Глава 7

Всю дорогу до дома смотрю на своё отражение. Почему-то сложно поверить, что Лев не стал меня переделывать. Я осталась абсолютно такой же. Просто волосы стали выглядеть ухоженнее. И лицо будто светится изнутри. Опускаю взгляд и только сейчас обращаю внимание на новую одежду. Она похожа на ту, что ношу. Просто другого качества. Но стиль и даже цвета максимально приближены к тому, к чему я привыкла. Мне казалось, после сегодняшнего дня я не узнаю саму себя. Буду напоминать одну из тех гламурных девушек, что видела мельком в магазине, в котором работала. Снова смотрю на себя и успокаиваюсь. Может быть, всё будет не так страшно? Захожу в дом и сразу вижу, как Макар на беговеле несётся прямиком к высокой тумбе, на которой стоит пузатая фарфоровая ваза. Действую быстрее, чем успеваю подумать. Бросаюсь к ребёнку и успеваю его перехватить. Смотрю по сторонам и пытаюсь понять, с кем ребёнок. Но никого не вижу. – Привет, – улыбаюсь я малышу. – Ты здесь с кем? – Один, – гордо заявляет парень, после чего добавляет: – Няня уснула. – Кушать хочешь? Макар активно мотает головой. – Тогда пойдём, покажешь свою комнату и любимые игрушки. С этим предложением мальчик соглашается. Он шустро взбегает вверх по ступенькам. А я с каждым его шагом проклинаю этот холодный дом. Тут ведь легко убиться можно! Самое ужасное, что комната Макара выглядит не лучше. Холодные, скучные тона. Такая же мебель и идеальный порядок. Ни одной разбросанной игрушки. Вспоминаю, когда Инга была маленькой, они валялись на каждом шагу. Мы с мамой не успевали их убирать. А тут ничего. Макар подходит к обычному комоду, открывает его и достаёт машинку. – Вот. – Он протягивает её мне. – Красивая. А что ещё? Мальчик достаёт мячик, потом какого-то робота. Непонятного мягкого зверя, которого тут же прижимает к своей груди. – Папа подарил. – Замечательный. Кто это? – Мулик. – Приятно познакомиться. – Я тяну руку к Мулику. – А я Света. – Ты будешь жить с нами? – Да. Улыбаюсь мальчику, хотя самой хочется реветь от отчаяния. Беру машинку и начинаю катать по полу. Макар наблюдает за мной, а потом тянется к машинке. Я передаю её и смотрю, как малыш принимается катать машинку по полу. Но что-то не так! Не сразу понимаю, что смущает. А потом осеняет: «Макар играет абсолютно молча!» Смущается меня? Или это его особенность? – Ты не против, что я тут сижу? – Нет. Макар даже не поднимает голову, продолжает молча катать машинку по полу. А я даже не представляю, как его разговорить и нужно ли. Дверь в комнату резко открывается. Мы с Макаром одновременно смотрим на женщину лет тридцати, с безупречным макияжем и такой же причёской. В строгом тёмно-синем брючном костюме. – Вот ты где! Что за беспорядок ты здесь устроил? Нахмурившись, я смотрю на несколько игрушек на полу. Она называет это беспорядком?! Женщина не обращает на меня никакого внимания, продолжает строго разговаривать с мальчиком. – Макар, тебе по графику пора заниматься. Идём. Малыш хмурится, но кивает и начинает собирать свои игрушки с пола. А потом идёт вслед за женщиной. Я тоже решаю отправиться за ними. Интересно ведь, что за занятия у двухлетнего ребёнка. Мы подходим к соседней комнате. Женщина пропускает ребёнка вперёд, но мне зайти не разрешает. – Посторонним нельзя присутствовать. И, вообще, вы кто такая и как оказались в этом доме? Столько пренебрежения во взгляде, что я тушуюсь. Отступаю. – Вам лучше уйти. Я поговорю со Львом Борисовичем о том, что временные любовницы не лучшая компания для его сына. От этой фразы становится смешно. И я даже не пытаюсь скрыть усмешку. – Буду премного благодарна. А вы, как понимаю, няня? – Пока что да. – Женщина гордо задирает нос кверху. – Но это временно. – А здесь вы правы. Думаю, Льву Борисовичу будет интересно узнать, что вы уснули, а ваш подопечный чуть не убился в этот момент. Няня бледнеет, поджимает губы, но быстро берёт себя в руки и уже в следующий момент шипит на меня змеёй: – Только попробуй вякнуть об этом – уничтожу. – Думаете, испугали? Разозлившись на эту женщину, я грубо отталкиваю её в сторону и прохожу внутрь. – Или я присутствую, или мы с Макаром уходим. – При вас занятия не будет. – Она стоит на своём. – Как пожелаете. – Я подхватываю Макара на руки. – Пойдём, малыш, дальше играть? – Можно? В детском голосе столько надежды, что внутри меня поднимается буря эмоций: непонимание, злость, а ещё желание защитить этого мальчика от его собственного отца. В комнате мы снова достаём из комода игрушки. Только в этот раз Макар берёт две машинки и одну из них доверительно вручает мне. – Спасибо, – улыбаюсь я мальчику. Макар сначала робко играет, но со временем начинает входить во вкус. Откладывает машинку в сторону, лезет в комод за новой игрушкой. Начинает показывать мне. На детском личике расцветает счастливая улыбка. И с каждой новой игрушкой она расцветает всё больше. – Можно к вам присоединиться? – раздаётся вопрос слишком близко. Вздрагиваю от неожиданности. Поднимаю голову и смотрю прямиком в холодные льдистого цвета глаза. Вместо ответа киваю. – Папа! – Макар бросает игрушку и кидается в объятия отца. – Мы играем! – Вижу. Присоединюсь? – спрашивает он теперь у сына. Тот вместо ответа даёт ему в руки смешного зайца. Я сразу чувствую себя лишней. Хочу уйти, но Лев кладёт ладонь на мою коленку. Его прикосновение тут же обжигает кожу сквозь джинсовую ткань. – Не убегай. Киваю, но всё равно чуть отползаю в сторону и наблюдаю за отцом и сыном со стороны. Картина выглядит слишком милой. И с образом Льва, к которому я привыкла, совсем не вяжется. Сейчас мужчина кажется человечным. И нормальным. Лев бросает взгляд на дорогие наручные часы. – Пора ужинать. – У тебя всё по расписанию? – Это упрощает жизнь. Пожимаю плечами. – Больше напоминает жизнь робота. И из сына почему-то хотите сделать такого же. Лев плавно поднимается, протягивает мне руку, но я не принимаю помощи – встаю сама. Мужчина ухмыляется, однако мою самостоятельность никак не комментирует. – Я хочу с тобой поговорить. И ты обещал мне договор. – Сразу после ужина устроит? – А Макар? – Он будет со своей няней. – Нет! Мужчина изучает меня слегка прищуренным взглядом. Уже пытаюсь подобрать логическое объяснение, почему не хочу оставлять Макара с няней, но ничего толкового придумать не могу. – Хорошо, мы поговорим, после того как Макар уснёт. Когда мы спускаемся, стол накрыт, а «тени» стоят по углам. Одна из них «отлипает» и направляется к Макару. – Я могу сама ему помочь. – Не стоит, Свет, поужинай спокойно. Киваю. – Как шопинг? – спрашивает мужчина, когда мы уже приступили к еде. – Повеселилась? Рука с вилкой так и застывает в воздухе. Медленно отпускаю её обратно, стараясь при этом взять эмоции под контроль. Смотрю на Макара и улыбаюсь. – Мало было издевательств днём? – Никто не издевался, Света. Ледяной взгляд проникает глубоко под кожу, обжигая своим холодом. Хочется спрятаться. Да только не поможет. – У тебя будет много завистников, я всего лишь хотел убедиться, что ты сможешь дать им отпор. – И как тест пройден? Гожусь? Или, может, всё-таки подыщешь кого-то более уверенного в себе? – Меня всё более чем устраивает. Кушай, Света. С силой сжимаю кулаки. Как много всего мне хочется высказать этому наглецу! Устраиваю. Товар приобретает. Никак иначе. К счастью, на этом разговор заканчивается. А Лев переключает своё внимание на сына, и мне удаётся поужинать. Правда, вкуса еды совсем не чувствую. И предстоящего разговора мне хочется всё меньше. Хотя я сама на нём настояла. Весь вечер будто на иголках провожу. И, сколько бы ни пыталась сосредоточиться на Макаре, все мысли всё равно утекают к его отцу. Малыш засыпает быстро, но я не спешу уходить от него. Сижу рядом с кроваткой, смотрю на мирно спящего ребёнка. Интересно, где его мама? Нельзя прятаться и дальше. Иду к кабинету хозяина дома. С каждым шагом хочется куда-нибудь свернуть. Оттянуть время. Например, сходить, попить воды и или заглянуть в выделенную мне комнату, принять душ. Но я упрямо иду к кабинету. Хочу постучаться в нужную дверь, но слышу разговор за неплотно прикрытой дверью. – Эта женщина плохо влияет на вашего сына, Лев Борисович. Сбивает график, потакает его слабостям. Вам стоит оградить ребёнка от общения с ней. – Естественно, для блага моего сына? – Конечно же! Я работаю с Макаром с самого его рождения и отношусь к нему как к родному. Если вы хотите, чтобы ваш сын вырос достойным человеком, то не стоит пренебрегать моими профессиональными советами. Всё-таки я дипломированный психолог. – Что-нибудь ещё, Виктория? – Голос магната наполнен мёдом. Появляется уверенность, что Лев послушается её и наша сделка будет аннулирована. Я должна радоваться. Должна испытывать облегчение, но вместо этого злюсь. Каким бы ни была профессионалом эта женщина, но она только вредит Макару! Не выдерживаю и захожу в кабинет. – Лев, нам надо поговорить о твоём персонале. – Я стараюсь говорить как можно увереннее, но пальцы дрожат от волнения. Сжимаю руки в кулаки, чтобы никто не заметил моего волнения. – Когда я вернулась домой, Макар был без присмотра. Кстати, в твоём доме ужасно опасно! Замечаю на мужском лице лёгкую улыбку и обрываю себя. Он сейчас веселится?! – А впрочем, меня это не касается! Разворачиваюсь, желая уйти. Потом поговорим. Конечно, если ещё будет смысл в этом разговоре. – Света. – В голосе холод, звучит тихо. Но я всё равно замираю. Не рискую ослушаться. Оборачиваюсь. Замечаю победный взгляд на лице няни. Она явно уже представляет, как меня выводят под ручки из этого дома. И к чему нужно было меня притаскивать в дом, если у Льва такие «шикарные» специалисты имеются, которые о мальчике пекутся как о родном. Впиваюсь раздражённым взглядом во Льва. Жду, что он скажет. Но тот молча меня разглядывает, будто зверюшку неведомую. Какое-то время в кабинете стоит тишина. Чувствую, как напряжение нарастает. Лев опять проверяет меня на выдержку. Играет. И, когда я уже готова послать этого хозяина жизни куда подальше, он поворачивает голову в сторону психолога, коротко кидает: – Уволена. – Но Лев Борисович! – Второй раз повторять не буду, вам лучше уйти самой и без шума. Няня открывает и закрывает рот в негодовании. Не выдерживает и всё-таки начинает вслух возмущаться: – Вы уволите меня из-за какой-то девчонки и её больной фантазии?! Я никогда бы не оставила Макара без присмотра! Даже если меня нет в поле зрения, я всё равно держу ситуацию под контролем. Приучаю мальчика к самостоятельности. – Вы не нравитесь моей будущей жене, а теперь она решает, кто будет работать в этом доме. – Макар говорит спокойно. Игнорирует, как бывшая сотрудница то краснеет, то бледнеет с каждым его словом. – У вас пять минут, чтобы покинуть дом самостоятельно, через шесть вам поможет моя охрана. Женщина снова начинает глотать воздух, как рыба, выброшенная на берег, но в этот раз сдерживается и сбегает из кабинета, не забыв кинуть на меня полный ненависти взгляд. Пока я прислушиваюсь к звонкому цоканью каблучков в коридоре, не замечаю, как Лев оказывается рядом со мной. Он становится слишком близко от меня. Чувствую жар его тела и давящую ауру. Поворачиваюсь к нему лицом и делаю осторожный шаг назад. Но мужчина, как привязанный, делает шаг следом. Не позволяет мне отстраниться. – Поговорим, Света? И в этот раз его голос звучит бархатно, чем пугает меня сильнее обычного. Чувствую, не кончится добром этот разговор.