Глава 19

Киара

Я не знаю, как мне удалось просидеть с госпожой Мелт ещё почти час. Сколько потом ни пыталась, так и не смогла вспомнить, о чём же мы с ней говорили. В памяти не сохранилось, как добиралась до комнаты после того, как вышла, наконец, из приёмной секретаря. На моё счастье, Тины ещё не было, наверное, сидела в библиотеке. Я, словно сомнамбула, опустилась на кровать. В груди глухо ныло. Как я умудрилась так быстро?.. Неужели он мне действительно нравится?.. Мысли метались в голове сумасшедшими птицами, и я натянула одеяло на голову.

Меня саму испугала моя реакция на новость. Я ведь знаю этого человека всего лишь пару декад. Он преподаватель, заместитель ректора, мой научный руководитель, в конце концов! Есть же элементарная профессиональная этика! Профессор и студентка – фу, какая пошлость!

Под одеялом стало тяжело дышать, я откинула его в сторону. Встала и распахнула окно, с наслаждением вдохнула прохладный воздух. Вспомнилось любимое Викторово «давайте порассуждаем».

Между мной и Обраном ничего не было, кроме нескольких разговоров, пары улыбок и двух коротких ночных прогулок – и то только потому, что правила вежливости обязывали мужчину проводить девушку поздним вечером. Ещё предложение обращаться к нему по имени. Но это тоже не выходило за рамки приличий, особенно если вспомнить, что он молод, да и преподавать стал совсем недавно. Если я что-то себе придумала, то это только мои проблемы, так ведь?

И всё же в глубине души сидела обида непонятно на что. Сосредоточиться на своих ощущениях мне не дали – распахнулась дверь, и в комнату вошла Тина.

– Привет! – подруга кинула сумку рядом с кроватью. – А почему у нас окно открыто?

– Прости, Тин, мне просто показалось, душно в комнате, – я торопливо закрыла створку и отвернулась к столу, к глазам вдруг подступили слёзы.

– Киара? – неуверенно послышалось за спиной. – Ты что?

Я постаралась незаметно сделать глубокий вдох и успокоиться. Не хватало ещё, чтобы Тин что-то заподозрила.

– Что случилось?! – подруга развернула меня к себе.

– Тин… – реальную причину говорить отчаянно не хотелось, а придумать что-то правдоподобное не получалось.

Пока я лихорадочно соображала, как объяснить свой расстроенный вид, звякнула шкатулка маг-почты.

– Извини, я жду… – схватила письмо, – сейчас, минутку, подожди…

Распечатала письмо, пробежала глазами по строчкам и застонала. Новость была так себе, но я невольно почувствовала облегчение – вот и официальная причина для огорчения!

– Тин, моя младшая сестра опять сбежала из школы, – я бросила на кровать записку от матери.

– О, господи, – подруга закатила глаза, – да сколько можно! Который раз уже?

– Не знаю, – я достала дорожную сумку из шкафа, – шестой? Седьмой?

– И ты из-за этого расстроилась? – Тина недоверчиво глядела на меня.

– Тин, я так надеялась, что мой последний год обойдётся без её выходок. Ну вот совсем некстати сейчас! Просто это стало последней каплей, – пока говорила, быстро укладывала вещи, которые понадобятся в следующие несколько дней.

Оглядела комнату, присела к столу.

– Ранним утром отправлюсь, сейчас напишу заявление, отнесёшь завтра в деканат?

– Конечно, не переживай! – подруга махнула рукой и пошла умываться.

Я быстро составила документ, в котором указала, что пропущу ближайшую декаду по семейным обстоятельствам, и набросала матери ответную записку. Если смогу попасть к стационарному порталу завтра с утра, то к вечеру буду дома. Моя семья жила в дальней провинции, и добираться приходилось в три этапа – два перехода между городами, а потом ещё на экипаже в наш посёлок.

Я подскочила в несусветную рань и поспешила к центральной портальной станции. Дождалась своей очереди, оплатила переход до нужного мне города, затем второй, и день ещё не перевалил за половину, когда я уже сидела в экипаже. Ехать предстояло несколько часов с остановками. Пока была занята, не задумывалась об Обране, его невесте и моём ко всему этому отношении. Но теперь однообразная дорога никак не отвлекала, и тоскливые мысли неотвязно крутились в голове. Радовало одно – дома мне будет не до страданий. Очередной скандал с сестрой не радовал, но сейчас он был как нельзя кстати, хоть в разговоре с Тин я и утверждала обратное.

Экипаж подъехал к посёлку, когда уже начало смеркаться. Я подхватила сумку и свернула на знакомую улочку, заросшую шиповником. Несмотря на осень, на кустах ещё кое-где благоухали цветы. Подошла к небольшому двухэтажному дому, притулившемуся на углу, толкнула выкрашенную когда-то голубой краской, а теперь облупившуюся дверь.

– Мам, я дома! – перешагнула порог и улыбнулась, почувствовав запах корицы и ванили.

– Киара, милая! – мама вышла из кухни, вытирая руки о фартук, испачканный мукой. – Как я рада тебя видеть!

– Я тоже очень рада, мам. И была бы рада ещё больше, если бы не повод, – сердито прищурилась. – Где Дарина?

– Наверху, – прошептала мама, указывая глазами на лестницу.

– Что-нибудь говорила?

– Ты же знаешь, Киа…

– Значит, молчит, – я нахмурилась.

– Садись, дочка, попей чаю с дороги, – мама захлопотала, доставая заварочный чайник.

Я устроилась в уголке возле кухонного стола, вдохнула аромат трав, которые мы собирали и сушили летом, чтобы делать отвары. Пытаться побеседовать с сестрой сразу по приезду было бессмысленно. В прошлый раз она соизволила выйти из своей комнаты и поговорить только спустя пять дней. И ещё пять ушли на то, чтобы убедить её вернуться в школу. Поэтому я не рассчитывала, что управлюсь меньше чем за декаду. Как бы не пришлось ещё и задержаться.

Спустя несколько дней стало понятно, что сбываются самые печальные прогнозы – моё терпение было на исходе, а мелкая зараза по-прежнему ни на что не реагировала.

– Мама, – я внимательно смотрела на поднос с едой, который сердобольная матушка каждый вечер оставляла перед дверью младшей дочери, – мне надоело! Уноси это!

– Доченька, но как же…

– Если она не хочет говорить, значит, нечего её кормить! – я была зла на сестру и не понижала голос, надеясь, что та среагирует. – Сколько можно с ней нянчиться? Ведёт себя как безответственный ребёнок. Пора повзрослеть! У меня последний год учёбы, отчётная работа и куча своих проблем, а я вынуждена тратить время на идиотские капризы!

Мама расстроенно покачала головой, но я решительно взяла поднос и спустилась вниз на кухню. Пусть поголодает. Может, быстрее станет сговорчивой.

Спать ложиться не стала, вместо этого уселась в гостиной, приглушив свет. Посмотрим, не рискнёт ли Дара поискать что-то из еды. Дом погрузился в сонную тишину, и я уже начала думать, что моё предположение оказалось неверным, когда услышала крадущиеся шаги. Тихонько встала и, подобравшись к двери, схватила тёмную фигуру за шиворот.

– Поговорим, сестрёнка?

Подтащила сопротивляющуюся девчонку к креслу и кинула в сторону лампы поток поярче. Но увидев опухшее, зарёванное лицо сестры, потрясённо отпустила её.

– Даринка, что случилось? – я опустилась рядом на колени.

Губы у неё страдальчески искривились и затряслись.

– Киа, со мной что-то не так.