Глава 23

Малышка вместо ответа сжимается вся в моих руках и, как слепой котёнок, тянется губами к моим. В поисках ласки и защиты. Подаюсь навстречу и коротко целую. – Котёнок, рассказывай. Стараюсь говорить мягко, не хочется пугать её ещё сильнее. И так кто-то постарался. Я всё равно узнаю, с кем она успела с утра пообщаться, но хочется, чтобы она открылась сама. Доверилась. Ласково провожу кончиками пальцев по щеке, заправляю светлые пряди за аккуратное ушко. Малышка. Светлая и наивная. Так страшно не уберечь её. Сломать. Прекрасно понимаю, что именно она ждёт от меня, только не время ещё. – Свет, иногда слова – это просто слова. Пустые. Ничего не значащие. Гораздо важнее то, что между людьми. Например, доверие. Пальцами дотрагиваюсь до её виска. – Пока не начнёшь доверять мне здесь. Затем касаюсь груди, где бьётся её сердце. – И здесь. Мои слова останутся лишь словами, которым ты не будешь верить. Сомнения не позволят. Малышка хочет поспорить. Несколько раз открывает и закрывает рот, но в итоге сдаётся. Обнимает меня, утыкаясь лицом в мою грудь. Не тороплю её, даю время всё осмыслить, лишь перебираю светлые прядки. Дышу сладким, ни с чем не сравнимым ароматом, от которого так легко потерять здравый смысл. – Папа звонил, – так и не подняв голову, начинает говорить она. – Хочет с тобой встретиться, иначе пойдёт к журналистам и расскажет правду. – Хочет – встретимся. Котёнок, посмотри на меня. Света поднимает голову и заглядывает прямо в глаза – выворачивает наизнанку своим чистым взглядом. Каким же нужно быть ничтожеством, чтобы её обидеть? Тем более родную дочь. – Мне жаль, что у тебя такой отец, но, Свет, он точно не стоит того, чтобы ты из-за него нервничала. Обещаю, он тебя больше не побеспокоит. Малышка ещё долго смотрит в мои глаза, едва заметно кивает, но вместо облегчения на её на лице, наоборот, появляется сожаление или вина. Отводит взгляд быстрее, чем я успеваю прочесть хоть что-то в них. И снова прячется на моей груди, так тихо произносит, что приходится напрячь слух, чтобы не пропустить ни единого слова: – Я попросила Демьяна мне помочь. Невольно напрягаюсь, совершенно не понимая, какая помощь жене потребовалась от моего брата. То, что последний согласился из жажды мести мне, не сомневаюсь. Неужели я где-то перегнул палку? И ей потребовалась защита от меня? Неприятно, но поправимо. – Попросила сделать ДНК-тест. Я и Макар. Поднимает голову и пронзает в самое сердце своими светлыми глазами, в которых собрались слёзы, окончательно обезоруживая меня: не хочу, чтобы она когда-либо плакала. – Прости, Лев. – Это невозможно. – Знаю, но… – Малышка начинает бегать взглядом по комнате, будто ищет помощи. – Я чувствую так. Ты можешь не воспринимать меня всерьёз, считать глупой, но я всё равно сделаю это. Проверю. Только когда увижу результат, успокоюсь. – Свет, зачем? Ты его мать, скоро будут готовы документы, подтверждающие этот факт. Ты любишь сына. Он любит тебя. Я же вижу, как вы друг к другу тянетесь. Разве этого недостаточно? – Более чем. – Но ты не передумаешь? По решительному взгляду вижу ответ. Порой меня поражает, как она, оставаясь такой мягкой, бывает тверда в своих решениях. – Хорошо, после завтрака сразу поедем в клинику, которой я доверяю. Свет, я только об одном прошу: не связывайся с Демьяном. Ты его не знаешь, но он ради достижения своих целей воспользуется тобой, не пожалеет. Света упрямо мотает головой. Даже не удивлён, что младший успел запудрить ей мозги. – Чтобы у вас ни произошло в прошлом, но сейчас Демьян хочет наладить с тобой отношения. Он тебя любит. Моя добрая, доверчивая малышка. Не спорю с ней, пусть такой и остаётся, но надо позаботиться, чтобы некоторые и не думали действовать через неё. Но это потом, сейчас хватит серьёзных разговоров. Ещё один короткий, но от этого не менее сладкий поцелуй, и спускаю её с комода. – Сын, наверное, проснулся. Поможешь ему собраться или Ольгу попроси, а мне нужно сделать один звонок. – Лев. – Она ловит меня за руку. – Пожалуйста, не ругайся с Демьяном. Моя маленькая, добрая малышка совсем не представляет, каких демонов будет своей, на первый взгляд, невинной просьбой. – Он тебе дорог? Ищу ответ в глазах, которые не знают лжи. Давно не верю словам: это всего лишь пустой звук. Но Свете хочется верить. – Нет! Не в этом смысле, Лев. Девушка сжимает мою ладонь и с беспокойством заглядывает в глаза. – Он же твой брат! Да, Демьян тебя провоцирует, но просто потому, что не знает, как по-другому достучаться до тебя. Ты же никого не подпускаешь к себе. Последние слова говорит тише и с грустью, явно имея в виду не только брата, чем выворачивает мне душу. – Это не так, Свет. Произношу искренне, но вижу, что она не верит. В её голове сейчас слишком много сомнений. И впервые жизни я не понимаю, что делать. Всегда привык просчитывать все ходы наперёд, но с моей девочкой это не работает с первой нашей встречи. Фиктивный брак стал настоящим. Думал, её тела будет достаточно, но нет – хочу её душу. Чтобы была только моей. И вроде говорит, что любит. Только любовь её юношеская – неокрепшая, спугнуть легко, улетит – и больше никогда не вернёшь. – Иди к сыну. Обещаю, не буду звонить Демьяну и ругаться с ним. Девичье лицо озаряется улыбкой, которая не оставляет равнодушным: согревает меня. Может, и правы те, кто говорит, что я бездушен, но рядом с моей девочкой я оживаю. – Спасибо. Привстаёт на носочки и нежно касается моей щеки. Первым делом я звоню помощнику. – Отмени на сегодня встречи. На том конце провода повисает тишина, а потом Пётр нерешительно уточняет: – Все? Даже с Козловым? Морщусь. Эту встречу нежелательно переносить. Я и собирался на работу ехать только из-за неё, но планы изменились. Сегодня не хочу оставлять Свету. – Да. – Х-хорошо, Лев Борисович. – Ещё позвони моему тестю, назначь встречу на завтра в восемь утра в офисе. Специально выбираю неудобное время, чтобы показать: никто не собирается идти на поводу его шантажа. – Звони, если только что-то срочное, остальное делегируй. – Хорошо. Быстро пишу сообщения со срочными задачами замам и спускаюсь в столовую. Света и Макар уже на месте. Малышка пытается накормить сына, а тот вредничает. Сажусь рядом и забираю у Светы тарелку и ложку сына. – Ешь сама, сына покормлю. Во-первых, со мной Макар послушнее, а во-вторых, мне нравится кормить сына. Не верю, что добровольно от этого отказывался. Всё из-за слов психолога. Она утверждала, что нельзя сына привязывать к себе. Он должен привыкать к самостоятельности. Сейчас понимаю: «Ерунда!» Воспитать в нём мужчину мы ещё успеем, но, пока он маленький, можно и побаловать его. – Мне нравится, – произносит малышка с довольной улыбкой. Вопросительно приподнимаю бровь, прося договорить, что именно она имеет в виду. – Нравится смотреть, как ты кормишь нашего сына. Такой домашний и милый, совсем не похож на разъярённого льва. – Значит, в остальное время я тебе напоминаю дикого кошака? Света прикусывает нижнюю губу и игриво пожимает плечами. – Хищника, – поправляет она меня, не сдерживая счастливой улыбки. Были бы мы сейчас одни, я бы с удовольствием устроил охоту на одну малышку. И, судя по покрасневшим щёчкам жены, она прекрасно понимает мой посыл. Дальше мы болтаем о всякой ерунде, но я то и дело ловлю на себе смущённые взгляды жены. Котёнок даже не представляет, какой эффект производит на меня. Нам необходим медовый месяц. Желательно вдвоём. Макара можно оставить с бабушками. Думаю, никто не будет против, тем более есть опытная няня на подхвате. – Сначала заедем в клинику, а потом – куда скажете. Вглядываюсь в их лица. Мне мерещится, что они и правда похожи, даже мимикой. Только это бред. Света никак не может быть матерью Макара. Мы с Алиной делали ЭКО в проверенной клинике. Да и к чему было втайне брать чужой биоматериал? Но, несмотря на доводы рассудка, звоню другу, когда остаюсь на пару минут один. – Денис, не в службу, а в дружбу. Можешь проверить клинику «Здоровье»? – Что-то конкретное ищем? – Могли ли они пойти на махинации и использовать чужой материал при ЭКО. – Ты же делал ДНК-тест. Друг в курсе, что, когда родился сын, я первым делом проверил, что Алина не пытается меня обмануть. Тест был сделан в нескольких лабораториях под чужими именами. Для надёжности. Но мне и в голову не пришло бы проверять мать моего ребёнка. Да я и до сих пор не вижу в этом смысла. Но тем не менее поддаюсь интуиции жены и решаю всё перепроверить. – Свете кажется, что Макар её сын. – А это возможно? – Вот я и хочу, чтобы ты помог мне разобраться. – Ок. Как что-то узнаю, наберу тебя. В клинике, не жалея денег, переплачиваю за срочность. И, кажется, жду не меньше Светы результата, который будет лишь через три дня. Звонок от помощника застаёт нас как раз на выходе из клиники. – Да, Пётр. – Лев Борисович, вас тесть сейчас перезвонил и отменил встречу. Дословно: «Наш разговор больше не актуален». – Пусть ребята из службы безопасности проверят его. Особенно сегодняшний день: с кем виделся, общался. Резкая смена настроения родственничка настораживает: сначала рвался познакомиться. А потом вдруг передумал? Не бывает так. Нужно как можно скорее выяснить причину изменений. – Мы хотим в парк. Света счастливо жмурится от летнего солнца. Красивая. Не устояв, провожу пальцами по бархатистой коже щеки, на что мой котёнок поддаётся, будто ей мало ласки и нужно ещё. – Значит, едем в парк. – Ты правда будешь с нами весь день? В её голосе полным-полно скепсиса, что неприятным осадком оседает на душе. Всё же пора прекращать пропадать на работе и начать уделять время семье.