Глава 3

*Олег*

Закрываю невозмутимо за собой дверь и направляюсь к её столу, по пути более детально рассматривая этого главного редактора.

Дамочка по всем фронтам мой типаж. Аппетитные формы, симпатичное лицо и самое главное – ум, который светится в её голубых глазах. Понимаю, что, скорее всего, был не прав по поводу того, как она оказалась на месте главного редактора.

Кидаю быстрый взгляд на её правую руку. Четкий и бледный след от кольца на безымянном пальце намекает о том, что женщина была замужем довольно продолжительное время и, вероятно, относительно недавно развелась.

Отлично.

Ладно, так уж и быть. Не буду жестить с ней, а в качестве компенсации за косяк со стороны редакции потребую, чтобы она поужинала со мной.

Садясь на стул для посетителей, аж сам себе поражаюсь.

Нехило меня повело на ней. А я ведь даже ещё толком с ней не познакомился. Но… чёрт! Вот прям поплыл, ей богу. Я уже даже и не помню, когда меня так сильно пёрло при одном только взгляде на женщину.

Если так подумать, то меня вообще не накрывало так, чтобы каждая клеточка тела орала дурниной «Хочу её!». Когда друзья рассказывали о том, как они влюбились, я лишь недоуменно смотрел на них. Для меня было дико слышать, что можно влюбиться в кого-то с первого взгляда. Мой мозг прям жестко буксовал, когда я пытался представить подобное. Как это: посмотреть на кого-то и поехать крышей с первой секунды.

А теперь, кажется, понял их, потому что внутри бурлит что-то такое мощное, первобытное – то, что заставляет хотеть закинуть её к себе на плечо и утащить в свою пещеру.

Ну что, батенька, вот и твоя, кажется, настала пора влюбиться по самые гланды.

Самое удивительное, я спокойно принимаю этот факт. Нет никакого протеста или отторжения.

Правда, что-то становится очково при мысли, что у неё всё-таки кто-то есть. Да тот же муж. А то, что нет кольца, может быть, просто случайность. Мало ли, возможно, она помыла руки и забыла его надеть.

Нет, однозначно нужно вытаскивать её на ужин и там узнавать подробности её семейного статуса, наличия детей и того, насколько она любит своего мужа, если он всё-таки есть.

- Олег Витальевич Белов, – представляюсь я, кидая на стол их журнал со своей рожей на главной странице. – Правда, если верить вашему издательству, то я внезапно стал Васильевым и заимел ресторанный бизнес.

Её голубые глаза вспыхивают узнаванием, хотя она даже не смотрит на журнал.

- Чёрт!.. – тихо и с отчаянием шепчет она, зажмуриваясь на пару-тройку секунд.

Открывает глаза и смотрит прямо на меня с кривой виноватой улыбкой.

- Вероника Дмитриевна, главный редактор. Приятно познакомиться. Послушайте, я признаюсь, это огромная, но, поверьте, совершенно случайная ошибка с нашей стороны. И я приношу вам самые глубокие и искренние извинения. Само собой, мы выпустим опровержение и пояснения…

Так, надо бы сделать вид, что я очень рассержен, чтобы она точно не отказалась, когда последует мое предложение обсудить компенсацию.

- От того, что вы выпустите опровержение, мне не жарко и не холодно. – достаточно жёстко перебиваю её я. – Море людей уже видели эту статью. И они запомнят две вещи: мою внешность и то, что именно с этим лицом связано что-то плохое. Мои будущие партнёры и клиенты не будут разбираться во всём этом. Они придут в мою фирму, увидят лицо владельца, и, поверьте, многие сразу же развернутся и уйдут.

Бред бредовый, но она-то этого не знает.

- Вероника Дмитриевна, вы хоть представляете, какой урон нанесли мне лично и моей фирме? Думаю, не совсем. Позвольте, я подробнее вам опишу то, с чем мне придётся теперь столкнуться после вашей случайной ошибки .

Чёрт, я так красочно и многословно даже на совещаниях не выступал.

Минут пять расписываю в красках, как сильно накосячило их издательство и она лично. Жду и ищу на её лице вину и желание сделать всё, что угодно для меня.

И хмурюсь всё сильнее и сильнее, когда ничего подобного на женском лице не проступает.

Кажется, каждое моё слово только злит её всё сильнее и сильнее.

Я даже теряюсь немного, не понимая, что идёт не так. Почему с её стороны ТАКАЯ реакция. Понятно, что свою реакцию я ей не показываю. Всё с такой же мрачной, хмурой и обвиняющей миной сижу напротив неё.

В какой-то момент замолкаю.

- Всё сказали? – по позвонку аж дрожь пробегает от её тона и лёгких ноток сарказма в голосе.

- Признаться, не такой реакции я ожидал от вас, Вероника Дмитриевна, – ухмыляюсь уголком губ, недоуменно выгибая бровь.

- А какой, Олег Витальевич? – всё также иронично. – Я должна перед вами упасть на колени и бить челом об пол, показывая степень своего раскаяния?

При словосочетании «перед вами на колени» моё воображение решило пуститься в отрыв. Как-то живо я представил себе эту картинку, и тут же последовала реакция тела: незапланированный подъем моей «нижней половины».

Кашлянув в кулак, ерзаю на стуле. Благо из-за стола она не видит, что творится со мной и какая палатка самоустановилась у меня в районе паха.

- Как же меня всё…

И далее от неё следует крепкое словцо, показывающее всю степень её злости, усталости и какой-то отчаянной обречённости.

Моя вторая бровь присоединяется к первой, пока я ошарашенно наблюдаю, как она откатывается назад, наклоняется куда-то вниз, под стол и исчезает там. Только макушку и часть спины видно.

Челюсть готовится отправиться вниз, когда Вероника… красивое всё-таки имя у неё, выныривает назад и ставит на стол бутылку коньяка и обычный стакан синего цвета.

- Блин, я думала это вино… – тихо бормочет женщина себе под нос, откручивая крышку и наливая в стакан горячительный напиток.

Отставив бутылку в сторону, не обращая на меня никакого внимания, залпом выпивает налитое и резко выдыхает, зажмурившись и поморщившись.

Дождавшись, когда она откроет глаза и посмотрит на меня, двигаю стул ближе к столу, спокойно и с участием в голосе спрашиваю у неё:

- Что, херовый день у тебя?

Она лишь угукает, откидываясь на спинку кресла.

- У меня тоже, – протянув руку, повторяю за ней. Беру бутылку, наливаю на пару глотков коньяк в пустой стакан и также залпом выпиваю его.

На её пухлых губах появляется слабая улыбка. Да и смотрит Вероника на меня теперь совершенно по-другому. Оценивающе и с интересом, что заставляет меня расправить плечи. Чувствую себя, бляха муха, каким-то павлином. Но теперь я понимаю, нахрена они распускают свой хвост и гордо вышагивают перед самками.

- Хотя… все-таки, наверное, удачный, – задумчиво произносит женщина. – Сегодня я наконец-то развелась.

О-о-о… а это вообще шикарная новость.

И тут наши посиделки, которые прям на глазах становятся более близкими и душевными, прерывает звук открывающейся двери и противный писклявый мужской голос:

- Вероника, дорогая, я…

Женское лицо аж перекашивает. Она с такой ненавистью и презрением смотрит за мою спину, что я быстро соображаю, что к чему.

- Вероника, а что тут происходит? – визгливо несётся позади меня. – Это кто вообще такой?!

- Мой мужчина, о котором я тебе говорила, Петя, – с удовлетворённым сарказмом чуть ли не мурчит Вероника, переводя на меня взгляд, в котором я вижу отчаянную мольбу поддержать её в этой легенде.

Да не вопрос, дорогая. Тем более я собираюсь сделать всё, чтобы эта легенда претворилась в жизнь.

Успокаивающе улыбнувшись ей и подмигнув, медленно оборачиваюсь.

На пороге стоит какой-то дрыщ с огромным букетом роз.

Так, кажется, кто-то захотел помириться и вернуть себе жену.

Ну ничего, мужик, я сейчас быстро обломаю тебе всю твою хотелку.