Глава 51

Настя

Начало мне уже не нравится.

– Может, не надо? – предпринимаю слабую попытку отвертеться от разговора. – Сейчас ночь – не самое подходящее время для разговоров подобного рода.

– А мне кажется наоборот, – хмыкает Динар, криво улыбаясь, но при этом оставаясь все таким же серьезным и собранным. Как на каком-то важном совещании. – Ты выспалась за весь день, а я не смогу уснуть от мыслей, крутящихся в голове.

С шумом выпускаю воздух из легких. Смотрю на дно своей кружки, как будто надеюсь найти там ответы.

– Если ты про высказывания Поли, то…– сглатываю и прикрываю глаза. Черт, как же тяжело мне все это дается! Я вообще не планировала исповедоваться перед Рахимовым. Не хочу, чтобы он подумал, будто я пытаюсь своими словами вызвать у него жалость! – То я никогда не экономила на ребенке. И уж точно не стала бы попрекать ее какими-то сандалиями! И я вообще думала, что Кукленыш спит! И предположить не могла, что еще воспримет мои слезы на свой счет…

Осторожно, как из укрытия, бросаю быстрый взгляд на Динара. Он грустнеет с каждой секундой, а на лицо как будто наплывает маска. Сейчас передо мной не тот Динар Рахимов, которого я знаю и который готовит божественную овсянку с фруктами. Сейчас он в своей «стихии» – жесткий бизнесмен. И я не знаю этого человека напротив.

– Ты его любишь?

Резко вскидываю голову и напарываюсь на внимательный темный взгляд. Динар смотрит так, как будто от моих слов зависит его дальнейшая судьба! А я …я ничего не понимаю, черт возьми!

– О ком ты?

– О твоем муже.

– А он здесь причем?

– Просто ответь на вопрос, Настен. Ты любишь своего мужа?

– Нет, – отвечаю, не задумываясь.

И это чистая правда.

Жаль, что поняла я это только теперь. Что врала и себе, и Тимофею эти годы. У меня была симпатия, было уважение к нему, даже чувства! Но, к сожалению, любовью их назвать нельзя. Потому что понимаю, что любила я только Динара. Жаль только, что никто из них не оценил моих чувств…

Рахимова же радует мой ответ. Он старается скрыть, как выдохнул с облегчением, старается спрятать улыбку в уголках губ. Вот только сияния глаз никуда не деть.

– Хорошо.

Вскидываю удивленно брови.

– Это ничего не меняет по отношению к тебе, Динар. Я не собираюсь прыгать из рук мужа в твои. Сразу предупреждаю, чтобы потом не было никаких недоразумений.

– Да-да, конечно-конечно, – кивает этот хитрый засранец. Но тут же становится вновь серьезным. – Если что, я ни в чем не собирался тебя обвинять! Даже мысли не было! Ты отдаешь ребенку все, что можешь как в материальном плане, так и в эмоциональном. Это заметно невооруженным взглядом. Поля очень к тебе привязана. Она всесторонне развита и хорошо воспитана. Спасибо тебе за дочь, Настен.

Киваю, смущенная словами Динара. А он, усыпив мою бдительность, продолжает сыпать вопросами.

– Почему вы разводитесь с мужем?

– Я не хочу говорить об этом. Напомню, что тебя это не касается.

– Меня касается все, что касается моей дочери, Настен, – Динар чеканит каждое слово. И сейчас он непримирим – не отступится, пока не узнает правды. – Хорошо, спрошу по-другому: что за игра в прятки, в которую вы играете с Полей который месяц? Вы прячетесь от твоего мужа? Он тебе угрожает? Ты поэтому плакала?

Поджимаю губы, отворачиваясь в сторону. С интересом разглядываю узор на модной столешнице кухонного гарнитура и с силой, до ожогов на ладони сжимаю кружку с чаем. Молчу, но Динар не торопит и не давит. Даже, кажется, не дышит, чтобы дать мне возможность собраться с мыслями.

Я уже однажды позволила себе быть просто слабой женщиной, так почему я не могу сделать этого еще раз? Если посмотреть правде в глаза, то стоит признаться самой себе, что мне не выстоять против Тимофея и его связей в одиночку. И, пока я накоплю на приличного адвоката, может случиться непоправимое…

А Динар…Его чувства к дочери неподдельные. И он старается помочь изо всех сил. А еще доказывает не на словах, а поступками, что ему можно доверять. И я сердцем чувствую – он действительно не даст нас в обиду.

– Я сбежала, потому что Тимофей мне изменил. Изменил и решил, что заберет нашу дочь в свою новую жизнь. Благодаря подруге я узнала о его планах заранее и сбежала. Я должна была жить в других условиях, в другом месте, но при этом вынужденном переезде потеряла все деньги. Валя чисто случайно проходила мимо и спасла нас. А плакала…плакала, потому что никак не могу накопить денег на адвоката, и поэтому развод все откладывается. Сил не хватало на все…Вот я и сорвалась.

Динар матерится на татарском и хлопает ладонью по столу.

– Этот говнюк не сможет отобрать нашу дочь! Хрена лысого я ему ее отдам!

– Сможет, Динар, – грустно качаю головой со слезами на глазах. – По документам он – отец Поли. И полноправный родитель. А у меня…у меня ни постоянной высокооплачиваемой работы, ни собственного жилья. Ни сбережений, чтобы противостоять связям Тимофея.

Рахимов барабанит пальцами по столу, что-то напряженно обдумывая.

– Не переживай, Настен. Я тоже не пальцем деланый. Я отвоюю нашу дочь у сатаны, не то что у твоего бывшего мужа.