Глава 27

Давид стал меня избегать. Сначала я верила его отговоркам, что он занят, что у него много работы и ему не до меня.

Но через неделю отстраненность мужа начала меня напрягать. Я с утра подстерегла его под дверью — нарочно встала пораньше! — и предложила вместе позавтракать.

— Не могу, Марта, завтракай сама, — не глядя на меня, ответил Давид.

— А ты? — решила я не сдаваться. — Тебе тоже надо завтракать. Ты испортишь себе желудок!

— Я позавтракаю в офисе, — уклончиво сказал муж, объезжая меня по касательной.

В офисе! В котором он сто лет не появлялся, и всю технику из которого отдал мне!

Но не бежать же за ним и не цепляться на его кресло как цеплялись мои сограждане на лесенку позади троллейбуса, когда не могли влезть в салон. С учетом того, что муж развивал неплохую скорость, ассоциации с троллейбусом возникали не просто так. Я только стояла и смотрела вслед, с досадой закусив губу.

В следующий раз я позвала его прогуляться по саду.

— У меня полный завал, — с сокрушенным видом сказал Давид, отводя глаза, — как-нибудь в другой раз.

Ладно. Ок. Я сама с еще большим энтузиазмом принялась за отчеты. Особенно когда дошла до закупок садовых принадлежностей и обнаружила, что за последние три года было куплено двенадцать лестниц разной длины.

Беседа с Селимом один-в-один походила на все предыдущие. Управляющий краснел, бледнел, но упорно стоял на своем — все закупки согласовываются с хозяином. Точка.

— Но зачем столько лестниц? — не успокаивалась я. — Вы собрались брать штурмом другой замок? Или решили чтобы у каждого месяца в году была своя лестница?

— Они разной длины, хозяйка, — вытирал Селим потный лоб, — они все нужны!

И тогда я решила провести инвентаризацию.

Вот где начался маленький Армагеддон! Замок несколько дней гудел как улей, все носились с тарелками, тазиками и полотенцами — я только успевала записывать.

Но Давид ко всему этому движу оставался безучастным. Я видела его мельком то в машине, то на балконе, то в коридоре. И стоило мужу меня заметить, он сразу старался исчезнуть.

Вот тогда я и заподозрила, что он это делает нарочно.

Конечно, я немало размышляла над нашим разговором. В словах Давида было намного больше логики, чем в сплетнях Зарины. А еще я думала над своими подозрениями.

Допустим, Данилевский сговорился с Максудом, чтобы он меня выкрал, а Мадина подстроила мой побег. Допустим, Росомаха нарочно меня привез в дом Сосланбека и подсунул мне те чертовы таблетки.

Только ведь я в самом деле ошиблась комнатой. И главный вопрос, на который у меня нет вменяемого ответа: что было бы, если бы я свернула налево, а не направо?

Я решаю поговорить с Давидом, а чтобы был повод, хочу закончить свой отчет. Это даже не отчет, это целый проект с анализом имеющихся данных и бизнес-планом по превращению замка в доходное предприятие.

Все утро собираю файлы с таблицами и графиками в одну папку, отправляю в облако, а пароль сбрасываю сообщением Давиду.

Он еще дома, я точно знаю, специально следила в окно.

Дожидаюсь, когда сообщение получает статус прочитанного, и иду в хранилище. Мой муж там, я заранее расспросила Анзора.

Тяжеленная металлическая дверь закрыта. Стучу кулаками, луплю ладонями, поворачиваюсь спиной и бью об нее пяткой. Тишина.

Выхожу из замка и зову Селима.

— А ну-ка, уважаемый, принесите мне лестницу-тезку, она на вид самая надежная.

Селим таращится, не понимая, и я уточняю:

— Ту, которая «март».

— А, — озаряет его догадка, — третью по размеру?

— Именно.

Напоминать, что «май», «июль» и «ноябрь» так никто и не нашел, не самое подходящее время. Хоть и очень хочется.

Лестницу приносят, и я прошу мужчин опереть ее о балкон, на который выходит кабинет Давида. Надо отдать должное, никто не задает лишних вопросов. Сжимаю телефон в руке и становлюсь на перекладину.

— Лестницу подержать? — слышу сзади голос мужа, и сердце радостно подпрыгивает.

Как раньше! Оборачиваюсь и вижу Давида, сидящего в кресле прямо за моей спиной.

— Можешь подержать, — благосклонно киваю, — но вообще я шла к тебе.

— Да? И зачем же?

Вглядываюсь в его лицо в поисках хоть каких-то эмоций — раздражения, ехидства или, наоборот, восторга. Но там ничего нет. Пусто. Он вроде как интересуется, но на самом деле ему неинтересно.

Внутри горячими струйками растекается обида. Я же так старалась, а он…

— Я прислала тебе пароль, — стараюсь, чтобы это не выглядело упреком, хоть сдерживаться очень трудно.

— И?

— Это вход в облако. Там мой проект по оптимизации функционирования замка… Или… Тебе это неинтересно, Давид? Я столько работала… — все-таки голос срывается и дрожит. Усилием воли заставляю себя успокоиться. — Но ты можешь удалить пароль и не тратить свое время. Извини, что побеспокоила.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Нет сил смотреть на это каменное лицо. Я все не так понимала. Это я влюбилась как дурочка, а Давид просто на меня запал. Да, он сходил с ума, но слишком долгое ожидание оказалось убийственным, и он перегорел.

Так бывает, и не только с мужчинами. Возможно, гадючка Зарина права, и Давид до сих пор ее любит в глубине души. Но что теперь мне делать со своей не нужной ему любовью?

Разворачиваюсь к двери с твердым намерением собирать чемодан, когда меня останавливает рука мужа.

— Подожди, Марта. Не сердись, я посмотрю твой проект.

Мы стоим посреди лужайки и не смотрим друг на друга, но мою руку Давид не отпускает, и это вселяет крохотную надежду.

— Давид, почему ты меня избегаешь? — не вижу смысла развозить это надолго.

— А что, это так заметно? — хмыкает он.

У меня нет сил говорить, я одновременно киваю и пожимаю плечами. Еще бы.

— Черт, — Давид яростно растирает лицо, — как же все сложно.

Снова пожимаю плечами. Как на меня, все проще не бывает. Но мужу виднее. По крайней мере, за руку он продолжает меня держать.

— Я просто по тебе скучаю, Давид, — вдруг говорит мой рот, и я от удивления его даже приоткрываю.

Но с другой стороны, он же правду сказал. Чистую правду.

Я не просто скучаю, я так тоскую, что впору по ночам выть на луну. А луна здесь очень красивая, сразу там, где Цефей…

Давид ничего не отвечает, но так сжимает мою руку, что мне становится чуточку легче. Может, он тоже…

— Мне нужно ехать, Марта, — говорит он с сожалением.

— Куда?

— Сначала в тренажерный зал, потом в офис. А потом может мы поужинаем?

Слишком долго ждать. Я умру до вечера.

Стоп. Он сказал, тренажерный зал? Смотрю на мужа с надеждой.

— А там, где ты тренируешься, есть бассейн?

— Есть, а почему ты спрашиваешь?

— Давид, — теперь я сжимаю его руку, еще и второй сверху накрываю, — возьми меня с собой. Я хочу научиться плавать.