Глава 34

Олеся

– Что мне делать, Даниэла? – я прячу лицо в ладонях и судорожно дышу, пытаясь унять тошноту. Мне мерзко от самой себя двухлетней давности и от сложившейся ситуации в целом.

Вчера вечером я как-то нашла силы и смогла отболтаться от Дана. Придумала что-то вполне правдоподобное, кажется. Попила воды и пулей улетела в свою спальню. И всю ночь пролежала, пялясь в потолок и гадая, как же я так смогла…

Нет, я знала, что при употреблении алкоголя без должного контроля я могу нахулиганить, но чтобы изменить мужу с незнакомым мужчиной…Боже, какой кошмар! Почему это все случилось со мной?!

Я извела себя, сожрала, и к утру у меня ожидаемо разболелась голова. Я не знаю, как теперь смотреть Дану в глаза. Ведь у меня все на лице написано, я не умею врать. Он поймет, считает мое состояние. Поэтому, когда Дан осторожно заглядывает к нам с Анюткой в спальню, я притворяюсь, что сплю. Паршивая из меня помощница по дому: то сбегаю, оставив работодателя без ужина, то сплю утром, и Дан уходит голодный на работу.

Я встаю, как могу привожу себя в порядок и готовлю дочери кашу. Только сегодня из-за недосыпа и мыслей, сверлящих голову, все валится из рук. Молоко убегает, я режу палец, роняю разделочную доску прямо на ногу. Немного удается взять себя в руки, когда Анютка, видимо, почувствовав мое состояние, подходит и обнимает меня за ноги. Я усаживаю ее в новенький и уже успевший полюбиться стульчик для кормления, и как раз в этот момент раздается звонок мобильного.

– Не буду отнимать много времени, – весело щебечет Даниэла. – Звоню узнать, все ли у вас хорошо?

– Все плохо.

– То есть? – по голосу слышу, как подруга напрягается. – Ты меня пугаешь, Лесь.

– Я все-таки переспала с Даном.

На том конце провода воцаряется тягостное молчание. А я кусаю губы, не зная, как признаться в таком.

– Он обидел тебя? Тебе не понравилось?

– Нет, случилось два года назад. Но просто…

И меня прорывает. Все эмоции, что копились у меня этой ночью, все переживания накрывают с головой. Я захлебываюсь ими, иду ко дну. Всхлипываю и кусаю ладонь, чтобы не разреветься в голос и не напугать дочку.

– Леся, солнышко, успокойся, пожалуйста, – ласково просит Даниэла. – Ты мне сердце разбиваешь. Я через пару часов буду в торговом центре «Восход», ты сможешь подъехать туда? Я обещала Руслану игровую. Они с Анютой поиграют, а мы поговорим. Хорошо?

Соглашаюсь и спустя ровно два часа я сижу напротив подруги. Выкладываю все, что вспомнила, пока Руслан и мандаринка разносят детскую площадку.

– Что. Мне. Делать? – выдыхаю с надрывом. Я снова на грани истерики. Останавливает лишь то, что Анюта может меня увидеть в таком состоянии и то, что мы находимся в общественном месте.

– Для начала успокоиться, – тоном строгой учительницы отчитывает Даниэла. – Не нужно делать трагедию. Ничего страшного не произошло.

– Я мужу изменила, понимаешь?! Это ненормально!

– С чем тебя и поздравляю. Твой почти бывший муж Лёня даже рядом с Даном не стоял! Нашла из-за чего переживать!

– Но…

– Олеся, – Дана хмурится и смотрит на меня исподлобья. – Твой муж не заботился о тебе, издевался и даже поднимал руку. Изменял, а ты переживаешь, что ответила ему тем же? Наличие совести – это прекрасно, но сейчас ты перегибаешь, моя хорошая.

Кусаю губу почти до крови. Разрываю салфетку почти в клочья.

– Я не уверена, что он мне изменял…Я не видела. Только чувствовала.

Даниэла закатывает глаза. Кажется, она теряет терпение.

– Интуиции в этом вопросе порой достаточно. Мы, женщины, чаще всего чувствуем, когда нас меняют на других. И посмотри на это с другой стороны: ты не сделала это намеренно. Ты сделала это под действием алкоголя. Твой, прости Господи, муженек знал об этой особенности, но все равно дал мохито и испарился в неизвестном направлении. С чужой женщиной. Только за это его можно подвесить за…Ну, ты поняла. Какие к тебе претензии, я не понимаю!

Тяжело вздыхаю, немного успокаиваясь. Пытаюсь мыслить трезво. Смотреть на ситуацию под другим ракурсом.

– Ты права. Спасибо за поддержку, Даниэла. Я не знаю, как бы со всем справилась, если бы не вы с Аланом. С ума бы наверно сошла, – грустно улыбаюсь, качая головой. – Но вопрос так и остается открытым. Что мне делать? Как вести себя с Даном?

Подруга берет меня за руку, переплетает наши пальцы.

– Поговори с ним. Алан сказал, что Ковалев – нормальный мужик. Адекватный. К вам настроен серьезно. Расскажи все, что тебя беспокоит. Возможно, твой рассказ послужит для него триггером, и он тоже вспомнит тебя. Ту вашу единственную ночь.

Отворачиваюсь в сторону, обдумывая слова Даниэлы.

«На будущее давай договоримся: мы все обсуждаем. Садимся за стол переговоров и говорим обо всем, что не устраивает.»

В голову приходят вчерашние слова Дана. Я дала ему слово. Обещала. И, пожалуй, так и поступлю. Он столько для нас сделал, что заслуживает честности и откровенности с моей стороны.

– Это лучшее решение, – смотрю в глаза подруге, и она с облегчением выдыхает. – Ты, как всегда, права. Я только не знаю, как ему сказать. «Дан, – нервно кривлюсь, – ты знаешь, мы с тобой переспали два года назад на корпоративе. Ты, случайно, не помнишь? Ах, да, и Анюта, возможно, твоя дочь».

Я снова мрачнею. Этот факт меня тоже безумно беспокоит. Едва ли не больше, чем то, что я изменила мужу. Пусть не в трезвой памяти, но все же.

Перевожу взгляд на игровую площадку. Мандаринка как будто чувствует, что я за ней наблюдаю и поворачивается. Улыбаюсь и машу своей малышке. На ее лице расцветает ответная улыбка до ямочек на щечках. Руслан привлекает внимание подружки, и Анюта снова переключается на игрушки.

– Они и правда очень похожи, – задумчиво бормочет Даниэла, тоже наблюдая за детьми. – Особенно улыбка и глаза…Странно, как Дан сам этого не замечает?..

– Потому что у него и в мыслях нет, что Анюта может быть его дочерью. Что уж говорить, я и сама не уверена. Боже, какой позор! – мне снова хочется разрыдаться.

– Успокойся! Я уже говорила, сам Боженька тебя отвел от такого муженька, как Лёня. И теперь я процентов на семьдесят уверена, что Аня от Дана. Знаешь, что? Хочешь, я тебе денег одолжу? Ты сделаешь тест ДНК и будешь знать наверняка. И наконец-то успокоишься.

Качаю головой, с благодарностью сжимая ладони подруги.

– Спасибо, моя хорошая, но не нужно. Я сама. Я же хотела снять нам с Анюткой жилье. Но раз такая необходимость отпала, то я из этих средств оплачу этот тест.

– Вот и правильно. Потом позвонишь и расскажешь. Но я уверена, – улыбка Даниэлы становится шире, – что скоро мы все будем поздравлять Ковалева со статусом папули.

Закусываю губы и нервно сцепляю пальцы. Мне бы хоть сотую долю оптимизма подруги…

– Надеюсь, он будет рад, если тест окажется положительным.

– Шутишь? Да он уже сейчас души не чает в Анютке! А твоя дочь его называет папой! А устами младенца, как известно…

Мандаринка подбегает ко мне. Лезет обниматься и кладет голову мне на плечо. Бросаю взгляд на часы и охаю.

– Извини, Даниэла, нам пора бежать. У Анюты сон – час, если сейчас не уедем, то потом она устроит мне концерт не по заявкам.

– Конечно, бегите, – подруга тоже поднимается из-за стола и подзывает Руслана. – И нам уже пора. Мне еще отчет по поставкам надо проверить, да и Алан обещал пораньше приехать с работы.

Подруга крепко обнимает нас на прощание и шепчет мне на ухо.

– Обязательно поговори с Даном. Сегодня же. Ничего не бойся. Он все поймет. Все у вас будет хорошо, вот увидишь. И держи меня в курсе.

– Спасибо еще раз, моя хорошая. Обязательно!

Но моим планам не суждено сбыться…