Глава 26

Стою на пороге нашего дома, чувствуя, как сердце бьется где-то в горле. Зарина стоит передо мной с небольшой дорожной сумкой, и ее глаза блестят от предвкушения. Она так взволнована предстоящей учебой и жизнью в Москве, а я… я так волнуюсь за нее! Столица кажется такой огромной и чужой, полной соблазнов и опасностей. Но сестра уже не ребенок, и она сама приняла это решение. Так что справится. Аслан понимает мои переживания. Он протягивает Зарине банковскую карточку, улыбаясь ей своей доброй, спокойной улыбкой. – Это тебе на первое время, чтобы ни в чем не нуждалась. Не забывай звонить сестре. В его голосе звучит искренняя забота, и я благодарна ему за это. За то, что он так тепло принял мою сестру, за то, что поддерживает Зарину в ее стремлениях. Валеев позвонил кому-то в Москву, ее примут там и помогут. – Спасибо, Аслан. Никогда не забуду, что ты для меня сделал, – отвечает она. Зарина кивает моему мужу, затем обнимает крепко-крепко и прижимается щекой к моей щеке. – Я буду очень скучать, Дарина. Но обещаю, я буду хорошо учиться и не забуду тебя. Слезы подступают к горлу, но я сдерживаюсь. Улыбаюсь ей в ответ, глажу ее по волосам. – Я тоже буду скучать, солнышко. Будь осторожна и береги себя. Аслан открывает дверцу своей машины. Не той – разбитой, а новой. Зарина забирается в салон и машет нам с Заирой рукой. Машина трогается, и я смотрю ей вслед, пока она не исчезает за поворотом. За ними следует автомобиль с охраной, которую временно нанял муж. Так что я спокойна насчет их безопасности. Но в груди все равно образуется пустота, которую, я знаю, сможет заполнить лишь время и весточка от моей любимой сестренки. Теперь я могу только надеяться и молиться, чтобы все у нее сложилось наилучшим образом. Следующие несколько часов я помогаю Заире с ужином. Аслан уже отзвонился и сказал, что посадил Зарину на самолет. Сам поехал по делам. Братья все еще прячутся где-то. Даже не знаю, к лучшему это или нет? Надоело сидеть и ждать очередной удар. Вечером муж приезжает домой с красивым букетом цветов. – Это тебе, красавица, – вручает. – Спасибо, Аслан, они прекрасны. Как дела? – Дела идут, но ты для меня важнее любых дел. Улыбнись, пожалуйста. Твоя улыбка – мое солнце. Вдыхаю аромат цветов и расплываюсь в улыбке. – О братьях ничего не слышно? – спрашиваю немного позднее. – Нет. Эти крысы где-то затаились. – Думаешь, они готовят какую-то провокацию? – Уверен в этом, – хмыкает Аслан. – Поэтому, извини, тебе придется сидеть дома и вообще никуда не выходить отсюда. Надеюсь, не умрешь со скуки. – Я понимаю. Я буду сидеть. – Вот и умничка, – целует меня в губы долгим поцелуем. Мы ужинаем и после чая уединяемся в спальне. – Сделать тебе массаж? – предлагаю мужу. – А можешь? – удивленно вздергивает бровь. – Конечно, могу. Меня мама научила. У папы часто болела спина, и она массировала ее каждый день. Аслан снимает рубашку и ложится на кровать. Беру в руки масло и растираю руки. – Как погибли твои родители? – спрашивает Валеев. – Авария. Водитель грузовика уснул в дороге. Начинаю нежными движениями разминать его плечи, чувствуя напряжение в мышцах. Воспоминания о той страшной ночи всегда вызывают неприятную дрожь. Помню телефонный звонок и голос тети Луизы, полный слез, и ощущение, будто земля уходит из-под ног. Сотрудники полиции почему-то позвонили именно ей. Аслан переворачивается на спину и смотрит на меня с сочувствием. – Мне очень жаль, – говорит он, гладя мою руку. Улыбаюсь ему, стараясь показать, что все в порядке, хотя это далеко не так. – Все прошло. Я справилась. Теперь у меня есть ты. Наклоняюсь и целую его в лоб, ощущая тепло его кожи. Затем возвращаюсь к массажу, стараясь отогнать грустные мысли. Разминаю его сильные плечи и глажу мускулистую грудь. Мои руки сами спускаются к его животу, к полоске черных волосков, ведущих к паху. Мои пальцы легко скользят вниз, дразня его. Чувствую, как его дыхание становится более глубоким и прерывистым, а член – наливается силой. Легкий стон вырывается из его груди, и это любимая музыка для моих ушей. – Продолжай, – велит Аслан. Мои пальцы играют с его плотью, то нежно лаская, то чуть сжимая, доводя его до грани. Крепко обхватываю член рукой и начинаю двигаться вверх и вниз, создавая ритм, который сводит его с ума. – А теперь остановись, – хрипит муж. – Моя очередь. Легким движением Валеев укладывает меня на лопатки и распахивает мой халатик. Он наклоняется и целует меня в шею, оставляя влажные следы. Его руки блуждают по моему телу, лаская каждый изгиб. Глаза горят страстью. Аслан спускается ниже, к моей груди, и начинает нежно массировать ее. Я стону от удовольствия, закрыв глаза. Его руки нежно скользят по моему животу, спускаясь все ниже и ниже. Задыхаюсь от предвкушения и чувствую, как между ног зарождается сладостная истома. Спустя несколько секунд возбуждение охватывает уже всё тело. Широко раздвигаю бедра и тяну на себя Аслана. – Сейчас, сейчас, милая. Он устраивается на мне и медленно погружается в хлюпающую соками щель. Его горячее дыхание обжигает мою шею, а руки крепко держат меня за бедра, направляя каждое движение. Он чувствует мое состояние и ускоряет темп, двигаясь все глубже и сильнее. Вцепляюсь пальцами в его спину, не в силах сдержать громкий стон, вырывающийся из моей груди. Меня накрывает волна блаженства, и я чувствую, как тело пронзает дрожь. Кончаю, ощутив, как во мне пульсирует член Аслана. Поверить не могу! Он… Он сделал это в меня. – Я думал, это будет лучшим признанием в любви, дорогая, – шепчет муж, не выходя из моего тела. – Сильнее любых слов. – Аслан, я… Я очень хочу от тебя детей, и не подведу тебя. – Я знаю, Дарина. Знаю… Ночь выдается очень тревожной. Мне снятся сны, будто Зарина в опасности, и я просыпаюсь с громким вскриком. Аслан прижимает мою голову к своей груди и гладит меня по волосам: – Тише, тише, Дарина. Я рядом. Обнимаю его и зарываюсь носом ему в подмышку. Мне так нравится естественный запах мужа. Да я просто его фанатка! Что это, если не любовь?