Глава 44

АНГЕЛИНА

— М-м-м… — мычу я, чтобы не орать от боли.

— Дыши, милая, дыши, — помнишь, как нас учили на занятиях? — Кирилл в смешном белом халате и маске, точно сам акушер-гинеколог.

Воды отошли у меня несколько часов назад. Ночью, внезапно, и мы подорвались ехать в клинику. Тут подтвердили, что я в родах и сразу отправили нас в родзал.

Присутствие Кирилла на родах как таковое мы не обсуждали — само собой как-то получилось, что он не оставил меня, а поднялся следом в родзал и теперь, как может старается облегчить мои мучения.

Вчера родила Кристина, Михаил был на родах от и до, может поэтому Кирилл проникся и решил последовать примеру старшего брата? Не важно. Важно то, что мне больно до чертиков, а поддержка Кирилла заметно облегчает мое состояние.

— На кесарево надо было идти… — скулю я.

— Ну милая, любимая, потерпи немного. Кесарево — все же полостная операция. С ним тебе придется дольше восстанавливаться.

— Вот поэтому, ай-яй-яй, я и решила сама рожать, хотя теперь не уверенна, что мое решение, ай, было правильным!

— Бедная моя девочка! — вытирает Кирилл пот с моего лба. — Давай на мяч попробуем пересесть.

Мы с Кириллом кое-как пересаживаемся на фит-болл. Он поддерживает меня и массирует спину на схватке.

— Как ты?

— Когда ты так делаешь, мне становится легче, продолжай!

— Какие молодцы! — хвалит нас вошедшая акушерка, — правильно, папочка, поддерживайте мамочку, ей сейчас ваша помощь необходима как никогда!

Акушерка смотрит мое раскрытие и отправляет нас снова «тусить» на фит-болле.

— Еще немного, Геля и мы увидим нашего сына.

Я благодарна Кириллу за то, что он не бросил меня в такой страшный момент, переживает со мной каждую секунду моей боли и страданий. Хорошо, что он видит, в каких мучениях достаются нам дети, и будет ценить меня и ребенка еще больше.

— Прикинь, Милка азиата родила! — ухмыляется Кирилл в перерывах между схватками, чтобы отвлечь меня.

— Серьезно? — смеюсь я.

Отвлекаюсь на эту дурочку. К Миле я Кирилла больше не ревную — он честно признался мне, какие у них с Милой были взаимоотношения в последнее время.

— Прикинь! А она на меня решила ребенка сбагрить! Нет уж, пусть родному отцу ребенка предъявляет, у меня свой скоро будет!

Смеемся некоторое время с ушлости некоторых девиц, пока меня не скручивает окончательно.

— Кирилл… я сейчас скажу ужасную вещь, — хриплю я, согнутая в три погибели, но терпеть больше не могу, — Я хочу КАКАТЬ!!!

— Хорошо, милая, идем в туалет! — не сколечко не смущается моим физиологическим подробностям Кирилл. — Пошли, я подержу тебя.

Выползаем оба в коридор.

— Так-так, молодые люди, куда это вы собрались? — останавливает нас дежурная по этажу медсестра.

— Так девушке приспичило. — как может объясняет Кирилл.

— Чего приспичило?

— Так это… — краснеет босс. — Ну… По большому!

— По большому?! — орет на весь коридор медсестра. — А ну быстро обратно в палату!!! Это она рожает уже!

Кирилл, перепуганный до бледноты подхватывает меня на руки, уносит обратно в родзал.

Медсестра зовет акушерку.

Вместе с ней в палату забегает полдюжины человек во врачебных халатах. Все сгруппировываются около меня. Кирилла оттесняют к моей голове и плечам.

— Сейчас будем рожать! — радостно сообщает нам акушерка.

Кирилл напряжен не менее, а может даже и поболее моего. Уверенна, если бы он мог, то не раздумывая, родил бы вместо меня. Но такова уж наша женская природа — вынашивать и рожать ребенка можем только мы.

— Спокойно, набрали побольше воздуха в легкие и тужимся! — слышу я команду акушерки.

Все делаю, как она говорит. Стараюсь отвлекаться от боли. Кирилл рядом. Он держит меня за плечи, а я вцепляюсь в его сильные накаченные руки.

Кристина вчера испытывала тоже самое. Сегодня она прекрасно себя чувствует, вовсю занимается маленькой Сонечкой. Кристина смогла, и я смогу! Даже Мила, и то родила, значит и я не хуже!

Рожаю на третьей схватке.

Все как по канонам.

Род зал оглушает недовольное мяуканье и этот звук как манна небесная для меня.

Боль моментально отступает. Врачи возятся с моим последом, но меня это уже не волнует.

Малыш, мой сыночек! Его быстро заворачивают в одеялко, перерезают пуповину, и кладут мне на грудь.

Кирилл смеется, но с глаз его текут мужские слезы. Отнюдь не скупые. Он гладит малыша по щечкам, целует то меня, то его. Я тоже глажу малыша, наглядеться на него не могу, надышаться им. Родился наш Тимофей богатырем. Целых четыре с половиной килограмма!

Мне до сих пор не верится, что я это сделала.

— Я люблю тебя, Гель! — осушает мои слезы Кирилл, — Спасибо тебе за сына! Теперь нам нужно как можно быстрее пожениться.

— Восстановлюсь и поженимся! — обещаю я, хотя мне сейчас вообще не до свадьбы.