Глава 28

– Это он? – с надеждой спрашивает Натали.

Я мрачно смотрю на экран смартфона и читаю очередную глупую смс-ку.

«Жду не дождусь нашей встречи. Хочу нырнуть в твои глаза, они такие глубокие… У тебя есть фото в бикини?»

«Боюсь, встреча тебя сильно разочарует, потому что у меня глаза располагаются далековато от трусиков».

Второй бан за сегодняшний день – плодотворное начало недели. А все из-за Ярова! Я отменила свидания, и мужики, которые казались вменяемыми, решили, что с тупостью слишком долго тянули. Только один плюс и остался: пишут до сих пор без ошибок. Теперь-то, после прогулки в избушку, меня даже их пляжные фото не впечатляют.

– Не он, конечно, – говорю я.

Стараюсь, чтобы голос звучал беспечно, но, видимо, получается слабо, потому что подруга подзывает официанта и заказывает нам еще по эклеру. Пытаюсь прикинуть, какой это будет по счету, но бросаю это гиблое дело. А то мысли не туда улетают и тут же становится жарко, а потеть просто так мне не хочется. Мне еще, между прочим, работать.

Я вообще сегодня очень активна. Только и выскочила в обед, чтобы поболтать с Натали. Внушений, как она опасалась, не делала, как-то мне не до этого. Мне бы самой взбучка не помешала, потому что я испортила все, что только могла.

– То есть… – Подавая пример, Натали откусывает эклер. – За все выходные он так и не позвонил? Даже сообщение не написал?

– Знаешь, я как-то слабо представляю его пишущим сообщения. Но с учетом того, что после предыдущего лукошка с провизией он дал знать о себе только через неделю, в запасе еще как минимум шесть дней тишины.

И то если он захочет объявиться, что вовсе не факт. Вот я могла ему написать сообщение, и оно было бы уместным. Простое, типа: «Спасибо, всем домочадцам понравилось!» Или «Сладких снов». Но делать это нужно было в субботу, в крайнем случае – в воскресенье, а теперь, когда два дня позади… Это равносильно заискиванию: ты как там, еще меня не забыл?

– Кстати, как бабушка оценила лукошко?

– Более чем позитивно. Порадовалась, что в этом наборе еда не только для нас, но и для ее Жозефины.

Натали улыбается.

– Еще пара таких лукошек… По-моему, Матвей Сергеевич все ближе подбирается к сердцу твоей бабушки.

– Это он может, – ворчу я, надкусывая эклер.

Хорошо, что Натали предложила увидеться, а то ведь даже обсудить было не с кем. Предварительно я, правда, взяла с нее обещание, что больше она вмешиваться не станет, ну и рассказала, что делала после ее свадьбы и после балета.

– Знаешь, – говорит она, когда мы уже почти расправились с эклерами, – это даже к лучшему. У тебя с собой не было запасной одежды, только одно платье, в котором приехала, я уже молчу про другие необходимые вещи…

– Ну да, – соглашаюсь. – Провела выходные на диване в компании кошки, зато в чистых трусах.

Эклеры здесь и правда потрясающие – не знаю, в чем их тайный секрет, но из кафетерия я выхожу в куда более хорошем настроении, чем в него заходила. Ну и чтобы продлить этот эффект, беру десерт и с собой.

Работы сегодня действительно много, я не могу позволить себе отвлекаться. Хватит того, что субботу и воскресенье я находилась в прострации. И дни, и ночи… Зная, что могла бы быть сейчас с мужчиной, который мне нравится.

Хотя здравый смысл и твердил, что так лучше. Есть мужчины, которые могут всего лишь разбить тебе сердце. А есть мужчины, о которых можно разбиться. Интуиция подсказывала, что Яров как раз из таких.

– Кстати… – говорит Натали по дороге, когда я подвожу ее в салон, и неожиданно замолкает.

– Не томи, – прошу я, – знаешь же, что могу лопнуть от любопытства.

– Хорошо. Я тут вдруг подумала, ты как-то в рассказе этот момент упустила… А вы с Матвеем Сергеевичем предохранялись?

Оп-па!

– Похоже, – признаюсь я, когда слегка прихожу в себя, – этот момент я упустила не только в рассказе.

Натали смотрит на меня выжидающе, а я начинаю смеяться.

– Пончик, мне сорок! Матвей Сергеевич тоже не мальчик. К тому же у меня сейчас безопасные дни, так что шансов на то, чтобы залететь после первой попытки… Пары куда моложе нас годами стараются!

– Есть такая штука, как идеальная совместимость. Не смотри так, мне доктор сказала. И это я забеременела с первой попытки, а вы ведь куда больше старались.

– Мы вообще об этом не думали!

И, только сказав это, понимаю, что так и есть: мы и правда не думали. Ни о чем. Естественно, в такой прям суперэффект после одной ночи я не верю, но если вдруг она повторится…

Ну вот потом и подумаю.

Простившись с Натали, еду в ресторан. Похоже, только я и собираюсь работать: даже наш повар вместо того, чтобы крутиться на кухне, украдкой щиплет за зад нашего администратора.

– Что, Игнат, – интересуюсь, останавливаясь рядом с ними у барной стойки, – мясо на кухне закончилось?

Администратор смущенно кивает мне и уходит в зал, благо за то время, пока ее ощипывали, никаких казусов не случилось. А повар довольно усмехается, глядя вслед уже нашей официантке. А потом замечает у меня в руках коробку с эклерами и на моих глазах покрывается красными пятнами.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Ирина Викторовна! – возмущается он. – Это что же, Игнат плохие пирожные делает, что вы по всяким забегаловкам их покупаете?

Ну, допустим, то кафе довольно высокого уровня и туда птицы куда важнее меня забегают. Но шеф не простит, если я доведу нашего повара до инфаркта.

– Я была уверена, что у нас сегодня эклеров нет. Если бы знала…

Он вроде бы успокаивается. Ворчит, правда, что нужно было ему позвонить или хотя бы заглянуть на кухню. Он, мол, старается, а коллектив не ценит его работу! Угу, при такой-то зарплате и жаловаться на неоцененность. Кстати, вот за это нытье я бы ему зарплату точно скосила.

От нытья меня отвлекает звук сообщения. И вот знаю же, что там тоже нытье – только на тему бикини, но все познается в сравнении. Тут я могу отвести душу и послать в далекое плавание, а со звездой ресторана жду, когда она остынет и успокоится.

Заметив имя отправителя в вайбере, моргаю пару раз, чтобы убедиться: не показалось. И, чувствуя волнение, открываю сообщение.

«Для начала нужно взять мясо. Хорошее мясо. Кстати, оно у тебя осталось или я зря подрабатываю у себя секретарем-машинисткой?

А потом…»

– Эм… что там?

Игнат пытается заглянуть в мой смартфон и, хотя я убираю его, пожалуй, все-таки кое-что прочитать успевает.

– Да что вы смотрите эти рецепты из интернета! Я знаю сотню, как приготовить самое лучшее мясо!

– Не расстраивайся. – Я глажу его по плечу, чтобы не заводился. – Просто это… семейный рецепт.

Захожу в свой кабинет, вскрываю коробку с эклерами, делаю чай и снова открываю входящее сообщение.

Я читаю про мясо, про специи, про процесс мариновки и понимаю, что ни один роман из прочитанных мной даже отдаленно не был таким увлекательным.

Втянуться обратно в работу удается с трудом, поэтому волевым решением я автоматически продлеваю себе конец рабочего дня. Когда заканчиваю, в глазах резь, как будто кто-то бросил в лицо горсть песка, плечи ломит. Еще раз прочитав рецепт маринада, понимаю, что перед глазами начинают прыгать зайчики с колье в виде нарезки из лука, и начинаю ускоренно собираться домой.

– Ирина Викторовна, – расплывается в улыбке официантка, когда я направляюсь к выходу. – Вы куда-то очень сильно торопитесь. Похоже, у вас с кем-то намечается интересная встреча?

– Угадала. Это встреча с двумя килограммами заячьей тушки.

– Да? А откуда она у вас?

– Из леса, конечно.

Она грустнеет. Понятное дело, после того, как я просила у нее координаты бабки для снятия порчи, надеялась на другой результат. Видимо, чтобы хоть как-то подсластить мне такую печальную жизнь, она открывает передо мной дверь и провожает на улицу.

– Ты же помнишь, что шеф запретил курить у ресторана? – спрашиваю, взглянув на нее.

– Да я так, – вздыхает она, – просто воздухом подышу.

Ладно, если она считает, что сочувственный взгляд в спину – это отличная моральная поддержка, не буду ее отговаривать. А на улице хорошо: воздух прохладный, пахнет выпечкой. Кажется, кто-то задался целью сделать мой зад в два раза увесистей и сейчас активно расширяет меню ресторана.

Дышу-дышу и едва воздухом не давлюсь, когда замечаю на парковке белый джип. И все – Сахара из глаз пропадает, в душе расцветает оазис, над головой поют райские птички. Правда, они испуганно разлетаются, когда из джипа выходит Яров.

– У вас что сегодня, распродажа просрочки? В два этажа забегаловку отгрохали, а нормальную парковку зажали. С трудом нашел место.

Официантка пытается нащупать рукой дверь – все, хватит с нее, нагулялась. А я стою, смотрю на то, как Матвей обходит машину и распахивает пассажирскую дверь.

– Зуб даю, – слышу, спускаясь по ступенькам, – если в лесу однажды заведутся такие зайчики, медведи от страха устроят себе ритуал харакири.

Яров бросает в ее сторону взгляд, и у меня за спиной резко хлопает дверь. Какой же он все-таки…

Я чувствую, что неприлично широко улыбаюсь, но ничего не могу с этим поделать. Даже когда он продолжает ворчать:

– Странный бизнес: официанты гуляют, но при этом бухгалтер до ночи бабки считает. Ты на время смотрела?

– Ну о чем ты спрашиваешь? Ты же сам понимаешь: некогда было. Помогала нашему ресторану быстрее просрочку толкать.

– Сама ее хоть не ела?

– Грешна. Спасала конкурентов с просроченными эклерами.

Улыбнувшись, он проводит костяшками пальцев по моему лицу. Выходит так ласково, как будто моей кожи касается кроличья лапка. Я даже рассматриваю его ладонь, но там шерсти не наблюдается. Ух ты, вот это сила визуализации!

– Поехали, – говорит Яров, – нормально тебя покормлю.

Ой, хочу, хочу! А как он… Когда он убирает ладонь, я на всякий случай снова ее рассматриваю. Фух! Я ее не облизывала. Просто он угадал!

Машина выруливает с парковки, на ее место под тихое бормотание Матвея тут же заезжает другая. Я бросаю взгляд в сторону и понимаю, что мы уезжаем, оставляя за собой отпечатки на стекле от щек и носов всех сотрудников ресторана.

В салоне играет тихая музыка, я с удовольствием слежу за тем, как сильные руки плавно скользят по рулю. Идиллию разрушает входящее сообщение. Думая, что это еще один просится в бан, иду навстречу желаниям. Но нет, это бабушка.

«Сделка века. Нашла покупателя на тару, в которой ты приносила продукты. Самовынос. Цена привлекательная».

Почитав сообщение, спрашиваю Матвея:

– Тебе нужны ящики и лукошки, которые ты мне давал?

Он хмурится, видимо пытается вспомнить. Мне достается насмешливый взгляд. Отлично, тогда пишу ответное сообщение бабушке:

«Продавай. И да, бабуль, есть вероятность, что на ночь я не вернусь».

«Поняла. Если что, имей в виду: лукошки охотней берут».

Я бросаю телефон в сумочку, но тут начинает трезвонить у Ярова. Так как его смартфон на панели, не только он, но и я вижу, как под веселую музыку настойчиво высвечивается: «Маразматик».

– Это тот самый юрист? – интересуюсь я в такт бесконечной мелодии. – Наверное, что-то срочное?

– Угу. Наверное. Вспомнил, что переделал завещание, и звонит, пока опять не забыл.

Нехотя Яров принимает звонок. Слушает юриста, недовольно морщится, тот говорит резко. Яров отвечает не более дружелюбно – уж не знаю, как они терпят друг друга.

– Я еще из ума не выжил, чтобы с тобой вечера проводить. У меня планы получше, да и покрасивей, чем ты… Завтра заеду, часам к девяти… Ну хочешь – записку себе нацарапай на лбу. А лучше, как я предлагал, уволь свою личную помощницу и переведи ее в домработницы. Все равно днем от нее толку нет – она тебе только по ночам пригождается.

Матвей сбрасывает звонок. А я сижу, и вот не моя профессия, а как-то обидно. Смотрю в окно, думаю.12727c

– Что не так? – интересуется Яров.

– Я что, уже не только громко храплю, но и громко дышу?

Он смеется. Снова оглушительно, открыто, как будто отпускает все проблемы за день. Я даже забываю, что меня возмутило, пока он красноречиво не предлагает выразить свою точку зрения:

– Ну?

– Удивляюсь твоим представлениям о личных помощницах. Это очень ответственная работа. Если ты не в курсе, то Алла и Анита были как раз личными помощницами. Натали, кстати, тоже.

– Ну, – говорит он уже с другой интонацией, – и чем это в итоге закончилось?

– Они вышли замуж за своих шефов. Случайно.

Серые глаза смотрят с иронией.

– Видишь ли, в серьезной компании личный помощник – это второй человек после босса. Тот, кому он может верить безоговорочно и на кого может всегда положиться. Негласно иногда они даже на равных. В тех случаях, которые ты перечислила, изначально было понятно, к чему все придет. Вопрос лишь в том, как долго продлились бы брачные танцы. А что касается этого маразм… юриста, у него личные помощницы меняются с такой скоростью, что даже не успевают раскрутить его на элементарное «па». Так что в его случае личная помощница – это всего лишь название. И таких случаев много.

– Не разрушай мои розовые замки! – вздыхаю я. – Хватит, что я разлюбила истории про ковбоев!

– Почему?

– Потому что теперь я не могу спокойно читать, как ради встречи с ней он скакал неделю и она, увидев его, бросается ему на шею. Теперь-то я знаю, что там, у него за спиной, лежит лошадь, которая пытается отдышаться от его запаха пота. Какая уж тут романтика? Я только про бедную лошадь и думаю.

Он снова смеется. Нет, у меня целый пласт книг выпал из библиотеки, а он смеется!

– Кстати, – спрашиваю я, пытаясь не выдать голосом своего чрезмерного интереса, – а у тебя есть личный помощник?

– Я же тебе не просто так рассказывал про серьезные компании. Пока нет.

Он как раз паркуется у ресторана, поэтому не слышит моего облегченного вздоха. Ну в самом деле, зачем плодить лишних сотрудников? Это, между прочим, не только на кадры, но и на бухгалтерию дополнительная нагрузка. А мне своих жаль.

Парковка довольно большая, хотя и машин тоже много. Когда мы заходим в ресторан, я вижу, что свободных столиков практически нет. Похоже, не только я не большой любитель готовить.

Администратор, заметив нас, расплывается в приветливой улыбке и заверяет, что наш столик готов. Мы проходим в другой зал – там другое освещение, другой интерьер, а столики спрятаны в подобие маленьких бунгало. Очень красиво – и внутри, и на улице. Люблю смотреть на вечерний город в огнях.

Заказ Яров делает без меня. Я только согласно киваю, когда он называет блюда, которые мы бы хотели попробовать. Официант едва не кланяется и исчезает с заверением, что все будет в лучшем виде и скоро.

– Запугал ты их тут, что ли?

– Угадала. Парочка из них даже падает в обморок, едва увидев свои чаевые.

Я облокачиваюсь на стол, подпираю щеки и смотрю на него. В строгом костюме, белой рубашке с расстегнутым воротом. Взгляд подавляющий, а мне хочется сделать какую-то глупость. Забраться на стол, стянуть с его плеч этот пиджак, потянуть его на себя за галстук, впиться в губы – мы, кстати, сегодня не целовались, – а потом…

– О чем задумалась?

– Да так, размышляю. Может, мне взять отпуск и поработать официанткой? Ты в каком ресторане бываешь чаще всего?

Нам как раз приносят напитки, и я беру бокал с вином.

– Чаще всего я ем дома.

– Правда? Хм, у меня сложилось другое впечатление. Мы с тобой не так долго знакомы, но в ресторане уже были раза два или три.

– Это потому, – отвечает рассудительно Яров, – что я за тобой ухаживаю. Кстати, моим садовником ты заработала бы больше, но ты этот шанс упустила.