Глава 100 - Напряжение
– Егор, что за фокусы? – Рычит Ярышев, медленно поворачивая голову к двери.
Хоть он и пытается казаться спокойным т надменным, во взгляде и голосе откровенно проскальзывает нервозность. – Общаемся только мы. Разве я не ясно объяснил это?
– Мне твои условия неинтересны. Правила выбрал ты сам, – Егор ведет плечом. – И с чего-то решил, что я буду по ним играть. Уж не знаю с чего у тебя возникла такая бредовая идея.
– Потому что всегда и все подчиняются мне. И тебя, Муратов, я заставлю мне подчиняться. Уже одно это заставит меня наслаждаться жизнью.
Егор изгибает бровь.
– Кто бы мог подумать, что у меня есть такой пылкий фанат.
– Ты просто бесишь, Муратов, – Ярышев опускает подбородок. – И я тебя уроню так, что ты будешь передо мной ползать на коленях, полируя языком мои ботинки, пока я имею твою куклу.
Не знаю, удалось мне ли скрыть отвращение, которое я испытала после этих слов. Но меня в буквальном смысле затошнило от Ярышева.
Разве может быть человек настолько мерзким?
Даже не представляю насколько сильное самообладание у Егора, если он выслушивает эти мерзости с надменно-непроницаемым видом.
Только то, что я знаю его достаточно близко, позволяет мне разглядеть в черноте его зрачков, дрожащие искры гнева.
Но ничего ответить Егор не успевает.
Его опережает вошедшая в комнату испуганная девушка хостес.
– Прошу прощения, Юрий Петрович, но к вам здесь пришли. Настойчиво требуют пропус…
– Ты совсем дура?! – Орет Ярышев так, что и я, и бедная девушка вздрагиваем. – Я столько денег отвалил, чтобы выкупить эту забегаловку. Но такая тупоголовая курица, все равно не может понять суть слов – никого не пуск…
Он отсекается, потому что дверь в комнату распахивается и к нам вальяжной походкой входит Сабуров.
С уже знакомым мне пугающим оскалом.
– Ай-ай, Юрий Петрович, как некрасиво так орать на барышню. Ты правда считаешь, что такая тростиночка смогла бы остановить меня с моими парнями? Задержать, да, – он бросает на замершую девушку плотоядный взгляд. – Чтоб повеселиться. Но не более.
– Сабуров, – шепчет Ярышев, а с его лица разом стекают все краски.
– Гляди-ка, помнишь, – скалится тот. – Смотри не обделайся.
Сабуров подходит к нам и расслабленно садится на одно из свободных кресел.