, ни сообщения. Я начинаю волноваться о нем. Не зря меня весь день плохое предчувствие не покидало.

Я достаю старые вещи Алисы, которые давно ей малы, удается найти нейтрального цвета штанишки и маечку. Переодеваю Артема, и мы втроем забираемся на мою кровать. Открываю книжку с красочными картинками и начинаю читать. Алиска справа от меня лежит и заглядывает в книгу, Артем – слева.

Малыш прижался ко мне и ухватился маленькими пальчиками за рукав моего халата. Хоть я и зла на Руслана, но на это маленькое солнышко злиться не получается. Он с восторгом меня слушает, рассматривая картинки с принцессой и драконом. Несколько раз зевает, мостится удобней рядом.

Сама не замечаю, как засыпаю следом за детьми с раскрытой книгой на груди, а потом вздрагиваю от чьего-то чужого прикосновения.

Резко распахиваю глаза и встречаюсь взглядом с Русланом. Уголки его губ ползут вверх, он выдавливает из себя усталую улыбку.

– Перенесу их в детскую? – то ли спрашивает, то ли утверждает он.

– Подожди, я кресло разложу, Артемку на Алискину кровать положим, а ее в кресло.

Я осторожно освобождаюсь от детских ручек. На Руслана не смотрю. Выхожу из комнаты и резкими движениями достаю из шкафа запасное одеяло и подушку. Расстилаю на кресле постель, Алмазов Артемку укладывает в кроватку.

– Это девчачьи штаны на нем? – спрашивает тихо.

– Ну уж прости, что нашла, то и надела, – шиплю в ответ.

– Не злись, – устало выдыхает и идет за Алиской. Мне, наверное, стоило ему сказать, чтобы дочь со мной на ночь оставил, но поздно сообразила.

Я ухожу в кухню, щелкаю кнопку на чайнике, достаю чашки. Пытаюсь хоть чем-то руки свои занять, чтобы на Руслана не смотреть. Его присутствие улавливаю не по звуку шагов, а по тому, как сгущается воздух вокруг и дышать становится тяжело.

– Вик, – зовет меня, останавливаясь за моей спиной. Я насыпаю в чашку сахар. Одну ложку, другую, третью. Движения резкие, я взвинчена до предела. Руслан перехватывает мою руку, его прикосновение обжигает. – Посмотри на меня, – просит с надрывом, разворачивая меня к себе.

Я сглатываю, поднимаю на него взгляд. Руслан выглядит уставшим и сонным. Я прикусываю нижнюю губу, жду его объяснений.

– Я собирался познакомить вас, – оправдывается он, ловя в моем взгляде прямой укор. Утыкается носом мне в ключицу, прижимает к себе. Я же словно окаменела, пошевелиться не могу совсем.

– Мне кажется, это нужно было сделать до того, как ты предложил мне отношения, – голос напоминает карканье, в горле пересохло. Чайник начинает шипеть, заполняя молчаливую паузу между нами.

– Разве наличие ребенка как-то повлияло бы на твое решение? – Он выпрямляется, смотрит мне в глаза с вызовом. 

– Нет, но… – замолкаю, сжимая губы в тонкую линию.

– Но?

– Но ты поступил неправильно, умолчав о важном факте своей жизни, Руслан, – говорю с упреком.

Я отталкиваю от себя его руки, отхожу к окну, открываю форточку, так как вдруг стало неимоверно жарко. Жадно вдыхаю морозный воздух, плотнее на груди запахиваю халат.

– Я не знал, как тебе сказать, Вик. Боялся, если честно, что маленький ребенок от другой женщины тебя отпугнет.

Я недоверчиво качаю головой.

– Кто его мать? Почему ты один его воспитываешь? Я хочу знать все, без вранья, Руслан. Я так устала от недомолвок, от того, что обо всем мне догадываться нужно.  Это выматывает и откатывает наши с тобой отношения на шаг назад. Ты обещал мне, Руслан, что никаких секретов между нами больше не будет. Даже недели не прошло после того разговора. Как мне после этого доверять тебе? Что, если у тебя еще три жены и пятеро детей окажется?

– Нет никаких жен и детей, – резко отрезает он.

– Уверен? Потому что у меня сложилось ощущение, что когда ты был подростком, то пропустил лекции по половому воспитанию и понятия не имеешь о средствах контрацепции, – громко выкрикиваю я, не сдержав эмоции. – Не удивлюсь, если завтра окажется, что у тебя целая футбольная команда из детей собралась и ты их всех ко мне в квартиру притащишь.

Взгляд Руслана меркнет, и я сразу же жалею о последних произнесенных мной словах.

– Не передергивай. Нет у меня больше детей, – Руслан заводится следом за мной.

– Ну, еще месяц назад ты о существовании Алисы понятия не имел, – резонно замечаю я.

Руслан трет ладонями лицо, выдвигает из-под стола табуретку и садится на нее.

– У меня был роман. Красивая девушка, хорошая с виду и добрая, – резко выдохнув из себя воздух, начинает он, при этом отрешенно глядя в стену перед собой.   Меня кольнули его слова. Упоминание о другой женщине в его жизни неприятным осадком осело внутри.