=34=

— Лизка! — я просто обалдела. Попросив остановить у забора, вышла из машины и, не обращая внимания на незримую тень за спиной, подошла к подруге. — Привет. Ты чего здесь делаешь?

— А ты еще спрашиваешь? Ты пропала неизвестно куда, ни слуху от тебя, ни духу. Может, тебя тут вообще убили и разделали на органы, — при этом она покосилась на Колю и понизила тон. — А это еще кто?

— Это Коля, мой… Он присматривает за мной.

— Охранник? Личный? — глаза Лизки заблестели. — Круто! Как в кино!

Я закатила глаза, а потом вернулась к главному вопросу.

— Раз волновалась, могла бы просто позвонить на номер дома Каримова. Нашла же как-то адрес, телефон бы точно разыскала.

— Ой, адрес найти тот еще был квест. Пришлось поковыряться в кабинете Изергиль. Я сильно волновалась, решила, что по телефону не то, хотела тебя увидеть и точно убедиться, что ты в полном порядке, — она отошла на шаг назад и осмотрела меня с головы до ног. — Тряпки новые, прическа. А ты уже изменилась.

— Спасибо, конечно, за заботу, но не стоило проделывать такой путь… у меня все нормально.

Про свои злоключения я решила умолчать. Коля стоял прямо за спиной, кто знает, может, он будет передавать Каримову каждое мое слово. Скорее всего.

— Да брось ты, мы же подруги! — деловито покивала Лизка. — Кто если не я. Час на электричке — это не так уж и много.

— А в сумках что? — я кивнула на два огромных клетчатых баула. — Надеюсь, не гостинцы?

— А, это… Да так, — вздохнула подруга. — Меня из квартиры выперли, представляешь?

— Да ладно! Почему?!

— Черт знает, хозяйка сказала, что сын ее с невестой из Мурманска вернулся и жить ему негде.

— Я даже не знала, что у Зои Палны есть сын…

— Да вот я тоже не знала, — Лизка снова вздохнула и опустила грустный взгляд на свои пожитки. — Теперь не знаю вот, куда податься. Я же деньги наперед за месяц ей отдала, остаток ей не вернула… На вокзал, может…

— На вокзал? Да ты что! Там же холодно, грязно. Небезопасно в конце концов! — ахнула я.

— А что еще делать? В столице у меня родственников нет. Друзей тоже. Только одна ты осталась, — и посмотрела на меня выжидающе.

Я сразу поняла, к чему она клонит.

Пригласить ее пожить сюда… Каримов придет в бешенство. Вряд ли он одобрит такое. Но оставить ее на улице я просто не могла! Это же не по-человечески! Она моя единственная подруга.

— Я всего на пару деньков, Ань, — прошептала Лизка, снова зыркнув на Колю. — Мешать не буду. Домище вон какой огромный, Каримов и не заметит меня. Может, ему вообще не говорить?

— Ну о чем ты, Лиз, как не говорить… — я стояла кусая губу, не зная, как быть.

Каримов точно меня убьет. Но дружба дороже. Вон, она приехала узнать как я, не бросила… И смотрит так жалобно, едва не плачет.

— Ладно, пошли! Я что-нибудь придумаю. Коля, возьми сумки, пожалуйста, — и предупреждая дальнейшие расспросы: — Это моя подруга.

— Анька, спасибище, ты самая настоящая подруга! — бросилась обниматься Лизка. — Я буду тихо себя вести, как мышка! Ни разу на глаза Рустаму Тиграновичу не попадусь, обещаю.

Слушая восхищенные возгласы Лизки я шла к дому, думая о том, как получше объяснить все Каримову. И о Лизке, и о своем побеге из больницы. Кажется, мне предстоит тяжелый разговор.