Эпилог.

В июне Анне позвонил Тимофей Ильич и объявил:

— Аня, надо срочно лететь в Новосибирск. Петров слег с температурой, а вы же с ним вместе работали с этим клиентом. Там номинально прилететь, посмотреть всё на месте и вечером можно возвращаться.

— Я полечу, Тимофей Ильич, — ответила со вздохом Анна, прикидывая уже, как решать вопрос с кормлением.

Ничего, сцедит, заморозит, пару раз Александра Ивановна покормит Санька смесью, а там она уже и прилетит. Опять же, деньги ей сейчас совсем не лишние.

— И, Ань, там наклюнулся ещё один проект, но уже не в Новосибирске — турбаза в Горном Алтае, совсем новая. Им нужна раскрутка…

Шеф говорил что-то ещё, а у неё внутри всё сжалось только от слов “турбаза”, Горный Алтай. Аня взяла себя в руки и вслушалась в его слова:

— Заказчик настаивал, чтобы ты приехала и работала там, на месте. Нес какую-то ерунду, что так ты проникнешься местом и его атмосферой. Требовал только тебя, мол видел твои работы и хочет, чтобы и его проект так же рванул.

— Но у меня же Саша и няня…

— Этот нувориш в курсе! Думаешь, я не говорил ему?? — взорвался шеф. — Он сказал, что готов оплатить перелет и тебе, и твоему сыну и его няне! Слушай, Чуркова, тебе деньги, что ли, не нужны, я не понимаю?? Мы вон, с моей Антониной, на поезде своих через полстраны таскали, а ты на самолете полетишь! Да он у тебя проспит весь полет! Тебе гонорар озвучить, для ускорения полета, нет?

И он озвучил, действительно ускорив.

Анна поговорила с няней Санька, и та согласилась лететь, сказав:

— Нищему собраться — только подпоясаться. Все вместе летим, конечно! Да и как я Санька-то нашего кому-то другому доверю? Вам же всё равно там одним, без меня, не справиться. Так о чем и говорить?

— Тогда вылет через два дня. Билеты уже куплены, Александра Ивановна.

— Поняла, пошла собирать вещи, — засобиралась домой няня.

Встреча с первым заказчиком проходила в отеле в центре города с видом на красивую набережную. Александра Ивановна и Санёк были в номере, спали, режим, конечно, у всех сбился — всё-таки разница во времени давала о себе знать.

Анна провела встречу, ей показали отель, а именно его рекламой она и занималась, и вечером спустилась в ресторан при отеле, просто поужинать. Она заказала салат и простую воду, сидела у окна, смотрела на проспект, на гуляющих по нему людей и наслаждалась молчанием.

Этот заказчик был очень болтлив и она, признаться устала от него. И вдруг Анна услышала:

— У вас свободно?

Голос. Она узнала его раньше, чем повернула голову. Сердце ухнуло в пятки, ладони тут же взмокли, в ушах зашумело.

Алексей стоял в двух шагах. В пиджаке, при галстуке, гладко выбритый — совсем не похожий на того, в ветровке и клетчатой рубахе. Тот же цепкий взгляд серых глаз, тот же прищур, и те же губы.

— Свободен, — выдавила она.

Он сел напротив. Не улыбнулся. Посмотрел на неё долгим взглядом, от которого захотелось провалиться сквозь землю.

— Ты сбежала, — сказал он тихо.

— Да.

— Зачем?

— Испугалась.

— Чего?

— Того, что осудишь, — призналась со вздохом, — сама, первая, на тебя…

— А было похоже, что я был против?

— Нет.

Он молчал так долго, что она решила — сейчас встанет и уйдёт. Но он не ушёл. Вместо этого позвал официанта и что-то прошептал парню на ухо. Тот кивнул и отошел.

Вернулся спустя пару минут, неся в руках две обычные кружки. Анне даже показалось, что это были те же самые кружки, что на турбазе у дяди Миши. Но откуда бы им тут взяться?

В одной был налит черный кофе, в другой… какао. Анна подняла на Алексея удивленный взгляд:

— Какао? Помнится, там ты мне заваривал кофе с молоком.

— Я помню, — мужчина был серьезен, — но кормящим мамам нельзя кофе, а какао, в умеренных дозах, можно. Я узнавал.

— Ты узнавал?

— Да. У нашего сына ведь нет аллергии, верно?

— Нашего? — Анна боялась думать, что ослышалась.

— Нашего, Ань, нашего, — произнес твердо и наклонившись к столу, накрыл её ладонь своей. — Я не отпущу тебя во второй раз. Даже если ты снова сбежишь — я найду. Я теперь знаю твою фамилию, город, где ты живешь, фирму, где работаешь. Я всё о тебе знаю, Ань. О тебе и о нашем сыне. Он ведь сейчас здесь, в номере с няней, верно?

— Да, — она сжала его пальцы в ответ. — Я больше не сбегу. Я набегалась.

Он поднес её руку к губам, поцеловал и хитро улыбнулся:

— Тогда, может, на этот раз начнём наше общение с нормального знакомства? Я Алексей Николаевич Опальный. Разведен. В данный момент в отставке. Люблю горы, вареники с вишней и купание в ледяной горной реке. Правда, при одном условии, что меня на берегу будет ждать женщина, готовая прыгнуть в воду, если я не выныриваю слишком долго.

— Ты помнишь…

— Помню, Ань, я всё помню. Так как, будешь ждать меня на берегу?

— Буду. И прыгать тоже буду, если не вынырнешь дольше, чем через полминуты.

Она тоже всё помнила, каждое слово, каждый взгляд, потому что такое не забывается.

Они поужинали, выпили свои напитки и вышли из ресторана, решив прогуляться по набережной Оби.

Он рассказывал ей о своем проекте, оказывается, ему, его турбазе, действительно были нужны продвижение и реклама. И Анна, конечно же, согласилась.

— Ну Тимофей Ильич, ну Амур! — усмехнулась Анна.

— Знала бы ты как он тебя защищал! — кивнул Алексей. — Но я привел ему аргумент, против которого он не смог возразить.

— И какой, если не секрет?

— Что я не согласен с тем, что мой сын и моя женщина живут без меня.

— А я твоя женщина?

— Даже не сомневайся!

А через год они приехали на турбазу к дяде Мише. Приехали уже как муж и жена.

Александра Ивановна тоже была с ними, и она точно так же, как когда-то Анна и Алексей, прониклась красотами и особенным воздухом на турбазе дяди Миши.

Но не меньшим интересом проникся к женщине и сам дядя Миша, только вот это уже совсем другая история…

На новой турбазе теперь постоянно проживала Юлия и один из сослуживцев Алексея, тот самый, который активно помогал её строить. Кажется, там тоже была обоюдная симпатия, только вот искрило между ними так, что чета Опальных только посмеивалась, но в дела этой огненной парочки не влезали. В конце концов, все люди взрослые, а значит, сами разберутся.

Ну разве что им надо совсем немного помочь, вот как сейчас, уехав на пару недель и оставив на них турбазу…