Глава 24

Дан

Лида – единственная, кто продержалась на этой должности больше года. Только потому, что не посягала на меня, как на мужчину. До сегодняшнего дня.

Потому что именно сегодня я отмечаю, что у нее предельно, на границе допустимого короткая юбка, рубашка с воротником-стойкой и неприличное декольте. Которое она не стесняется мне продемонстрировать, наклонившись, чтобы составить чашки на стол.

Саша наблюдает за представлением, вздернув бровь. А я закипаю изнутри.

– Что-то еще, Даниил Дмитриевич? – выдыхает Лида и облизывает губы. А мне мерзко становится. Потому что перед глазами моментально возникает образ чистой и невинной Леси. И такое ощущение, что я в данную минуту изменяю ей.

– Да. Пока я общаюсь с Александром Дмитриевичем, у тебя есть полчаса, чтобы привести себя в божеский вид и переодеться согласно дресс-коду. Свободна.

Лида хлопает наращенными ресницами, и ее глаза моментально наполняются слезами. Пулей вылетает из кабинета, а я выдыхаю и делаю большой глоток обжигающего кофе.

– Что, баб не хватает, что на персонал переключился?

– Чего?! Я не трахал ее. Я не хочу портить с ней отношения. Лида вполне устраивает меня в качестве секретарши. И только.

– Ну да, ну да. Расскажи мне.

Вспыхиваю мгновенно. Я не весь адреналин выплеснул после стычки с недоноском, так что Саша вполне может попасться под горячую руку. Вика меня потом сожрет, если я ее мужу нос сломаю.

Брат, похоже, сам чувствует, что перегнул палку, и переводит тему:

– Нужно смотаться на объект, акты забрать. Сделать это желательно сегодня. Ты мне должен…

– Я не могу, – жестко обламываю. – Не сегодня. Меня ждут.

– Дан…– предупреждающе рычит брат.

– Дома ждут, – с нажимом повторяю.

Воцаряется тишина. Брат вздергивает в удивлении брови и присвистывает.

– Ох, ни хрена ж себе. Сильно. Удивил, брат, так удивил. Чтобы ты на свою территорию пустил женщину…Ради такого я сам смотаюсь. Наконец-то, – хлопает по плечу, довольно скалясь, – а то я уж думал, что после той истории с Ангелиной…

– Заткнись, – жестко выплевываю. – Я же просил не вспоминать о ней! Специально нарываешься?

– Боже упаси, – Саша вскидывает руки и поднимается на ноги. – Я поехал от греха подальше. А ты дуй домой к своей девочке.

Обязательно. Обязательно. Вот только один сюрприз для одной рыжули организую…

Брат доходит до двери, хватается за ручку, нажимает на нее…

– Погоди. Где вы Варе покупали тот стульчик? Который регулируется по высоте и все такое?

Саша замирает. Разворачивается, буравит меня взглядом. Я не ведусь.

– Тебе зачем?

– Надо.

– Надо? – тянет задумчиво. – Это то, о чем я думаю?

Оставляю его вопрос без ответа. Я не готов пока делиться своими рыжиками с кем бы то ни было. Даже со своей семьей. Особенно с ними. Лисенок может испугаться. С ней так резко нельзя. Надо ласково, постепенно.

– Ничего не хочешь мне рассказать? Например, кто у меня: племянник или племянница?

– Не-а, – откидываюсь обратно на спинку стула, скрещивая руки на груди. – Не хочу.

– Карма у нас, у Ковалевых такая, что ли? Узнавать о детях постфактум?

Кривлюсь, качая головой. Ловлю себя на мысли, что очень хотел бы, чтобы мандаринка была моей дочерью. А Леся – моей женщиной. И ждали бы меня девчонки дома и встречали восторженно каждый вечер. А я бы баловал их, чтобы видеть искренние улыбки и счастливый блеск в глазах.

– Познакомишь хоть?

– Как-нибудь.

Обязательно. Как только с мужем Леси вопрос решу. Если он у нее вообще есть.

– Так что насчет стульчика?

– Уточню у Вики, – брат чешет в затылке. – Она выбирала и заказывала. Скину контакты.

– Добро. Спасибо.

– Пока. До встречи, Дан. И поздравляю, папаша.

Саша выскальзывает за дверь прежде, чем я запускаю в него каким-нибудь тяжелым канцелярским предметом.

Через минут десять брат скидывает мне ссылку на сайт детского магазина. Выбираю стульчик, пораскинув мозгами, ставлю галочку напротив графы «самовывоз» – мне как раз по пути. И я лично хочу вручить этот подарок маленькой принцессе.

Накидываю пиджак на плечи, достаю пальто из шкафа. Выхожу в приемную.

– Меня сегодня больше не будет. Все срочные вопросы направлять мне на почту. Звонить только в случае катастрофы, – инструктирую Лиду. Та вскакивает на ноги. Надо же, не ослушалась: переоделась и выглядит сейчас как раньше – строго и элегантно. Но восторженный блеск глаз никуда не делся. Дурной звоночек.

– Даниил Дмитриевич, вот на этих документах срочно нужна ваша подпись…

– Потерпит. Я спешу.

А я спешу туда, где меня, уверен, ждут. Одна забавная и веселая мандаринка с карамельными глазами и ямочками на щечках так точно.

Домой. Впервые в моей жизни тороплюсь туда вернуться.

Скорее, к моим девочкам.