Глава 23

– Господин опекун?

Голос рыжей ведьмы нарушил всю магию момента, и я чуть не упала, когда дракон резко убрал руку и отпрянул. Но все же именно он помог мне устоять на ногах, вернув руку на мою талию. Правда, к себе уже не прижимал, а развернул полубоком. И мы оба увидели Шшилку, она стояла на последних ступеньках лестницы, держа в руке корзинку с чем-то. Белая тканая салфетка, прикрывающая содержимое корзинки, не могла скрыть аппетитный аромат, от которого у меня чуть слюнки не потекли, а желудок напомнил, что он пуст.

Но, кажется, только я обратила внимание на то, что у ведьмы было в руках, и о еде в этот момент подумала тоже только я.

Дракон типа кашлянул. Магический светильник над нашими головами засветился сильнее, что дало ведьме возможность убедиться, что на мне почти ничего нет.

Двоякость ситуации была очевидна.

Лицо рыжей ведьмы выражало удивление.

– Господин Дарстэн, вашей подопечной стало плохо? Простите, я должна была уже вернуться, но меня задержали. Вы знаете, какими общительными могут быть гномы и орки. Эльза так любит поговорить.

Вот же ж рыжая плутовка, нашла оправдание своему длительному отсутствию и тут же давала дракону приличный повод, чтобы обосновать его присутствие в девичьей спальне посредине ночи.

Пока дракон обдумывал ответ, она быстро поднялась и подошла к нам.

– Я позабочусь о госпоже. Обещаю, больше такого не повторится. Позвольте, я провожу госпожу обратно в спальню, тут прохладно.

Только после слов Шшилки я поняла, что вышла за пределы своей тюрьмы. Мы с драконом уже стояли не на пороге спальне, а на лестничной площадке. Осмыслить, что именно произошло, я не успела. И этот вопрос оставался открытым, то ли защитная магия перестала действовать, то ли я и раньше могла выйти из спальни, но только в сопровождении хозяина дома.

Дракону же не оставалось ничего другого, как убрать руку с моей талии и дать служанке увести свою хозяйку. При приближении Шшилки книга в руках дракона засветилась, но на это обратила внимание только я.

Или мне это померещилось?

Растерянная и чуточку разочарованная появлением ведьмы, я молча последовала за ней. Магический светящийся шарик хотел последовать за нами. Но Шшилка не пустила его в спальню. Стоило только двери закрыться за нашими спинами, как я выпалила:

– Он меня чуть не поцеловал! Вот зачем ты пришла так не вовремя?!

Степень моего недовольства я выразила еще и ножкой топнув.

– Скажи спасибо, что я пришла вовремя. Последние два квартала чуть ли не бежала. Но хвала всем трем солнцам Врат Яаннелесва, успела! – начала отчитывать меня ведьма и указала на открытую дверь ванной комнаты, в которой она уже включила освещение, лишь махнув рукой. – Марш руки мыть. Твой желудок умнее тебя, и ему поцелуи дракона не нужны. Вон как урчит голодный, я аж на лестнице услышала.

Тихо бурча себе под нос, я пошла в ванную мыть руки.

– Тебя не понять! То ты говоришь, чтобы я охмурила дракона, чтобы ему крышу снесло, то ругаешься из-за того, что мы чуть не поцеловались. Походу, это не у меня раздвоение личности, а у тебя что-то с головой.

Шшилка, стоя спиной к зеркалу и вполуха слушая меня, уже занялась моим поздним ужином. И хотя расстояние от ванны до стола, на который она поставила корзинку и что-то там в ней перебирала, было приличным, эта змеюка расслышала каждое мое слово.

– Ты мне побурчи еще! У меня, в отличие от вас двоих, с головой все в порядке. Или ты забыла, что случилось, когда вы первый раз встретились и он тебя поцеловал?

Аргумент, приведенный рыжей ведьмой, был весомым. И на время я умолкла. Помыв руки, вернулась в спальню и не нашла ведьму у стола. Присмотревшись, я поняла, что изменилось в комнате. Кристаллы-светильники, закрепленные по обе стороны от кровати (заменяющие бра), теплым желтым светом освещали половину комнаты. В отличие от магического светильника, следующего за хозяином, эти, можно сказать, были стационарными и включались от прикосновения (и в них яркость регулировалась так же прикосновением и никак не зависела от эмоций окружающих).

Точнее, это я, не владеющая магией могла заставить их работать прикосновением, а вот моя рыжая ведьмочка могла делать это дистанционно. Как и дракон.

Сейчас Шшилка сидела на кровати, опять же спиной к зеркалу и держала в руках расческу. Корзинка стояла рядом. Приглушив свет одного из светильников, Шшилка похлопала свободной рукой по покрывалу перед собой и сказала:

– Иди садись, пока ты поужинаешь, я тебя расчешу и по новой заплету. Ну и между делом расскажу, где была и что нового узнала.

При мысли о еде, а особенно о пироге с мясом, приготовленным Эльзой, настроение улучшилось. Поэтому упрашивать меня не нужно было. Шустро обошла кровать и, заняв указанное ведьмой место, полезла в корзинку. Доставая еще теплый кусок пирога, я спросила:

– А почему не за столом? Ты же ругаешься, когда я ем в кровати.

– Потому что стол попадает в угол обзора зеркала. Если дракон все же наблюдает через него за этой комнатой, то ему не нужно знать, что мы догадались про снотворное в эле.

– Согласна, – кивнула я, откусывая первый кусочек и задавая следующий вопрос, – а почему ты так мало взяла?

– А нечего много жрать по ночам, я бы и этот не стала тебе давать сейчас, если бы не твой громкий желудок.

– Бла-бла-бла, – кивала я и жевала, – давай еще лекцию прочитай. Зачем тогда ты брала его у Эльзы, если не хотела меня им накормить?

– А затем, что она предложила, а я не стала обижать ее отказом, – спокойно ответила Шшилка, – и вообще, тебе интересно узнать только про пирог или все же рассказать тебе, где гном?

Тут я даже поперхнулась и, отложив недоеденный кусок пирога, развернулась лицом к ведьме. Шшилка сделала вид, что ничего такого не сказала, но я все же переспросила:

– Ты про Ласта?

– А что, есть другие гномы, у которых ты должна всеми правдами и неправдами выпросить что-то?

– Но ты же сказала, что не будешь мне с этим помогать… – начала я.

Рыжая отмахнулась и попыталась снова развернуть меня лицом от себя.

– Ну а кто тебе еще поможет, если не Шшилка, – тихо ответила она и уже громче добавила, добавив в голос строгости: – Куда ты ленту дела? Вот бедовая девка, на тебя и ленточек не напасешься!

Вопрос, конечно же, был лишь для смены темы, но я и не думала на него отвечать. Развернувшись полностью, обняла ведьму.

– Спасибочки! Что бы я без тебя делала? Бабулечка ты моя, змеюченька! Я говорила тебе раньше, как сильно тебя люблю?

Ведьма попыталась отстраниться со словами:

– Ты забыла, что в человеческом теле я тебе в бабушки не гожусь и слово «змеюченька» звучит как ругательство! Так что выбирай выражения, хорошо?

Соглашаясь с ее словами, я кивнула.

– Так, разворачивайся и доедай, а я расскажу, что узнала, – скомандовала ведьма.

Послушно выполнив ее приказ, я развернулась к ней спиной. Но есть уже не хотелось. Поэтому я завернула остаток пирога в салфетку и открыла бутылку фирменного гномьего эля. Эльза славилась тем, что умела варить чудный эль с фруктовым вкусом, чем-то напоминающий сидр. Вкус был мягким, им можно было поить и младенцев, и разбавлять его не требовалось.

Ведьма тем временем, не вставая с кровати, взмахом руки подняла ленточку и снова заплела мне косу. Пока она это делала, я молча ее слушала.

– Так вот. Ласт до сих пор ждет суда. Помнишь того парнишку, который всегда приходил с ним? Так вот, он же тоже дракон. Хоть и полукровка, но представляешь, защищая гнома от Дарстэна, чуть не перешел в драконью ипостась. А Ласт кинулся его защищать. В общем, там такая каша была. Я сама этого не видела. Но Эльза мне рассказала, что Ласт задел парнишку мечом, и у того теперь обезображена правая часть лица. Я думала, что она преувеличивает, и потом, магические лекари лечат почти все. Но сегодня этот парнишка поджидал меня у таверны. Могу сказать, меч и правда оставил на его лице шрамы. Жалко парня, но даже я не смогла бы его вылечить. Но он искал меня не для этого. Он попросил, чтобы ты заступилась за Ласта. Твое слово на суде в защиту гнома будет очень значимым. Ведь когда ты попросила защиты у него, он тебе не отказал.

Шшилка не тараторила, но говорила быстро, но тут сделала паузу и добавила с сарказмом:

– Я, конечно, поспорила насчет того, что он прямо так сразу согласился стать твоим опекуном. Но это слова парнишки-дракона. Надо отдать ему должное, этот полукровка жизнь готов отдать за гнома и пытается помочь лысому коротышке любым способом. О том, что я твоя служанка, ему Эльза рассказала. Хотя об этом уже весь город знает. Все со мной здороваются и передают тебе пожелания скорейшего выздоровления. Для всех ты все еще при смерти. Зачем дракон распускает этот слух, я не знаю. Но это как раз может быть одной из причин, по которой и суд над Ластом откладывается. Пробиться в этот дом парнишка-полукровка не смог, вот и караулил меня у таверны. Хочу заметить, что-то мастера совсем не торопятся, попытки Тродрога, нашего зеленого орк-повара, ускорить этот процесс тщетны. В час по чайной ложке. Только-только с крышей закончили сегодня после обеда. А внутри еще столько дел. Лестницу на второй этаж вообще забыли поставить, у них ее, видишь ли, в плане нет. С господином Дарстэном этот вопрос они еще не обсуждали. Представляешь, второй этаж по плану есть, а лестницы нет?!

– Погоди, я же забыла тебе сказать, – перебила я ее и снова развернулась лицом, – дракон пообещал, что через два дня мы вернемся домой! А парня зовут Вэрстен. Его мать вроде как его отца опоила Мэлем, и он принял ее за свою истинную, а потом выяснилось, что это не так.

Тут уже сама Шшилка притормозила меня. Информацию о парне она проигнорировала, ее больше заинтриговало другое.

– Вот это новость! Что ты такого сделала, что господин Железный дракон вдруг тебе такое пообещал? Это же было до того, как я застукала вас?

Юная девица Кэт засмущалась бы под пристальным взглядом ведьмы, а вот взрослая я махнула рукой и ответила:

– Да ничего такого я не делала. И вообще, объясни мне наконец, почему ты сама себе противоречишь? Так мне нужно охмурить Дарстэна или нет?

– Нужно! Нужно, чтобы он помог тебе. Помог добраться до Ласта, помог избежать ареста, если вдруг тебе выдвинут обвинения в изготовлении и контрабанде манго и Мэля. Но тебе нельзя с ним целоваться!

– Да почему? – не выдержала я и перебила ее: – Что такого ужасного случится?

– Ты, кажется, забыла, что сделал дракон в день вашего знакомства? Он же чуть тебя не спалил? А началось все тоже с одного поцелуя.

– Он был одурманен натуральным соком манго, – попыталась я оправдать Дарстэна, – и ты сама сказала, что все так получилось из-за того, что я иномирянка, что во мне вообще не было магии. А сейчас у меня тело Кэт, и не то чтобы я сильно хочу этого, но чем один поцелуй может быть так страшен для меня?