Глава 24

Светский брак. Просто роспись и штамп в паспорте. Без чувств, без любви. На что еще я могла рассчитывать, надев свадебное платье вместо сестры? Спасибо хотя бы муж относится ко мне с уважением. Беру в руки маленький флакончик духов, и разбрызгиваю их по телу. Закрываю глаза, вдыхая восточный аромат. Слышу, как дверь открывается, и в спальню входит Аслан. Его взгляд пронзает меня насквозь. Он красив, как бог, в этом черном костюме. Но в его глазах нет любви. Только решимость. И это меня пугает больше всего. – Ты прекрасна, – говорит он, подходя ближе. – Аслан… – начинаю я, но он перебивает. – Не надо, Дарина. Все будет хорошо, – кладет руку мне на плечо. – Нет, Аслан, не будет! – резко поворачиваюсь к нему лицом. – Не будет, если ты меня не любишь! Зачем это все? Зачем эти действия? Ты ведь любишь… или любил Марину! Почему ты не можешь быть честным со мной до конца? – Ты права, Дарина. Я любил Марину, – тихо произносит муж. Отворачиваюсь, не в силах смотреть ему в глаза. – Но… это было давно. И ее больше нет. – Как это – нет? Что случилось? – шепчу, и по спине пробегает холодок. Аслан опускает голову, его плечи напряжены. – Люди… точнее нелюди, которым я перешел дорогу, использовали ее. Они… сделали с ней ужасное. Изнасиловали ее и зверски растерзали. Задыхаюсь от панических мыслей, спина покрывается коркой ледяного ужаса. Закрываю лицо руками, пытаясь заглушить боль, которая вдруг обрушилась на меня. Будто они… сделали это со мной. Весь этот кошмар… – Мне так жаль, Аслан… Мне так жаль. В его глазах столько боли, столько отчаяния, что у меня сжимается сердце. – Ты очень похожа на нее, Дарина. Очень. И поэтому… мне так тяжело. Я боюсь, что если скажу, что люблю тебя, ты подумаешь, что это чувства, которые я испытывал к Марине. Что я просто ищу ей замену. – Тогда…, может быть, не стоит? – тихо спрашиваю. – Может быть, не стоит жениться? Если это причиняет тебе столько боли. Аслан резко притягивает меня к себе. Его пальцы собственнически сжимают мою талию. – Нет! – рычит он. – Росписи быть! Ты нужна мне, Дарина. Ты нужна мне. Наклонившись, муж целует меня. Его поцелуй грубый, требовательный, но в то же время такой отчаянный и голодный. Отвечаю на него, забывая обо всем на свете. О Марине, о страхе, о сомнениях. Той девушки больше нет… А я живая! И я смогу сделать его счастливым. Могу вылечить его раненое сердце. Поцелуй становится все жарче и требовательнее. Мы падаем на кровать, и он обнимает меня, прижимает к себе так крепко, словно боится, что я исчезну. Я готова пойти с ним в загс. Готова стать его официальной женой, готова стать его поддержкой и опорой. Даже если это значит, что я навсегда останусь тенью Марины… Потому что я люблю его. Безумно, отчаянно люблю! Зарина оказалась права. Мне потребовалось не так много времени, чтобы понять – это настоящая любовь. Не благодарность, не привязанность. А самое реальное живое и сильное чувство, похожее на пульсацию в груди. – Мы в загс не опоздаем? – кладу ладонь на его гладковыбритую щеку. – Нехорошо заставлять наших гостей ждать, – отвечает Валеев. Затем он встает с постели и протягивает мне руку. Я тоже встаю и поправляю чуть примявшееся платье. Вскоре мы выходим из дома. Аслан открывает для меня дверь машины, даже не взглянув в сторону моей сестры. От моей ревности не осталось и следа. Зарина садится на заднее сиденье рядом с Зауром. Тот всю дорогу стонет и жалуется на головную боль. Аслан не выдерживает, достает из бардачка упаковку нурофена и бросает ему со словами: – Вот, прими, и замолчи уже. После чего я и Аслан обмениваемся короткими, волнующими взглядами. До ЗАГСа ехать недолго. Смотрю в окно, наблюдая, как мелькают городские пейзажи, и пытаюсь унять нарастающее беспокойство. Неожиданно с визгом тормозов нас подрезают две черные машины. Сердце уходит в пятки. Из обеих авто вываливаются крепкие мужчины с суровыми лицами и волчьими взглядами во главе с моими братьями. Их появление здесь предвещает только одно – большие неприятности. Зарина вскрикивает, а Заур пытается ее успокоить. Аслан напряженно сжимает руль. Я знаю, что сейчас начнется. Это их способ "поздравить" меня с замужеством, проявить свою "заботу" и "уважение" к моему выбору. А потом… вернуть домой, в фактическое рабство. Мерзкие и опасные типы, сопровождающие братьев, обступают нашу машину, создавая вокруг нас кольцо напряжения и опасности. – Дарина! Зарина! Шлюхи! Вылазьте из машины! – рявкает Казбек, надевая на руку кастет. – Сейчас же! – Никуда они не выйдут, – отвечает Аслан, блокируя двери. – И вообще, какого черта здесь происходит? – Не твое собачье дело! – сплевывает Ахмед, делая шаг вперед и сжимая в руке биту. – Этих потаскух домой вернуть надо. Нечего им шляться с кем попало! – Они взрослые девушки и сами решат, где им быть, – спокойно отвечает Аслан, вслепую набирая что-то на своем телефоне. Может быть, вызывает помощь? – Посмотрим, как долго ты сможешь нас сдерживать, – заносчиво отвечает Казбек и отдает знак головорезам. Те начинают стучать по стеклам машины, требуя, чтобы мы вышли. Зарина забивается в угол, прикрывая голову руками. Заур, кажется, забыл о своей головной боли и наблюдает за происходящим с широко открытыми глазами. Всевышний, помоги нам! Они же сейчас машину Аслана разнесут в щепки! – Дарина, посмотри на меня, – командует Аслан. – Все будет хорошо. Помощь уже выехала. Судорожно киваю в ответ, прикидывая, сколько времени мы еще сможем продержаться в осаде. Выходить к ним нельзя, они просто изобьют Аслана и Заура толпой. Сколько их? В три раза больше. У нас нет шансов противостоять им. Через несколько минут раздается оглушительный треск. Стекло с моей стороны разлетается осколками, словно ледяной дождь. Едва успеваю прикрыть лицо, чтобы не порезаться. Чья-то рука, грубая и грязная, шарит внутри, пытаясь открыть дверь. Не помня себя от ярости, колочу кулаком по этой ручище. Аслан резко дает по газам, пытаясь вырваться из окружения, но безуспешно. Машины братьев блокируют все пути, зажав нас в тиски. Но вдруг откуда ни возьмись, появляются две машины. Из двух внедорожников выскакивают вооруженные люди. С криками они начинают стрелять по нападавшим, целясь им по ногам. Завывают сирены. Нападавшие, не ожидавшие такого отпора, в панике отступают, понимая, что против огнестрельного оружия они бессильны со своими битами и кастетами. Казбек и Ахмед, матерясь, запрыгивают в машины и дают по газам. Кажется, мы спасены…