Глава 17. Неслучайные случайности

Серединное море ИрвинДавно я так не боялся, причём не за себя, а за другого человека. Вилли было страшно, и я, отступая от собственных принципов, обнимал её, держал за руку, успокаивал, испытывая такие противоречивые чувства, что впору прыгать за борт, чтобы охладиться и привести себя в порядок. И ведь отчётливо понимаю, что мы с ней случайные спутники, доберёмся до храма, и наши пути разойдутся. Я даже жду этот момент, чтобы понять, померещилось мне или нет её изменившееся дыхание. Отец говорил, что многое можно узнать по тому, как человек прощается, именно тогда он настоящий, не скрывается за масками, потому что уже сбросил с плеч груз разговора.Чёрное небо не было чем-то особенным, мне доводилось бывать в море во время шторма. Вот только я плохо знал особенности здешних вод, полагался на Саната, который кем только не был за эти годы, даже моряком побывал. Но то, как шли тучи, как разворачивалась гроза, следуя за нашим кораблём, наводило на нехорошие мысли. Кто-то действительно натравил на нас мага-погодника, очень сильного и опасного, бездушного, раз согласился потопить корабль с людьми. Даже Мор не будет доволен такой жертвой.На кого идёт охота? На меня? Но кому я успел насолить в облике Ирвина? Как короля меня видели лишь во дворце, а потом я растворился в лабиринте коридоров. Никто не мог знать, что я отправился в путь именно на этом корабле.Вилли? Вот уж точно невероятно! Горничная её величества, на которую охотится кто-то могущественный? Или моя таинственная скромница не такая уж и тихая? Одни вопросы, и ведь даже спроси у неё прямо, не ответит. Вилли умеет хранить секреты, и наверняка среди них немало королевских, о которых не прочь узнать многие.Тогда остаётся неизвестный пассажир.Так что идея с лодкой и иллюзиями неплоха. И сил должно хватить, Сан умеет перестраиваться и не думать о магии, когда это нужно, а Вилли мы просто не скажем, чтобы не отвлекать её. Не знает, что плывёт на иллюзии, не станет бояться, что мы утонем, и магия не развеется.Мы слишком задержались, и свинцовая туча нагнала нас, укрывая дождём. Волны уже были слишком высокими, но Сан мастер, за ним покровительство Мирса. Случайно или нет, но мы справимся.— Ну вот, а вы боялись, — воскликнул Санат, когда мы пересекли песчаную косу, за которой начиналось спокойное мелководье.Лягушачий пляж, как говорят у нас, место, где не страшно оставить одних даже маленьких детей. Не утонут. Можно не бояться, что не удержу иллюзию.Я легко улыбнулся, ободряя Вилли, уставшую и замученную, но всё равно такую милую и родную.— Ты в порядке? — она вдруг протянула руку и прикоснулась ко мне, стирая со щеки солёные капли. — Мы уже почти у берега. Ты справился.Верит в меня. Переживает. И почему от этого так спокойно и хорошо на душе?— Честно говоря, — продолжал говорить Санат, — справились мы все. Нет, Ирвин у нас молодец, столько иллюзию такую держать, но стоило кому-то из нас усомниться в материальности лодки, так бы разом и потонули.— Что? — Вилли вдруг побледнела. — Иллюзия? Лодка… не настоящая?— Нет, конечно. Вилли, понимаю, что у вас в Шербе люди дикие, но не настолько же. Откуда в море лодка возьмётся, конечно, это хорошая иллюзия с капелькой внушения. Всё, как любит Ирвин!— Иллюзия? — она перевела на меня взгляд, и я почувствовал, как мои чары начали разрушаться.Но предупредить девушку, что сейчас окажемся в воде, не успел. Неловко взмахнув руками, Вилли рухнула в воду, подняв облако брызг, и у меня чуть не остановилось сердце. Бросился за ней, почти грубо вытаскивая на поверхность. Она отфыркивалась, цеплялась за меня, но я держал её за руки, не давал даже двинуться с места, понимая, что веду себя слишком странно. Невероятно и неправильно.— Ты не мог подождать немного? — спросил у счастливого Саната, который улыбался так, словно только что увидел свою Танариму.— Зато кое-кто немного остудился. Так, путешественники, туча-то никуда не делась, и есть у меня подозрение, что даже залежи веторна её не остановят. Поэтому предлагаю двигаться к берегу, там быстренько обсыхать и искать жильё. Есть возражения? Нет? Вот и хорошо.Вилли всё ещё на нас дулась и молчала, но я шёл рядом, готовый в любой момент подхватить девушку, если она начнёт падать. Странно, но, наверное, близость залежей магического золота действовала на мою магию плодотворно, я совершенно не чувствовал усталости.Вода стала теплее и уже едва покрывала ступни, но мы всё брели к берегу, хотя казалось, что он не собирается приближаться. Там светлела узкая полоска песка, и темнел лес, в свете заходящего солнца вызывающий смутную тревогу.— Сан, ты уверен, что мы у пика Тихой воды? Не припомнишь, были ли там аномалии?— Да весь пик — это одна сплошная аномалия, — скривился друг. — Ненавижу земли вокруг пика, здесь божественная воля едва слышна, мавры себе на уме, никогда не знаешь, чего от них ожидать. Вот и гадаешь, то ли маги учудили, то ли сама природа наградила.— И пансион Таны где-то неподалёку?— Примерно день-два пути на восток, — Санат мечтательно вздохнул. — Разнести бы его по кирпичику… Но эти магически одарённые знают своё дело, не лезут к несчастным женихам прекрасных дев, не провоцируют!Вилли молчала, сосредоточенно передвигая ногами. Было видно, что она устала, но я старался не торопить её, просто вести прямо, потому что казалось, что каждый шаг будет последним, и девушка рухнет, наплевав на то, что вокруг вода и мелкая, обточенная волнами галька, которая на мелководье сменила песок. Но, удивительно, жалоб не было, и я никак не мог разобраться, кем мне считать Вилли.Не простая горничная, в этом я уже не сомневался, дружба с Тисом тому доказательство. Даже если они знакомы давно, то это только сильнее убеждает меня в исключительности девушки. Приставленная к королеве охранница? Вряд ли. Для этого Вилли слишком слабая и нерешительная, но это ведь не мешает ей быть осведомителем или специалистом в другой области.Девушка-загадка, в которой так хочется разобраться.— Земля! — последний рывок, и мы оказались на суше, а Вилли раскинула руки в стороны, покружилась немного и вдруг упала. — Ой! Жёсткий песок, — пожаловалась, закрывая глаза. — Но он не качается, на месте стоит… Не качается! — и счастливо рассмеялась.Я сел рядом с ней. Ноги гудели, руки едва заметно тряслись, но магия ещё бежала по венам, снимая усталость. И в то же время расслабиться и забыть о том, что мы только что чуть не погибли, я не мог. Тёмная туча медленно и упрямо ползла в нашу сторону, грозя вот-вот нагнать. Позади нас шумел лес, в котором что-то невероятно смущало. Я не чувствовал враждебной магии, открытой опасности, но прекрасно знал, что это ничего не значит. Скрытые ловушки, особенно природные, могут быть ещё опаснее, чем человеческие заклинания.— Вставали бы вы с мокрого песка, — недовольно сморщился Санат и лёгким движением высушил свою одежду.— О, а мою можешь? — тут же вскочила Вилли, в нетерпении прикусывая губу.— Могу, — Сан почему-то подмигнул мне. — А то ты, мокрая, восторга не вызываешь, — и пока Вилли пыталась понять, что он хотел этим сказать, произнёс заклинание, очистив её одежду от песка и высушив. Потом покачал головой и занялся мной. — Что будем делать дальше?— Искать людей, выбираться, — поблагодарил его кивком, попытался призвать магию, но ничего не вышло, хотя силы восполнялись достаточно быстро. — Мне эта туча не нравится, кто знает, что нас ждёт дальше.— А я тебе это и так скажу, ничего хорошего нас не ждёт! Но раз всё-таки ждёт, то предлагаю топать в ту сторону, твоё… магичество.Вилли тихо застонала, но покорно двинулась вслед за Санатом, оглянувшись на меня. Мне было неприятно осознавать, что я не смог обеспечить ей быстрое и комфортное путешествие. Пусть у меня и были подозрения, что убить пытались не меня, но это не отменяли того, что, будучи магом, я практически ничего не сделал.* * *Где-то в МавранииДораМы шли по лесу, и мне казалось, что из-за каждого угла за нами кто-то наблюдает. Пугающее ощущение, с которым я никак не могла справиться. Убеждала, что с двумя опытными воинами, магами, мужчинами, в конце концов, мне ничего не грозит. Но стоило шевельнуться очередной ветке, и я тут же оказывалась рядом с Ирвином, веря, что если кто-то нападёт, то так будет безопаснее.Но никто не нападал.Пару раз прямо перед нами из листвы вспархивали птицы, ругаясь на своём птичьем языке, но больше ничего не происходило. Сан уверенно вёл нас среди высокой травы, обходя поваленные деревья и скрытые ямы. Ирвин помогал, иногда придерживал под локоть или протягивал руку, если видел, что я сама не справляюсь. В другой ситуации я бы отдыхала душой, вдыхая свежий аромат леса, такой непривычный и приятный, но сейчас была не в силах избавиться от тревоги.Небо становилось всё темнее, Сан ругался, ждал дождь, но нам пока везло, мы уходили прочь от пляжа, хотя сил оставалось всё меньше и меньше. Мне уже хотелось остановиться, посидеть, поесть, но я молчала, понимая, что они лучше знают, что нам делать. Вся моя жизнь — это придворные интриги, опасные только в виде яда в бокале или ножа в сердце, а в лесу я бы в одиночестве не выжила. Нет, я бы утонула вместе с кораблём, когда нас нагнала буря. Несколько раз я даже рот открывала, чтобы поблагодарить, но так ничего и не сказала, зато умудрилась вляпаться в паутину и несколько минут отплёвывалась, кляня свою глупость.— Не понимаю, — Сан вдруг поднял руку, останавливая нас.— Что случилось? — Ирвин оказался за моей спиной, будто прикрывая от неизвестной опасности.— Я знаю эти места, хотя уверен, что никогда здесь не бывал. В лесах, что окружают пик, мне бывать не доводилось, скажу честно, мы идём по моим воспоминаниям, по карте, которую я изучал очень давно. И всё-таки мне кажется, что здесь я уже бывал. Если мы свернём налево и пройдём метров двадцать, то выйдем на старую дорогу, ей не пользуются, но благодаря магии она ещё не заросла.— Это же лес, — поймала взгляд Сана и поймала плечами. — Все леса одинаковые. Деревья, трава, мусор…— Первый раз? — он улыбнулся чуть покровительственно. — Нет, поверь, нет даже двух одинаковых деревьев. Тот, кто умеет видеть разницу, никогда не перепутает, не заплутает. И вот сейчас я впервые не верю себе.Он двинулся в том направлении, где должна была быть дорога. Шёл медленно, разводя в стороны ногой траву, словно ища там спрятанный капкан или одному ему известную отметку, на которой должно было быть написано «я здесь был». Мне всё это казалось глупым. Сан просто ошибся, людям свойственно ошибаться, а уж среди однообразной зелени и подавно. Я бы уже давно ходила кругами, а он ещё куда-то нас ведёт.— Да быть такого не может! — присвистнул Ирвин. И даже мне захотелось выругаться, используя словечки, которые не должна употреблять благовоспитанная леди.Потому что дорога была. Именно там, где Сан и говорил.За плотной стеной мягкого кустарника шла дорога, всего две колеи, прокатанные колёсами телег до голой земли, и жухлая полоска травы посередине. Выглядела дорога пусть и не заброшенной, но явно не используемой слишком часто. По такой могли раз в неделю крестьяне ездить на ярмарку в город. Наверное.Я поёжилась, потому что ощущение взгляда в спину лишь усилилось, хотя в этот раз я не чувствовала в нём враждебности, скорее любопытство.— Так, и где мы тогда? — сама спросила, не став дожидаться, когда Сан отомрёт и отойдёт от шока.— Не поверите, но эта дорога ведёт к Лармови, где находится пансион посвящённых Маяне.— Ты говорил до него два дня, — нахмурился Ирвин. — Он же далеко от побережья, а мы прошли совсем ничего. Да и каких-то аномалий, которые могли нас перенести в пространстве, я не ощутил. Сан, это не смешно.— А я тут ухохатываюсь до желудочных колик? Я ведь тоже ничего не ощутил, лес самый простой, если б не та туча, не торопился бы уйти как можно дальше от берега.— Может вернуться?— Только не обратно! — воскликнула и ощутила порыв холодного ветра, который словно подталкивал меня идти дальше.— Вилли, всё будет хорошо, мы просто начнём путь заново.— Но вы же искали людей! А мы сами на них вышли! Совсем немного, и можно будет нормально отдохнуть, поспать под крышей, поесть горячей еды, а не мёрзнуть в диком лесу. Что в этом такого плохого?Ирвин и Сан переглянусь, словно решая, посвящать ли такую наивную девушку, как я, в сложные международные отношения. Я прекрасно понимала, что жители Маврании не обрадуются чужакам. Мне и самой приходилось несладко, когда приезжали послы от их короля, такое высокомерны и занудные лорды, мнящие себя особенными только потому, что на территории их маленького королевства огромные залежи веторна и платины. Хотя с Шербом они кое-как, но вели переговоры, а всё из-за того, что у нас практически не было магии, как и у них.— У них славят богиню Маяну, — пояснил, как ему показалось, Ирвин.— И что плохого в поклонении богине жизни?— Может, то, что они в жертву ей магов приносят? — хмыкнул Сан и отступил от дороги, разворачиваясь, чтобы идти обратно.— Как это… приносят?— Ну как-как, ножичком по сердечку. Иногда детей, иногда взрослых, — я побледнела, а он продолжил: — Некоторых, как мою Тану, определяют в пансионы, но это редко бывает, и в основном с теми, кто отмечен другими богами или помолвлен. Разрушать семьи Маяна запретила. Но разве фанатиков такие мелочи останавливают? Плохая погода, урожай не уродился, дичи в лесах мало — виноваты маги, значит, нужна жертва.— Это же… бесчеловечно! — возмутилась я.— Это внутренняя политика, в которую никто лезть не имеет права, — Ирвин протянул мне руку. — Идём обратно, Вилли, если повезёт, найдём место посуше, скоро дождь пойдёт.— Нам нельзя обратно, — и увидев мученическое выражение лица Сана, сказала то, что смущало: — Лес против.— Как это? — Ирвин встал передо мной, чуть тронул за подбородок, приподнимая лицо, чтобы видеть мои глаза.— Ну, может, не сам лес, а какая-то местная магия, не могу сказать, — дёрнула головой, избавляясь от прикосновения, которое было неуместным в этой ситуации. — Мне всё время кажется, что кто-то на меня смотрит, преследует, а сейчас и вовсе к дороге толкает. Вы этого не чувствуете? — под конец мой голос стал едва слышным.Да что там, мне казалось, что я несу откровенный бред. Неужели настоящие маги не почувствовали бы всего этого, будь оно правдой, я не игрой воображения одной испуганной девчонки, все возможности которой — одноразовое изменение внешности?— Значит, действительно аномалия, — вздохнул Ирвин. — Не обижайся, Вилли, просто нужно было сразу всё сказать, я ведь не мог знать, что это не обычный страх, перенапряжение, а магическое воздействие.— Я не боюсь! — вскинулась и почти сразу же опустила плечи. — Боюсь, но я не слабая, всё могу выдержать, поверь.— Верю, — Ирвин качнулся ко мне, и я решила, что он меня обнимет, но нет, мужчина лишь похлопал по плечу. — И раз ты настаиваешь на продолжении пути, то испробуем дорогу и познакомимся с местными жителями. Так?— Так, — я тут же почувствовала себя увереннее.Бросила взгляд на Сана и успела заметить, как он силится сделать серьёзное лицо, хотя до этого закатывал глаза.Не понимаю я их, взрослые и опытные, а ведут себя так, словно ничуть не старше меня, легкомысленно и безрассудно. Это нормально или я просто чего-то не понимаю?Стоило выйти на дорогу, как с неба хлынул дождь. Вода лилась сплошным потоком, и было непонятно, куда мы идём и идём ли вообще. Честно, сейчас я бы не удивилась, если бы поняла, что топчусь на месте, надеясь, что продвинулась на несколько шагов. Уставшему телу вообще казалось, что надо лечь и забыть обо всём, пусть кто-нибудь другой меня тащит и решает проблемы с исчезнувшим мужем и злобным магом, наславшим непогоду.С деревьев над головой время от времени срывались особо крупные капли, которые очень больно били по голове и шее, но я мужественно терпела. Пару раз Ирвин создавал над нами щит из воздуха, а Сан высушивал одежду, но надолго этого не хватало. Аномалия высасывала силы, и мы снова оказывались под дождём, каждый раз страдая от этого всё больше. Ног я уже не чувствовала, только слышала, как хлюпает грязь и чавкают ботинки, набравшие в себя столько воды, что я удивлялась, как у меня не выросли перепонки между пальцами.Мы молчали, но даже если бы попытались говорить, ничего бы не вышло. А так, нет ни желания, ни возможности, всё логично.— Лармови, — неожиданно произнёс Сан, и я подняла голову, чтобы разглядеть, что же там впереди.Лес закончился, и перед нами расстилалось широкое поле, закрытое от нас серой завеса дождя. Дорога, если это грязное месиво ещё можно было так назвать, петляя, соединялась с широким трактом, который вёл к почерневшим от времени городским стенам. Ничего необычного, лишь хочется поскорее добраться до жилья, как раз хватит времени, пока солнце окончательно не село. А то ночью могут и не пустить, если у диких жителей небольших городков такое правило.— Что тут случилось? — тихо спросил Ирвин.— Вы о чём? — я осматривалась и не видела того, что вызвало их тревогу.— Города нет, Вилли.— Да вот же он…Я оборвала саму себя, потому что вдруг поняла, что чёрные стены — это неправильно. Потемнели они не от времени, не от дождя, а от бушевавшего здесь пламени.Городка Лармови больше не существовало. Он сгорел.